Чтение онлайн

– Конечно, помню, Инна. Что-то случилось?

– У меня есть важные новости про Вадима.

– Я вас слушаю.

– Я не могу по телефону. Вы должны приехать ко мне и поговорить с одним человеком. Вы можете приехать сейчас? А то он улетает.

– А могу я приехать не один?

– Ну, я не знаю… – замялась она. – Я сейчас спрошу. А с кем вы хотите приехать?

– С друзьями.

Наступила пауза. Трубку на том конце провода явно прикрыли ладошкой, я ничего не слышал с минуту. Потом Инна сказала:

– Игорь Иосифович, вообще-то он хочет говорить только с вами. Но если вы требуете…

– Я ничего не требую. Я просто проверил, ничего ли вам не угрожает.

– Нет, что вы! Это свой человек. Просто он боится… Я не могу по телефону. Пожалуйста, приезжайте! Это важно, честное слово.

– Уже еду. Напомните номер дома, Инна.

– Двенадцатая парковая, 17, квартира 73. И телефон на всякий случай…

Я оставил Дежурному по городу телефон этой Инны, сказал, что буду там через полчаса, и пошел вниз, к дежурной машине. Но в коридоре на первом этаже задержался. Тут перед арестованными спекулянтами наркотиками стоял Светлов и держал необычную речь:

– Сегодня каждый из вас получил партию наркотиков от Германа Долго-Сабурова. Поэтому вы задержаны и вам будет предъявлено обвинение по статье 224-й. Но допрашивать вас после 23.00 мы не имеем права. Сейчас 22.56. То есть через три-четыре минуты вас отправят в камеры Внутренней тюрьмы Петровки и допрос продолжим завтра. Но некоторые данные нам нужны срочно, сейчас. Мы ищем опасного преступника, и тот, кто нам поможет, имеет шанс немедленно пойти домой, вчистую. Этот преступник – приятель Долго-Сабурова по имени Борис. Он врач, 27 лет, приехал из Баку в Москву пару лет назад и работает либо психиатром, либо психотерапевтом, либо анестезиологом. Ездит на санитарной машине типа «рафик». Я даю вам слово офицера, что тот, кто сейчас назовет мне его координаты или хотя бы фамилию или место работы, – тут же пойдет домой, чистый. Я даже дам машину до дома.

Ай да Светлов! Допрашивать после 23.00 он, видите ли, не может, а предлагать жуликам открытую сделку… Впрочем, нам сейчас действительно не до церемоний, неделя, которую дал Генеральный, истекает, а Белкина как не было, так и нет…

Светлов ждал ответа, но задержанные молчали. Кто пожимал плечами, кто переглядывался, а кто просто сумрачно и неподвижно глядел себе под ноги.

– Хорошо, – сказал Светлов. – Если кто-то знает, но боится сказать при всех, сделаем иначе. Перед сном каждый из вас будет иметь одну выводку из камеры в сортир. По дороге можно через караульного вызвать дежурного следователя Пшеничного и сказать ему. Имейте в виду: ложка хороша к обеду. Нам нужно срочно найти этого доктора! Кто поможет, тому многое спишется, я обещаю. Все. Караул, уведите задержанных.

Караульные стали выводить арестованных, их повели туда, где я только что допрашивал Акеева, – во Внутреннюю Петровскую тюрьму, а Светлов прямо в коридоре сел на стул, сказал:

– Все! Я сдох. Кто-нибудь бы донес меня до койки, а то я здесь усну.

– Есть другой вариант, – сказал я. – Сейчас мы едем к одной знакомой Вадима Белкина. У нее есть для нас новости.

Светлов вопросительно поглядел на меня, но я ничего объяснять ему не стал, сказал:

– Вставай. Поехали. Поспишь в машине.

Это был Радий Свердлов, внук первого Президента страны Советов и собственный корреспондент «Комсомольской правды» по Азербайджану. На столе стояла бутылка экспортной водки, какая-то закуска и знакомая мне бутылка недопитых три дня назад «Черных очей». Господи, неужели прошло всего три дня с того понедельника, когда я ночью читал рукопись Белкина? А главное, что было на столе – копия рукописи Вадима Белкина, второй экземпляр. Оказывается, Инна печатала повесть Белкина в двух экземплярах, под копирку, первый экземпляр отдала мне, а второй… «Шерше ля фам – ищите женщину!» – сказано в первой заповеди к раскрытию преступления. Ну, а как будет по-французски «Ищет женщина»?

