Чтение онлайн

— В логове, — протянула со смешком. — Скажешь тоже, будто зверь какой.

— А он и есть зверь, Лета, — серьёзно выговорил Матвеев. Бросил ручку на стол и уставился мне в глаза. — Сожрёт тебя и не заметит.

— Игорь, мы не в девяностых. Тебя послушать, так у тебя все бандиты и убийцы.

— Мы — не в девяностых, а вот он — да. Да толку тебе говорить то? Всегда сама себе на уме.

— Игорёк, ладно тебе уму меня учить. Я не маленькая и не такая тупая, как ты думаешь.

— Угу, — не разделил он моего энтузиазма.

— Слушай, что ты обижаешься постоянно, как маленький ребёнок?

— Лет, ты не чужой мне человек. Но услышать меня не можешь.

Не знаю, что конкретно он имел в виду под "не чужой человек". Нашу детскую дружбу или дурацкие школьные псевдоотношения. Но ни то, ни другое меня особо не обрадовало. Особенно, если учесть его абсолютнейшую беспристрастность и даже какую-то глумливость по отношению ко мне на протяжении всех последних лет.

— Игорёк, ты половину на половину брешешь ведь! Будто специально очернить его хочешь.

— И для чего мне это, по-твоему, надо?

— Может, виды на меня какие имеешь? — Задумчиво поинтересовалась я, решив пошутить.

— А если и так?

— Дурак совсем, да?

— Сама дура.

Поговорили, что хрену наелись.

После учебы, забрав Маньку со школы, мы пошли в магазин за продуктами. Сидеть на шее у соседа я не собиралась. Да и лучше всего было бы заняться поиском другого жилья, но пока в финансах у нас такая брешь, что еле хватило расплатиться за покупки.

Когда мы пришли, в доме уже витал запах еды. Манька разулась и первым делом поскакала на кухню. Оттуда тут же полилось её милое воркование и вежливый голос соседа. Я только вскинула бровь, уже особо ничему не удивляясь. Аккуратно поставила её ботинки рядом со своими, повешала куртку на крючок. Бегло отметила, что теплое пальто у соседа всё же имеется. Но ему он, похоже, больше предпочитает ветровки. Сходила в ванную, вымыла руки, подхватила в прихожей пакеты с продуктами и наконец вошла в кухню. Парень стоял у плиты с шумовкой в руке, сестрёнка проводила ревизию холодильника.

— Это что? — поинтересовался Архип, кивнув на пакеты.

— Продукты.

— Зачем?

— В смысле, зачем? Есть.

— Я последний хрен без соли не доедаю, могу сам купить.

Нормально? Я потратила всю оставшуюся зарплату, накупила продуктов, а он хрен без соли не доедает!

— Архип, — начала я нарочито спокойно, — нам надо как-то компенсировать своё пребывание здесь.

— Во-первых, вы ко мне с баулами под дверь не припёрлись, я сам решил вопрос вашего пребывания здесь. А во-вторых, я всё необходимое уже купил, — заметил он, помешав что-то в казане. В большом таком, к слову, казане.

— Это правда, — кивнула Манька, продемонстрировав забитый холодильник. Вытащила оттуда шоколадку, уселась с ней на стул и обратилась к парню: — А почему она тебя Архипом называет?

— Нравится ей так, — пожал он плечами, закрыв крышкой казан.

— И что ты мне прикажешь с этим делать? — Уточнила, кивнув на пакеты.

— Что хочешь, — последовал равнодушный ответ.

— Ну и кто ты после этого? — разозлилась я. — Я, между прочим, осталась без копейки из-за этих покупок, а до зарплаты ещё неделя!

— Я ведь не просил тебя это всё покупать, — заметил разумно.

— Архип, ты вот что-то меня резко бесить начал.

— Буду считать это прогрессом.

Зло выдохнула и начала укладывать покупки в холодильник. Влезали они туда с трудом, что злило меня ещё больше.

— Что готовишь? — Поинтересовалась Манька. — Пахнет вкусно…

— Плов.

