Чтение онлайн

Полиция так его и не поймала.

Ничего удивительного. В те времена, если убивали проститутку или наркомана, полицейские обычно говорили: «Человеческих жертв нет».

Однако Фрэнку становилось не по себе, стоило ему представить эту милую девушку в придорожной канаве с камнями во рту.

Постепенно он забыл о ней.

Дела.

Тем более что вскоре разразилась война стриптиз-клубов.

Эдди Монако был похож на Геккльбери Финна.

Конечно же при условии, что Геку Финну было бы пятьдесят лет и судьба распорядилась бы с ним так же, как с Эдди. Светловолосый, голубоглазый Эдди выглядел невинным мальчишкой, к тому же ему ничего не стоило рассмешить кого угодно.

Казалось, он не знал огорчений. Жизнь была нескончаемой вечеринкой, вино текло рекой, девиц и приятелей всегда хватало. Эдди не Донни Гарт. У него был крепкий законный бизнес, хотя и для вымогательства, и для мошенничества тоже оставалось место. Так как с его репутацией получить лицензию на продажу алкогольных напитков он не мог, то существовал некто, якобы владевший клубом «Мустанг». Тем не менее все знали, что клуб не принадлежит Патрику Уолшу. Все знали, что клуб принадлежит Эдди Монако.

Стриптиз-клуб находился на Кеттнер-бульваре, то есть в Маленькой Италии, и всего в паре кварталов от Линдберг-Филд. Фрэнк и Майк возили клиентов на лимузинах из аэропорта, и Майк никогда не забывал удостовериться, что всем без исключения бизнесменам, приезжающим в Сан-Диего, известно о клубе «Мустанг».

– Мы доставим вас в отель, – следовала реклама, – потом доставим в клуб, а потом в сохранности доставим домой. Можете пить, что и сколько заблагорассудится, и не беспокоиться о последствиях. А если вам захочется после клуба компании – только скажите, и мы без дополнительной платы предоставим вам девушку на ваш вкус. Если угодно, мы можем оформить для вас счет в ресторане, подтверждающий, что у вас был деловой обед.

Итак, понаблюдав, как Фрэнк привозит клиентов и как увозит их, Эдди Монако перестал стоять у него над душой.

Да и девушки у него были хорошенькие, этого не отнимешь.

Эдди Монако умел находить таланты.

И он не скопидомничал.

– Если тебе что-то нужно, – говорил он Фрэнку, – бери и не спрашивай. Сэндвич, выпивка, кокаин – все твое.

Эдди нравилось, когда вокруг него было много крутых ребят. Это придавало ему самому уверенность в том, что все идет как надо, а его клубу – шарм элитности и опасности, который приводил сюда клиентов. Эдди называл это «гангстерским шиком». Ну а почему бы нет? Фрэнк и Майк привозили ему много клиентов, за что дармовая выпивка и еда в задней комнате им были обеспечены.

Мелочь для Эдди Монако.

Фрэнк не возражал против бесплатной еды и выпивки, но с девушками, работавшими на Эдди, почти никогда не связывался. От них веяло тоской, а уж от их наигранных экстатических стонов и подавно, поэтому Фрэнк старался быть верным своей жене, тем более что к дому его привязывала кроха-дочурка.

Впрочем, удерживаться от связей с проститутками было нетрудно. Это только поначалу стриптизерши кажутся очень сексуальными – потому что много света, играет музыка, атмосфера насыщена эротикой, – но реакция скоро притупляется. Особенно если постоянно торчишь в баре и со всеми знаком, со всеми болтаешь в перерывах. Короче говоря, рано или поздно – обычно рано – они рассказывают все те же известные печальные истории. Сексуальное насилие в детстве, безразличные отцы, матери-алкоголички, подростковые аборты, наркотики.

В первую очередь наркотики.

Эти девушки ни на что больше, кроме стриптиза, не годились. Если им не удавалось подцепить богатого поклонника, они сгорали на глазах, и тогда их попросту выставляли за дверь.

