Чтение онлайн

А Везучий сынок стал жить дальше, как ни в чем не бывало.

Это было непредумышленное убийство. Наверное, его посадили бы года на два-три. Или вообще ничего не дали бы.

Однако тогда ему пришлось бы распрощаться с политической карьерой.

Но это ведь не для него. Как можно?

Во всяком случае, не из-за шлюхи.

Человеческих жертв нет.

Все было спокойно, пока Майка не прижали за убийство Гольдштейна и он не начал искать чего-нибудь покруче для торговли. Вот и вспомнил – только ему не хотелось стать мишенью, и он подставил меня.

Спасибо, Майк.

Итак, Везучий сынок начинает подчищать прошлое, поэтому обращается к Донни, а тот обращается к детройтцам, чтобы они поработали вместо него.

Ведь эти парни не любят грязную работу.

У них есть люди вроде меня для ее выполнения.

Что же Везучий сынок предложил Группе?

Проклятье, он же собирается стать президентом – мог предложить все на свете!

– Он использовал тебя как посредника? – спрашивает Фрэнк. – Донни, говори правду.

Гарт кивает.

У него круглые от страха глаза, он весь в поту и дрожит, да еще Фрэнк с отвращением замечает расплывающееся желтое пятно на полотенце.

Фрэнк отводит курок.

Слышит, как Гарт скулит.

Тогда он ставит револьвер на предохранитель и опускает его.

– Послушай, – говорит он Гарту, – они уже пытались убить меня, они убили Алисой Димерс. Они убьют всех, кто хоть что-нибудь знает о том дне, и тебя они тоже убьют. Или ты все еще воображаешь, что тебе удастся спастись?

«А почему бы и нет? – думает Фрэнк. – Прежде тебе всегда это удавалось».

– Будь я на твоем месте, – говорит он, – я бы сбежал.

Однако он знает, что Донни не сбежит. Такие, как Донни Гарт, не верят, что их тоже могут убить, они думают, что если убивают, то исключительно ради них.

Фрэнк запрашивает информацию и получает телефон сенаторского офиса.

– Я бы хотел поговорить с сенатором.

– Назовитесь, пожалуйста.

– Это его друг со времен Солана-Бич.

– Боюсь, он занят, сэр.

– Послушайте, я думаю иначе, – возражает Фрэнк. – Скажите ему, что это насчет Саммер, а там посмотрим, кто окажется прав.

Через минуту Фрэнк слышит голос Везучего сынка.

– Если вы записываете телефонные разговоры, то советую вам выключить запись, – говорит Фрэнк.

– Кто это?

– Вы знаете, кто, – отвечает Фрэнк. – Я жду.

Через несколько секунд Везучий сынок возвращается к телефону.

– Слушаю. Говорите.

– Вам известно, кто я.

– Кажется, догадываюсь.

– Вы охотитесь не на того парня. Не на того шофера. Понимаю, маленьких людей трудно различать, но лимузин тогда вел Майк Риццо. Будь там я, ничего не случилось бы. Я бы не позволил вам забить девушку до смерти и выйти из этого чистеньким.

– Не понимаю, о чем вы говорите.

Фрэнк подносит маленький диктофон к трубке и включает запись со словами Донни Гарта.

– Он врет, – говорит Везучий сынок.

– Да будет, – говорит Фрэнк. – Послушайте, мне все равно. Мне не должно быть все равно, ведь тогда вы убили одну девушку, а сейчас убили другую, но у меня нет желания расставаться с жизнью, и у меня есть семья, о которой я должен заботиться. Так вот, сенатор. Мне нужен миллион долларов наличкой, или я это обнародую. Мне известно, что обращаться к полицейским или в ФБР бессмысленно, так как они у вас в кармане, поэтому я обращусь к прессе. Ну а тогда по меньшей мере прощай карьера. Может быть, не удастся привлечь вас за убийство девушки, но вы будете выставлены на позорище, а большего и не надо.

– Почему бы нам не?..

– Миллион долларов, сенатор, наличкой, – повторяет Фрэнк, – и вы сами отдадите их мне.

– Ну нет.

– Что «нет»? Не будет денег или вас?

– Меня, – отвечает Везучий сынок.

– Тогда присылайте вашего сутенера Гарта, – говорит Фрэнк и называет место и время передачи денег.

После долгого молчания он слышит:

– Откуда мне знать, что вам можно верить?

– Я человек слова, – говорит Фрэнк. – А вы?

– Я тоже.

– Значит, договорились?

– Договорились.

Везучий сынок кладет трубку.

Фрэнк выключает магнитофон.

Он не ребенок и отлично знает, что не видать ему миллиона долларов.

Его постараются убить.

Я мог бы сбежать, думает Фрэнк. Пожалуй, мне бы это удалось. Продержался бы как минимум несколько лет. Ну, и что это была бы за жизнь? Понемногу я превратился бы в беднягу Джея Вурхиса и с облегчением принял бы свой конец.

Это не для меня, твердо говорит себе Фрэнк.

Пусть приходят.

Посмотрим, что из этого выйдет.

– Так нечестно! – кричит Джимми Малыш. – Я пойду. Я смогу его убрать.

– И он это утверждает, несмотря на множество доказательств обратного, – говорит Гарт. – Ладно, дело решенное.

– Кем решенное?

Гарт не отвечает.

Тогда Джимми выходит из себя.

– Послушайте, я знаю, на кого мы работаем. Мне все известно о вашем дерьме. О вашем сенаторе с недоваренной макарониной, об убитой девушке, о том, как Фрэнки М. бросил ее в…

– Это не Макьяно, – говорит Гарт. – Там был другой…

– Риццо?

– Риццо.

– Тогда какого черта нам было приказано убрать Фрэнка? – спрашивает Джимми. – Он же ничего не знал.

– Теперь знает, – отвечает Гарт.

Да, думает Джимми, потому что ты еще хуже своего политика и сам все рассказал Фрэнку.

– Я поеду.

– Решение принято, – возражает Гарт.

– Никакого решения, пока мы не поговорим с дядей Тони, – стоит на своем Джимми.

– Говорили мы с твоим дядей Тони. Он дал согласие. И ребята уже работают.

Джимми кажется, что у него вот-вот голова разлетится на мелкие кусочки. Ему трудно поверить… Неужели Гарт говорит правду? Вот тебе и дядя Тони. Тони, черт бы его побрал, Джекс пошел на такую подлость?

Дядя Тони – мужчина. Он старой закваски.

Из кармана брюк Джимми достает мобильник и набирает номер дяди Тони, после чего ждет, когда старик возьмет трубку.

– Дядя Тони, мне сказали, что…

– Спокойно, малыш, – говорит дядя Тони.

– Дядя Тони, я сам могу его убрать!

– Не можешь, Джимми! – Старик говорит твердо, четко, ясно. – Здесь нельзя ошибиться. Фрэнки М. умрет, и «Подсадную грудку» прикроют.

– К черту «Подсадную грудку»! – кричит Джимми. – К черту Мильоре с их клубами! Мы проживем и без них.