Тихая, скромная машинистка «Комсомольской правды», любящее Белкина существо произвело свое следствие, свой частный сыск. Она уговорила ответственного секретаря редакции Гранова вызвать Радия Свердлова из Баку в Москву и дала Радию прочесть дневник-рукопись Белкина. И теперь толстенький тридцатипятилетний потомок Первого Президента, выпив для храбрости триста грамм водки, говорил мне горячо, доверительно:

– Слушайте, Игорь Иосифович, я вам скажу, как полуеврей полурусскому. Это же такая мафия! На каждом шагу!.. Конечно, Вадим был арестован и сидел в Баку, в КПЗ. И конечно, в этой рукописи все – правда, да еще и не полная! И он жил у меня – я вам тогда наврал все по телефону. А почему наврал? Скажу! 22-го мая Вадим улетел в Москву, а 27-го, в воскресенье, меня вдруг приглашают в МВД к Векилову. Вы знаете, кто это? Это тот самый голубоглазый, который допрашивал Белкина. Молодой сукин сын, референт министра внутренних дел республики. Такие дела делает, вы себе не представляете! Там же сплошная мафия, в Азербайджане. Породил мой дедушка власть на нашу голову! Ну, вот, приглашает он меня к себе в кабинет и говорит вот так открыто, как я сейчас вам: «Радий Моисеевич, вы хотите жить в Азербайджане спокойно и в свое удовольствие?». Ну, что я должен был сказать – «нет, не хочу»? Я соглашаюсь, я вообще люблю хорошо жить, а кто не любит? «Тогда, – говорит, – запомните одну вещь: Вадим Белкин не жил у вас неделю назад». – «Как, – говорю, – не жил? Он же от меня очерк диктовал в редакцию стенографисткам!». – Ну, говорит, этого никто не знает – откуда он диктовал. Он мог с любого телефона диктовать. Главное же для вашей, говорит, пользы – вы его в Баку не видели, не слышали, и чем он тут занимался, не знаете. Понятно? И смотрит на меня своими голубыми глазами, представляете? Такая сволочь! Просто запугивает. И я вам скажу: если они узнают, что я с вами вот тут сидел, разговаривал – все, мне крышка, они меня с дерьмом смешают, аварию устроят, яд подсыплют – все, что хотите. Поэтому я вас очень прошу…

– Но вы мне еще ничего не сказали. По делу.

– Я знаю. И, практически, может быть, ничего полезного и не скажу. Но я хочу с вами договориться. Все, что вы от меня тут услышите, вы от меня не слышали, имейте в виду! Я нигде и никогда не подтвержу своих показаний. Договорились?

– Хорошо, – сказал я сдержанно. – Договорились.

– По сути, вам нужно найти Белкина? Правильно? – сказал он, воодушевляясь. Я не отрицал, но он требовал устного подтверждения: – Правильно?

– Да. Правильно.

– А Белкина мог украсть только так называемый Зиялов с его сестрицей. Правильно?

– Почему вы так думаете?

– Поскольку Белкин их искал по всему Баку и поехал искать их в Москву. И не потому, что влюбился в эту зияловскую сестрицу, это ерунда, он сегодня влюбится в одну, завтра – в другую… – при этом Радий покосился на Инну, сказал ей: – Извини, Инночка, ну он шалопай, ну что поделаешь? – и опять повернулся ко мне: – Они стащили у него пропуск в погранзону! Вы понимаете? Он это не написал в рукописи, он написал, что все документы были на месте, но мне-то он сказал – они свистнули у него пропуск в погранзону! И он боялся, что они его используют – мало ли, бандиты же! А заявлять в милицию тоже не хотел – ему бы всыпали за это, сняли бы с поездки с Брежневым. Понимаете? И он метался по Баку, искал этого Зиялова…

– Но его фамилия не Зиялов, – перебил я.

– Вот! В этом весь фокус! Белкин не мог вспомнить его фамилию! И специально поехал во Дворец пионеров искать своего бывшего руководителя географического общества…

– При чем тут Дворец пионеров? – перебил я удивленно. – Он с этим Зияловым в одной школе учился.

– В рукописи! – воскликнул Радий. – В рукописи! Но вы же читали в самом начале, что он решил маскировать правду вымыслом. Я так и подумал, что вы, конечно, будете искать этого Зиялова среди школьных друзей Белкина. Ведь вы искали, правда? Или даже и до сих пор ищите. Да? – добивался он.

– Ищем… – сказал я.

– Вот! – победоносно воскликнул Свердлов. – Вот! А на самом деле, они учились не в одной школе и не в одном классе, а были членами географического общества Бакинского Дворца пионеров. Очень было знаменитое общество, побеждало на всесоюзных сборах юных географов. Потому что руководил замечательный человек. Так, во всяком случае, мне Белкин рассказывал. И он к этому старику в Кюрдамир поехал, чтобы узнать настоящую фамилию Зиялова и его адрес. Старик до сих пор с половиной своих питомцев переписывается…