Зимняя охота короля
Шрифт:
— Пустой он был человек. И — тщеславный. Но я постараюсь вспомнить о нём что-то хорошее, ибо зла у меня на него нет.
Отметилась в этой теме и Капа:
«— Вот и Геймара — ба-бах! Правда, не мы… Сир, знаете, а я не думала, что прохиндей и карьерист такую большую пользу принести может…»
Потом король объяснял, почему победу следует считать безусловной и полной, даже несмотря на упущенного Безликого.
— Господа командиры! Мои выводы, возможно, удивят вас, но, тем не менее, из случившегося другого ничего мне не вытащить. Мы имеем дело с одиночкой. Не с расой завоевателей миров, а с одиночкой, который не слишком уверен в собственных силах. Скорее всего, он отщепенец из какого-то не знающего магии мира. Но и техническим я бы этот мир не назвал. Те факты, что известны нам сегодня, наталкивают на мысль о неком третьем пути развития, когда используется уже готовый природный материал — например, люди — для создания управляемых со стороны живых механизмов…
«— Бионика, сир. Скажите им, что это — бионика!»
«— Капа! Нечего им головы ерундой забивать!»
«— Признайтесь лучше, что сами не знаете!»
«— Название знаю».
«— Во-во, и на этом знания Ваши заканчиваются…»
Между тем, король продолжал пояснения, внимательно вглядываясь в глаза слушателей — понимают ли?
— …Невероятная скорость перестройки человеческого тела в Безликого ужасает, но… Но, господа… Безликие — товар штучный. У Разрушителя Маски наперечёт, иначе он не выделял бы всего лишь по одному на королевство. Будь их в одном месте хотя бы с десяток, и мы — проиграли. Десять табунов одновременно нам не одолеть, господа… Два с половиной месяца — вполне достаточный срок, чтобы против нас набрать десять табунов в любом королевстве, а их — всё ещё нет. Значит, не хватает Разрушителю Масок. И, тем не менее, он даже эту не сохранил, побоялся, что я её так и не возьму в руки, но узнаю, как она устроена. Бальсар, что вы выяснили из пыли Безликих?
— Ничего, сир. Нету её, пыли-то. Исчезла, растаяла, растворилась… Никаких следов не осталось даже во фляге, куда я набрал для изучения. В закрытой фляге нет ничего, представляете, сир?
— Мы никогда не пробовали узнать, во что превращаются мозги пустоголовых. Может быть, изучить ту жижу, что от мозгов остаётся?
— Я подумал об этом, сир. Там та же история — ничего не осталось. Мы бы уже знали об этом, если бы на вскрытии пустоголового в Скироне понаблюдали немного дольше…
— Ну, что ж, нет, так — нет. Как видите, господа, Разрушитель тщательно убирает за собой. Мы ничего не знаем ни об устройствах, которыми он пользуется, ни о принципах, на которых они работают. Я думаю, что он уязвим, и, в случае разоблачения его секретов, проиграет обязательно. Наверное, потому что ограничен в возможностях, как и любой одиночка. Иначе, зачем бы ему так тщательно скрывать свои тайны? Да, Безликого мы не захватили — как вы правильно заметили, Паджеро, у нас не было на это ни малейших шансов. Но мы теперь знаем, что Разрушитель нас боится, что он — один, и без помощи заговорщиков ничего в Соргоне добиться не может. В этом знании и есть наша победа — полная и безоговорочная. Освобождение Соргона, господа, всего лишь — дело времени. Согласны со мной, или есть возражения?
Возражений не последовало, но и полной ясности, похоже, всё ещё у командиров не было. Что-то смущало их в разъяснениях короля. А, может, Василий упустил нечто важное? Не учёл существенное, и все его выкладки ошибочны?
— Что вас смущает, господа? Спрашивайте, спрашивайте… Вот вы, сэр Эрин — что тревожит вас, генерал?
— Заговорщики, сир. Меня волнуют заговорщики. Почему не все из них имеют, как Вы говорите, «жучка» в голове. Разрушитель допустил в руководство заговором людей, которыми не мог управлять. Как-то неправильно это, для него неправильно. Просчёт? Ошибка? В Раттанаре ни Неблин, ни Тетуан, ни Фехер не имели «жучка». Как это объяснить, сир?