— Ого! А ты умеешь?

— Как видишь.

— А меня научишь?

— Научу.

— Классно, — с восторгом протянула сестренка. — Я пробовала татарский и ингушский. А у тебя какой?

— Ташкентский.

Гурманы, блин! Татарский, Ингушский, Ташкентский. Плов — он и в Африке плов.

— Можно подумать, ты в Ташкенте был, — хмыкнула я, продолжая войну с холодильником.

— А, можно подумать, ты всё обо мне знаешь, — ответил он тем же тоном. — Был и даже жил.

— Серьёзно? — удивилась Манька.

— Я там родился. И жил до десяти лет.

— А почему переехал?

— Вышло так, — не стал он вдаваться в подробности.

Я глянула на него поверх дверцы холодильника и подумала, что я о нём действительно мало что знаю. Если быть точной, то не знаю вообще ничего. Только со слов Игоря. Но не вяжется у меня образ убийцы и бандита, описанный Матвеевым, с тем Архипом, который сейчас стоит на кухне, готовит плов и миролюбиво общается с моей сестрой. Потом я вспомнила, с каким холодным расчетом он вчера раскраивал башку Валерия. Поёжилась и отвернулась.

Закончив наконец с продуктами, я довольно громко захлопнула злосчастный холодильник. Архип обернулся. Посмотрел на меня чуть прищурено, потом перевёл взгляд на бытовой предмет.

— Стоит купить холодильник побольше.

Адекватно? Прямо непрошибаемый человек.

— Так, — начала я, присев, — чтобы больше не случалось таких недоразумений, давай сразу обговорим наши с Манькой обязанности. Что мы должны делать?

— Выносить мусор, мыть полы и посуду, — стал загибать пальцы, — чистить ковры от шерсти своего кота, выбивать подушки, пересчитывать рис, горох и маш, отдать мне свои девичьи сердца… А, ну да, и еще стирать мои носки.

— Оборзел? — Вырвалось у меня прежде, чем я подумала. Архип удивленно хмыкнул.

— Делайте, что считаете нужным, — уже серьёзно ответил он. — Обязательно дашь на дашь? Знаешь такую поговорку: око за око — весь мир ослепнет.

— Причем тут око за око?

— Притом, что я ничего от вас не требую, это ты себя заморачиваешь.

— Ладно, разберёмся, — ответила я, погладив запрыгнувшего на колени кота.

— Как его зовут, кстати?

— Леший.

— Почему Леший?

— Потому, что когда ты его принес, он был лохматый, как чёрт и грязи с него вышла полная ванна.

— Логика!

Соседу кто-то позвонил. Глянув на дисплей, он поморщился и вышел из кухни, плотно закрыв за собой дверь. Когда вернулся, всё его дружелюбие куда-то испарилось. Он уже не хотел общаться, только стоял и задумчиво пялился в окно. Я утянула Маньку в комнату, разбирать наши баулы. Сейчас, при свете дня, я с интересом осмотрела наше новое местообитания. Довольно уютная комната, надо признать. И очень даже чистая. Что не особо характерно для живущего одного парня. Кстати, вся мебель здесь была новой. И большая двуспальная кровать, и шифоньер и тумбочки. На окнах не было никаких занавесок, как и во всей квартире. Зато был отдельный телевизор. Это уж точно — хрен без соли не доедает…

Единственной старой вещью здесь была гитара, висевшая на стене. Обычная "Ленинградка". Местами покарябаная, с потрескавшимся лаком и кучей разных подписей. Нашарив в одном из пакетов тряпку, прошла в ванну, заметив, что Архип так и стоял на кухне. Намочила тряпку и пошла вытирать пыль. Когда сняла с гвоздя инструмент, он случайно дзынькнул струнами. На этот звук и явился вездесущий сосед.

— Что ты делаешь? — поинтересовался он, посмотрев на меня с гитарой в руке.

— Пыль вытираю, — ответила ему, не решаясь пройтись тряпкой по деке.