Злоба
Шрифт:
– Разве что…
– Что? Говори!
– Сны.
– Что?!
– Сны. Понимаешь, перед всей этой затеей я видел сны. Они вроде бы предупреждали меня, заставляли отказаться от неё, но, с другой стороны, тянули меня сюда.
– Сны, – задумчиво повторил Олег, тщательно пережёвывая это слово. – Мы не можем полагаться на сны, но сейчас, когда вся реальность приобрела вид сущего кошмара, нам ничего не остаётся больше. Что за сны?
– Страшные, в основном, – ответил я.
– Рассказывай.
Но рассказать я не успел. В кабину влетел Антон. Глаза его были раскрыты настолько, что соперничали по величине с окулярами прибора ночного видения.
– Шеф, всё пропало, – выпалил он.
8
– Теперь-то что?! – вскричал Олег.
– Там впереди на путях, или чёрт знает на чём, стоят цистерны. Много цистерн. Даже, если они порожние, то столкновение всё равно будет смертельным.
– Так, – сказал майор, беря командование полностью на себя, как при чрезвычайных происшествиях. – Срочная эвакуация! Ренат, передай моё распоряжение остальным! Антон, Сергей, отцепляйте вагон, это даст нам хоть немного времени!
Я выскочил из кабины и понёсся по узенькой дорожке обратно в вагон. Ветер со всего разлёта вонзался мне в спину, и теперь, казалось, я должен с лёгкостью преодолеть эти несколько метров. Но не тут-то было. Передо мной, словно выросла невидимая стена, которую мне приходилось толкать. Каждый шаг давался мне с неимоверным усилием. На ум пришла мысль, что я, скорее всего, провалю это задание.
Но тут дверь вагона открылась, и в освещённом прямоугольнике возник знакомый силуэт. В тот же момент стена, державшая меня так прочно, исчезла. Я изо всех сил рванулся вперёд, и, поддерживаемый воздушными потоками, оказался в объятиях Златы.
Несмотря на всю приятность этого обстоятельства, я не стал в них задерживаться, а сделал ещё пару шагов в вагон и крикнул:
– Экстренная эвакуация!
Это всё, на что меня хватило, и я рухнул на пол без сил и без чувств. Но вот как раз на обмороки времени теперь не было.
Я почувствовал сильные руки, вцепившиеся железной хваткой в спецовку и поднимающие меня, а потом несколько не больных, но хлёстких ударов по щекам. Этого хватило, чтобы прийти в себя.
Конец ознакомительного фрагмента.