— Здесь, как раз, всё очень просто. Разрушителю не удалось встретиться с ними лично, а кроме него вставить «жучка», видимо, некому. Ещё одно подтверждение, что Разрушитель — одиночка. И, заметьте, все его неприятности начались именно там, где он не смог контролировать верхушку заговора. С Раттанара, господа, и начались несчастья Разрушителя. Бесконтрольные властолюбцы насторожили и короля, и Кабинет, и вас, Паджеро, и вашего друга Джаллона… Так и скажите солдатам — наша победа полная. По всем рассуждениям — полная!
На этом серьёзная беседа закончилась. Дальше было только вино да боевые заслуги. Справедливости ради, следует отметить, что хвастовства личными подвигами не допустил ни один командир. Зато своими солдатами хвастались безмерно. Уже под утро, когда в победителей перестало вмещаться даже самое лучшее вино, наступил черёд покаяний. Начал их Готам, измученный совестью за нерешительные действия против пехоты наместника. После него слово взял Эрин, ругавший себя последними словами за несдержанность, поставившую под удар особу короля. Дождался очереди и Тусон. Когда королю надоела роль исповедника, он поднялся и сказал:
— Извините меня, господа, но я вынужден прервать ваши излияния, поскольку уже светает. Посиделки объявляю закрытыми. У нас ещё будет время разобрать наши промахи в бою. А сейчас приказываю: всем — спать! Благодарю вас, господа, за компанию… И за выигранную битву — благодарю!
Самому королю пожаловаться не удалось — выпитое вино свалило его, едва Василий добрался до походной койки, и Капа облегчёно вздохнула. Уж ей-то слушать покаянные речи короля совершенно не хотелось.
Проснулся король в полдень. Похмелье не мучило, но некая неуютность в организме, всё же, ощущалась. То ли остаточная усталость являлась тому причиной, то ли недосказанное им у костра. Не так радужно выглядела на самом деле вчерашняя победа, как старался Василий показать своим соратникам. Подозрение, что Разрушитель получил от распылённого Безликого информации больше, чем хотелось бы королю, сидело занозой в сознании Седобородого. И одного этого хватало, чтобы надолго испортить ему настроение.
Существовали вопросы, которые у костра никто не задал, и от обсуждения которых Василий уклонился бы в любом случае. Король надеялся, что никто из командиров не додумается до них самостоятельно, а если и додумается, то не сейчас — не было у Василия готового ответа на них. Скажем так — откуда берутся у лысых фехтовальные навыки? До вчерашнего боя с табуном как-то не казалось важным это знать. Однако, посоревновавшись с лысыми в ловкости и умении владеть мечом, Василий сделал неожиданный вывод: лысые, как бойцы, подготовлены до уровня среднего воина. То есть, это явно не мастера меча, но и зелёными новичками их не назовёшь. Для случайно набранных, где попало, людей — это вещь совершенно невероятная. Учитывая, что манера ведения боя у них одинаковая, можно смело делать вывод, что боевые навыки табуна принадлежат тому, кто им управляет.
А вот тут, как раз, и кроется самый важный вопрос: кому именно? Безликому, бывшему в прежнем своём существовании солдатом, или самому Разрушителю? Если Разрушителю, то это — полбеды. Скорее даже, известие радостное — потому что говорит о невозможности через Маску считывать мозг жертвы. Тогда появляется надежда, что знания Геймара не попали в руки Разрушителя. Пусть Василий и держал советника на дистанции, не подпуская близко к своим секретам, но ведь Геймар не глухой и не слепой! Если содержимое его мозгов дошло до врага, то хорошего в этом мало. Ни один агент не смог бы сообщить Разрушителю того, что тот сам вытянул из головы идиота барона. Если вытянул.
Определиться, хотя бы приблизительно, удалось бы, сравнивая манеру ведения боя разными табунами. Если она во всех случаях одинакова — навыки Разрушителя. Если нет, значит — Безликого и это, увы, означает, что чужой мозг для Разрушителя — открытая книга. Очень неприятная перспектива — любой из окружения короля, при попадании в плен к Безликому, автоматически становится источником информации для врага. И не только в этом опасность. Умения бойцов уровня Тусона или Паджеро дадут Разрушителю табун, состоящий из одних только мастеров меча — попробуй такой истребить с помощью обычных солдат. Да, десять тысяч Тусонов, даже и без доспехов, изрубят в капусту всю имеющуюся у короля армию!