Чтение онлайн

— Тимайо, отправляйся в город и достань дорогой костюм из серой мерцающей ткани и к нему — все эти консервативные штучки. В такой час ограбить магазин — пара пустяков. Смотри только, чтоб одежда подошла этому парню. Возвращайся до рассвета.

Чтобы как-то убить время, Снелц угостил офицера охраны выпивкой и немного поиграл в кости. Даже соснул часок.

Тимайо вернулся в лагерь нагруженным. В своем блиндаже Снелц одел новобранца и отступил назад, с восхищением разглядывая его: тот же рост, то же телосложение, волосы того же цвета. Мэдисон, да и только — для тех, конечно, кто не знаком с ним близко.

Чтобы уж совсем не рисковать, Снелц надел на лже-Мэдисона песочного цвета солнцезащитные очки — в последнее время он часто видел в них землянина.

— Ни с кем не разговаривай, — предупредил парня Снелц, передавая ему конверт. — Просто сядь в мини-мобиль, поднимись на лифте, пройди через приемную, войди в кабинет Ломбара Хисста и положи это прямо посреди его стола. Затем уходи и возвращайся сюда.

— А если я откажусь?

— Тогда мы швырнем тебя в пропасть. И хватит об этом.

Давно уже наступил рассвет. Сонный лагерь выздоравливал от похмелья.

Новобранец, сильно нервничая, попросил, чтоб ему дали выпить хоть баночку тапа. Подкрепившись, он вышел, уселся в машину, и та скрылась в туннеле. Он вошел в лифт, поднялся в башню/вошел в приемную… И обомлел. Там, спиной к двери, сидел главный клерк шефа, из старых уголовников.

Выбора не было: бездна светила ему и в случае отступления, и в случае провала — и он храбро зашагал через комнату.

Старик посмотрел на него, промямлил: "Его нет" — и вернулся к работе.

Новобранец сделал вид, что не слышал. Он проследовал дальше, подошел к кабинету Хисста, открыл дверь и вошел. Комната произвела на него неприятное впечатление: одну из стен целиком занимало зеркало, позади стола возвышалось кресло-трон, похожее на добычу из разграбленного склепа. Но малый времени не терял.

Он достал из кармана конверт, положил его на стол и подпер «жалом» — всякий, кто сядет в кресло, сразу же заметит.

Потом вышел из кабинета.

— Говорил я вам, что его нет, — пробурчал главный клерк.

Посыльный вышел в коридор.

Снелц тем временем трясся от страха и волнения. Но едва посланец уселся в мини-мобиль, как чувство гордости за себя сменилось у Снелца ужасом.

Приземлилась "Модель 99"!

Словно парализованный, он наблюдал, как Мэдисон вылез из кабины и прошел, пыля башмаками, к загородке перед мини-мобилем. Снелц перестал дышать. Заметит ли дежурный офицер, что он дважды отмечает в журнале Мэдисона как прибывшего в лагерь?

Но Снелц не привык рассуждать — он привык действовать. Вынув свой табельный бластган, он выстрелил в верхушку столба, вдребезги разнеся осветитель, и юркнул в укрытие.

Пока еще со звоном сыпалось стекло, охранники бросились прятаться. Мэдисон тоже побежал. Он быстро вскочил в ожидавшую машину и оглянулся лишь тогда, когда та, набирая скорость, стрелой уносилась в туннель.

И мыслить не смея о том, что случится, когда Мэдисон нос к носу столкнется с «собой» где-нибудь в лифте или коридоре, Снелц сотворил то, чего почти никогда не делал: он помолился.

Посланец тем временем ждал в холле лифта. Кто-то поднимался наверх!

Не желая ни с кем сталкиваться, возможно, даже с Ломбаром, посланец поспешно огляделся. В холле стояла большая коробка с бумагой для принтера. Она была высотой всего лишь четыре фута, но парень, не раздумывая, юркнул за нее. Осторожно выглянув, он с ужасом увидел, как из лифта вышел настоящий Мэдисон!

Как только холл опустел, посланец нырнул в лифт.

Настоящий Мэдисон вошел в приемную.

— Что, — спросил клерк, смерив его бесстрастным взглядом, — забыли что-нибудь?

Мэдисон не остановился и, лишь входя в кабинет Ломбара, сказал:

— Я подожду.

Он принес с собой последние вырезки из газет с множеством хвалебных речей о Хиссте, в которых выражались пожелания обрести империи закон и порядок, а также гнев по поводу всех тех, кто пытается опорочить честь работников Аппарата. Мэдисон знал, что снимки, на которых у Ломбара такое сердитое лицо, доставят ему бесконечное удовольствие, и решил аккуратно разложить их на столе шефа. Делая это, он случайно опрокинул конверт, подпертый «жалом». Мэдисон машинально придал ему прежнее положение. Но тут же обнаружил, что конверт ~ ему мешает: вырезок было много. Он снова взял конверт, подвинул «жало», получше вгляделся в то, что держал в руке…

И замер как громом пораженный.

Ломбару Хиссту от Джеттеро Хеллера

Лично. Секретно.

Как он сюда попал?

Запечатан.

Значит, Ломбар еще не видел письма.

Не зная о предупреждении, сделанном Хеллером Снелцу, о том, что посланца, возможно, убьют, если печати окажутся сломанными, Мэдисон задрожал от неукротимого желания узнать, что там внутри.

Что это? Тайная переписка?

И поскольку все, что Мэдисон делал, он делал по одной лишь причине, то устоять не мог.

Он взял и сломал печати.

За дверью все было тихо.

Глаза Мэдисона быстро забегали по строчкам:

Хисст!

Привет, салют и все такое прочее — но ничего от искреннего сердца.

Вы уже знаете, чью компанию я давно разделяю, поскольку я оставил вам в подарок свой жезл.

Как вам известно — вы ведь постоянно говорите об этом по хоумвидению, — его величеству нездоровится, и мы не хотим беспокоить его таким пустяковым делом, как подписание королевского указа, объявляющего вас предателем и угрозой для государства.

Однако мы обещаем, что в том случае, если вам захочется использовать Армию и Флот для нанесения удара по Калабару, такой указ будет издан и Хиссту придет конец. Поэтому советую вам просто-напросто немного перебеситься, пристрелить кого-нибудь из ваших драгоценных сотрудников и не препятствовать естественному ходу событий.

Надеюсь, что не буду иметь удовольствия видеть вас болтающимся на виселице.

Джеттеро Хеллер

Мэдисон перечитал письмо, и вдруг все разорванные ниточки стали связываться воедино. Уже не раз он говорил Хиссту, что в том или ином случае ему просто необходимо получить королевский указ, и всегда шеф становился каким-то чрезмерно уклончивым!

Мэдисон вдруг все понял.

За дверью в королевском дворце, охрана которой так заботила Хисста, не было никакого императора!

Так вот в чем дело!

Мэдисон быстро огляделся. Похоже, никто его не видит.

Значит, это не переписка. Это письмо поступило сюда впервые.

Риск был основой его профессии. Мэдисон сунул конверт и депешу к себе в чемоданчик. Вот так — и никаких следов.

Разложив вырезки, он вышел в приемную и спросил старика:

— Хиссту поступали какие-нибудь срочные сообщения?