Зима-1
Шрифт:
– Ну и ну. А это откуда?
– Да ты что, молодой совсем? А езе и Спецкорпус… Американцы как за нами следили, так и следят. Самолеты-разведчики ихние постоянно на наших границах крутятся, смотрят. Несколько раз сбивали уже.
– Ого… Я думал, это эпизодически…
– Да куда там. По тихоокеанскому побережью постоянно. Еще с югов вести приходили пару раз, что там видели американское оружие - но там народ даже для оружия дикий слишком.
– Тань, а ты давно ты в армии?
– Да лет пять уже. А вы?
– Около года… Стой, а откуда ты знаешь, что я из Спецкорпуса? Я тебе не говорил еще вроде бы…
– Не говорил, да только Джонни ты карточку показал. Полицейским тем, помнишь? Они мне и рассказали. Так что… -Таня отхлебнула чаю, -кончилось твое инкогнито.
– Угу, ты меня раскрыла, только тебе расскажу секретную информацию… Что интересует?
Мы оба рассмеялись.
– Ну так давно ты в армии-то? Как тебя нашли?
Я чуть не поперхнулся. Нашли - это значит, что определили как человека, который умеет обходить вирус "Миротворца". В принципе, да меня-то уже давно нашли…
– Лет в двенадцать где-то. Уж и не помню, что, как да почему - но вот провели тесты, определили. Предложили военную службу или полицейскую, да как-то отказался поначалу. Потом все же решился.
– И сразу в Спецкорпус?
– Удивилась Таня.
– Чудны дела. Я слышала, что к вам принимают только после то ли пяти, а для некоторых специальностей военных и даже десяти лет службы.
– Да тут не такой жесткий конкурс… Сложно там все, Тань. Давай я не буду рассказывать? А то как узнает мой начальник, так мы с тобой потом будем сидеть в разных камерах, да и чаю нам не нальют…
– Это уж точно! Давай о приятном!
– Давай!
– Небольшая пауза.
– Так, скажи, а у тебя девушка в центре есть?
– Да нет, Тань, ты что! А у тебя?
– Я вдруг почувствовал, что краснею.
Внимание!
Нестабильность ЦНС!
Провести коррекцию ДА НЕТ
Стоп, не до тебя сейчас. Никакой коррекции не надо, что ты. Все идет хорошо, я же только покраснел, да и все.
– Нет, у меня тоже девушки нет!
– Ответила Таня, и засмеялась, глядя на обалдевшего меня.
– Ну что смотришь, поцелуй же меня!
Внимание!
Опасность!
Нестабильность ЦНС!
Провести коррекцию ДА НЕТ
Да нет, я уж тут точно сам справлюсь.
Тянуться к ней было не долго, а ее губы были удивительно мягкими. И целовалась она очень хорошо.
Мысль о том, что я уже не совсем человек, обожгла меня, до мурашек по псевдокоже, но тут же исчезла. Нет, в этом-то я еще человек. Не знаю, зачем это было сделано. Наверное, маскировка. Но тут я от человека ничем не отличался.
Через полчаса мы решили, что надо переместиться на кровать, а еще через полчаса лежали рядом, обнявшись и глядя в потолок. Светильники на потолке горели один из трех, и на половинной мощности, красноватым светом. По оружию Таниной коллекции гуляли тусклые красноватые блики, когда светильники кратковременно переключались.
На столе стояли две чашки с недопитым чаем и горкой печенья.
На душе почему-то было спокойно и просто.
Наверное, это снова человеческая жизнь. Вот так бывает, и с людьми так бывает. С красивой и приятной девушкой ты лежишь в кровати и чувствуешь себя совершенно хорошо. Даже великолепно. Человеком себя чувствуешь, а не… Не важно, кем.
Мне было хорошо.
Последние события сдвинулись куда-то. Как не было того страшного взрыва в Москве. Сходили мы тогда все же в кафе, сдали ту злополучную сессию зимнюю и теперь впереди летняя, а потом еще и каникулы в целое лето.
Таня лежала сбоку, обнимала меня. Ее голова удобно устроилась у меня на плече, а ладонью она гладила мне живот. Странно, почему при первой нашей встрече она мне полненькой показалась? Фигурка у нее великолепна, наши бы девчонки с их фиругными прыжками на беговых дорожках от зависти бы удавились. Ну конечно, побегай с АСВ и в комбезе со всем снаряжением по горам, по долам. Тут руки-ноги или отвалятся, или обрастут мышцами неплохими, предварительно стопив все лишнее сало. Руки и ноги у нее рельефные, что ее совершенно не портит.
Она обнимала меня с не меньшей силой, чем я ее, но я-то все время боялся пересилить, постоянно себя контролировал, чтобы действительно не на полную катушку сжать. Сейчас я уже и не разберу, где кончаются мои силы и начинается
Единственное, мелкие сеточки шрамов на животе и на плече. Белые полоски на фоне загоревшей кожи, тонкие, не заметные.
– Что смотришь?
– Спросила Таня, не поднимая головы.
– Как это ты…
– Вон экран. Видишь?
– Напротив и в самом деле висел большой прямоугольный экран, сейчас выключенный. Тоже старинный, большой и с кучей кнопок внизу. На темном сейчас стекле было видно наше отражение.
– А насчет того где… Много где. Еще когда девчонкой была, мутанты проскочили через посты и устроили погром в городе. Я тогда еще мелкая была, увернуться успела, да и шарахнула из шокера. Видишь?
– Она провела пальцем по тонкому шраму на щеке, почти незаметному. Его и не видно, если специально не приглядываться.
– Вот это… -Танины пальцы прошлись по плечу, -это в рейде, столкнулись с крысиными семьями. Это от выстрела из М-16, она сейчас у меня на стене висит. Жалко, что патроны кончились, у нее сейчас магазины пустые.
– Веселая у вас тут жизнь, в Красноярском крае.
– Удивился я.
– Да не жалуемся!
– Она приподнялась, посмотрела мне в глаза.
– Хорошо было, да мало…
2123 год.
Уснули мы только под утро. И проснулись, когда солнце уже давно взошло и посеребрило жалюзи. В комнату проникали резкие узкие лучики света, светильники давно погасли, автоматически. В углу я различил букет сенсоров системы дома.
Таня спала у меня на плече, подушка вторая была у нее за спиной.
Осторожно поднявшись, я выбрался из кровати, стараясь ее не разбудить.
Трусы, штаны… Нет, рубашку пока что не буду одевать.
Где-то тут должна быть кухня. Судя по планировке дома…
Быстрое сканирование объемным радаром показало помещение за стеной. Что-то в вроде кухонной техники, то, что надо.
Я открыл дверь, осмотрелся. Так, вот это чайник, вот это плита, вот это автоповар, но он наполовину пустой. Вот это чайные принадлежности, точно. Разноцветные пакетики расфасованы по рангу в прозрачные ящички, и так на вс. Стену. Сортов сто, не меньше.