Чтение онлайн

— Может быть, чуть позднее, — не стала категорично отказываться я. Кто знает, как жизнь повернётся.

Пересчитав двенадцать медяков, которые мне удалось выиграть, я сложила их в свой тощий кошелёк.

Получилось выиграть больше серебряного. Хотя не скажу, что это было так уж легко. Каждый раунд меня пытались облапошить с помощью всё новых, совсем не магических уловок. Но предчувствие не подвело.

Денежная система Стейнхорма была довольно проста. В одном серебряном было десять медных монет, а в золотом — сто серебряных. Сегодняшней добычи достаточно, чтобы прожить с полмесяца, затянув потуже пояс.

Впрочем, тратить их пока совсем не хотелось. Хотя купить нужно было ещё много всего. Если не сказать — почти всё. Те вещи, которыми я пользовалась в ордене были большей частью одолжены кем-то.

Я причёсывалась старым гребнем Магды, носила казённую одежду, мылась едким мылом, которое варили орденцы сами, вытиралась полотенцем, сделанным из старой простыни.

Жизнь Ольги Смолянской из прошлого казалась теперь благополучной и безмятежной.

Горько вспоминать, что когда-то я могла выкинуть почти полный бутылёк шампуня, потому что средство не оправдало моих ожиданий. Или покупала новомодные антистатические щётки для волос. Или могла потратить час на то, чтобы выбрать пару футболок на лето в интернет-магазине.

Прошёл всего год, а в ту жизнь на Земле уже верилось с трудом.

Но цепляться за призрак воспоминаний было бесполезно. Только душу травить.

Когда я возвращалась в обитель на душе было муторно, как никогда, и наверное, потому далеко не сразу пришло осознание, что беда случится вот-вот.

Неладное я осознала лишь на подходе к главному зданию обители. Обеденное время давно прошло, и всюду должны были сновать орденцы — кто по рабочим, кто по учебным делам, но во внутреннем дворе оказалось неожиданно пусто.

— Что-то не так, — отозвался Умбра, разделяя мои сомнения. — Может, нам уйти сейчас? Деньги теперь есть, заберём вещи в лесу и пойдём вдоль старого тракта на запад.

Хотя какая-то трусливая часть меня хотела согласиться с предложением колдуна, я понимала, что не хочу из-за обострившегося чутья всю жизнь избегать неведомо чего. Боясь, даже взглянуть в глаза опасности.

Я прислушалась ко внутренним ощущениям. Хотя грозовая туча нависла надо мной, в ближайшее время меня не ждало ничего фатального. Ничего, что будет стоить мне жизни или серьёзных проблем со здоровьем.

Просто привкус… сокрушительной горечи. Как будто сердце вот-вот разобьётся, а ты не в силах понять отчего.

Я взглянула на силуэт обители на фоне переливчатого оранжевого неба и постаралась запомнить каждый её дюйм.

Глупо.

Я никогда не хотела становиться рыцарем.

Рисковать своей жизнью за кусок хлеба, крышу над головой и возможность носить одежду с чужого плеча.

Теперь я достаточно окрепла и так просто не пропаду. Сумею устроиться получше.

— Ты плачешь? — голос у меня в голове был тихим, почти неслышным, будто Умбра не хотел мне мешать, но отчего-то ему было важно знать, что я чувствую.

— Нет. Не плачу.

Да, даже если это начало конца, нужно собрать мужество в кулак и сыграть отведённую мне роль.

***

Я почти не удивилась, заметив в обеденной зале толпу народа. Стоял тихий гул, сплетённый из десятков голосов — слов было не разобрать, но это и без надобности.

Напряжённое ожидание на лицах сменилось растерянностью, гневом и брезгливостью, стоило мне перешагнуть порог.

Значит я не ошиблась.

Я много раз представляла эту сцену и думала, как они будут себя вести? Накинутся ли на меня, осыпая проклятьями, или просто выставят за дверь без суда и следствия, чтобы не мозолила глаза.

Реальность была хуже всяких фантазий.

Те, кто ещё сегодня утром были моими товарищами, учителями, а то и друзьями просто стояли и молчали. И их лица были такими, будто бы я резала их живьём.

Я улыбнулась, чтобы скрыть горечь и приободрить себя.

Вот и всё.

— Ну надо же, леди Деррин, похоже вы обладаете не только недюжинной наглостью, но и силой духа, раз умудряетесь веселиться даже в такой ситуации.

Голос Криса я узнала бы из тысячи. Орденцы расступились, пропуская Леонталя вперёд и признавая за ним решающее право говорить со мной. Среди присутствующих он стоял выше всех в иерархии. Остальные мастера то ли ещё не знали о происходящим, то ли не сочли нужным явиться лично.

Крис очень хотел нацепить на лицо маску холодного безразличия, но у него ничего не вышло. Гнев в серо-зелёных глазах мешался с болью. Рот кривился, будто он хотел накричать на меня, но пока держался.

Я знала — он вспоминал, как совсем недавно говорил со мной о своей матери, о проклятье, как водил меня в хранилище и зачитывал вслух стихи Умбры. Вспоминал каждую минуту доверия, и был уверен, что всё это время я в тайне смеялась над его простодушием.

— Если я скажу, что не Генерис? — и без подсказки чутья было понятно, что слушать меня не будут. Гнев и обида сильны настолько, что голосу разума не пробиться сквозь них. Не сейчас. Но попытаться всё же стоило. Если я увижу хотя бы намёк на то, что есть шанс объясниться…

— Давай обойдёмся без этого. Мы все танцевали под твою дудку почти год. И, надо признать, ты оказалась хорошей притворщицей.

В голосе Криса слышалась неприкрытая горечь. Я знала, что он винил себя. Ведь у него были подозрения на мой счёт, но он позабыл о них, отмахнулся и более того — взялся меня учить.

Можно было упорствовать дальше. Постараться убедить, что я не та, за кого они меня принимают.

Но я не решилась.

Да, я не была Генерис, не покушалась на Лидию и её ребёнка, но совершила куда более серьёзный проступок, о котором Крис и остальные и не догадываются.

Вернула к жизни их старого врага. И прямо сейчас он был здесь, смотрел на них моими глазами.

Чем это будет грозить ордену и людям, находящимся под его защитой, одному Арду ведомо. Поэтому я просто не чувствовала, что в праве требовать, чтобы меня выслушали, простили и поняли. Быть прокажённой злодейкой в их глазах — это то, чего я вполне заслуживаю.

Да и опасно было говорить правду. Если кто-нибудь действительно поверит в то, что я иномирянка, ему будет легко устроить моё исчезновение. Пусть я и находилась под некоторым покровительством Арда, оно не защитит меня от клетки в лаборатории мага, вроде Умбры.

Может, разоблачи Крис меня не у всех на виду, я бы и решилась рассказать ему обо всём. Но сейчас, в этой зале каждый услышит моё заявление. И не все здешние люди чисты на руку. Многих, как и меня, в орден привела лишь нужда. А за подобную информацию, о появлении разумного иномирянина, некоторые будут готовы заплатить.

— Я знаю, что ты мне не поверишь, но я не Генерис, — мой голос звучал ровно, хотя щёки пылали — кровь прилила к голове, в ушах слышался гул. Вина и обида внутри меня смешались в какофонии чувств, и сейчас меня штормило не меньше, чем собравшийся народ.