На свободные места тотчас находились другие девушки.

Недостатка в них никогда не ощущалось, во всяком случае – в клубе Эдди Монако.

У Эдди было пять винтажных машин, включая «роллс-ройс», в котором он обычно ездил сам. У него были женщины – много женщин, и не только танцовщиц, – и всех Эдди одаривал драгоценностями. У Эдди был большой дом в Ранчо-Санта-Фе и кондоминиум в Ла-Холле.

Эдди носил дорогие костюмы, часы «Ролекс», и при нем всегда имелась куча наличных денег.

И еще у Эдди было много долгов.

Амбиции не давали ему покоя. Ему все было мало. А уж для клуба он и вовсе ничего не жалел. Миллионы – миллионы, которых у него не было, – тратились на всякие усовершенствования, потому что он хотел, чтобы его «Мустанг» считался лучшим в Калифорнии, первым в сети клубов с «топлес»-танцовщицами. Эдди мечтал стать королем в мире стриптиз-клубов и не жалел денег для достижения своей мечты.

Но дело было в том, что сорил он чужими деньгами.

Эдди был королем освоения НДС – не своих денег. Он тратил сотни тысяч чужих долларов, но это ничуть его не беспокоило. Он оплачивал старые долги новыми заимствованиями, таким образом все больше запутываясь в чужих деньгах. Почему-то ему никто не отказывал.

И торговец земельными участками Билли Брукс тоже не отказывал.

Билли был завсегдатаем в «Мустанге», пожирал глазами почти обнаженных танцовщиц и искал клиентов. Обычно его сопровождали два головореза – Джорджи Ознеженский, известный, по понятным причинам, как «Джорджи О», и Энджи Бассо, который был любимым чистильщиком Эдди Монако, когда не ломал ноги врагам Билли.

Энджи мог бы испугать кого угодно, но Джорджи О был еще краше. Он был особый случай. Высоченного роста, бандитского вида иммигрант из Киева с мощными запястьями и мощной головой, он был до того глуп и агрессивен, что даже русская мафия из Фэрфэкса не желала видеть его в своих рядах. Каким-то образом он прибился к Билли, и тот время от времени давал ему поручения, а потом даже порекомендовал Эдди взять его вышибалой в «Мустанг».

Эдди не возражал, делая одолжение Билли, да и почему бы нет? Билли дал Эдди в долг сто тысяч долларов.

Потом Билли захотел получить обратно свои деньги.

Эдди его отшил.

Но Билли все равно приходил в клуб и требовал деньги. Поначалу Эдди говорил ему: «Завтра. Обещаю», – или: «На следующей неделе, Билли, не сомневайся». Он посылал к Билли свободных девушек, которые удалялись с Билли в заднюю комнату, чтобы сделать ему минет, или в ближайший мотель, чтобы по-быстрому с ним перепихнуться.

Однако Билли этого было мало. Он хотел вернуть долг.

И не мог это сделать.

Но сидеть и смотреть, как Эдди арендует клубы для своих вечеринок, как на «роллс-ройсе» разъезжает по городу с прижимающимися к нему моделями, как стодолларовыми купюрами расплачивается со швейцарами и официантками, как щедро швыряет деньги, словно бумажные самолетики, и ни цента не возвращает из долга, Билли тоже не мог.

Не важно, что Эдди был красавчиком, что Эдди был что надо, а Билли не был ни тем, ни другим. Лицо у него было идиотское, отталкивающее. Волосы редкие, кожа отвратительная. Наверное, размышляет Фрэнк через много лет, так Ричард Никсон смотрел на Билла Клинтона, к которому липли цыпочки.

Будь Эдди пообходительнее с Билли, все могло бы кончиться иначе. Но Эдди надоело постоянно видеть околачивающегося рядом Билли, и он стал прогонять его, игнорировать, не отвечать на звонки, проходить мимо, словно тот был пустым местом.