Чтение онлайн

Для этого пришлось поэкспериментировать, поскольку самолет нельзя просто так взять и повернуть направо или налево. Самолет должен сделать вираж. Кроме того, педали руля действовали в этом самолете совсем не так, как в аэросанях, на которых я катался в детстве. Эта мелочь в минуты стресса может причинить немало неприятностей.

Наконец кое-как нам удалось повернуть на северо-запад, и я обнаружил ручки и рычаги, которыми орудовал Гашек сразу после взлета. Они могли позволить самолету лететь без моего неуклюжего вмешательства. Занявшись работой с приборами, я заметил, что моя спутница в плохом состоянии, но помочь, ей мне было нечем. Поэтому я предоставил ей сражаться со своей тошнотой в одиночку. Теперь же она заговорила слабым неуверенным голосом:

– А почему ты летишь не туда, Мэтт? Ведь материк на востоке, так? Разве нам не надо взять курс на солнце?

– Я ничего не забыл на материке, киса. Мне нужно другое: остров, похожий на полумесяц, и катер...

– Но, Мэтт...

Я вздохнул и стал терпеливо объяснять:

– Кэрол, мы отправились в это путешествие, чтобы побольше разузнать, верно? По крайней мере, это относится ко мне. Я должен найти это место. Ты слышала, что говорила эта девчонка? В ближайшие день-другой запланировано что-то грандиозное. Огненный кошмар, массовая катастрофа. Их свяжут с появлением этих летающих предметов и повесят на США. Мне надо узнать, откуда это может начаться.

– Но она погибла, и ее партнер тоже...

– Зато люди на этом катере живы, не правда ли? Если мне как-то удастся сесть неподалеку от них, они обязательно нас подберут, хотя бы для того, чтобы выяснить, что случилось. А затем, возможно, они направятся туда, где находится их центр, и мне очень хочется попасть туда вместе с ними.
– Я криво усмехнулся.
– Присцилла, правда, намекнула, где это может быть, но я не хочу рисковать. Я должен сыграть наверняка.

– Наверняка? О чем ты говоришь! Ты даже не умеешь сажать самолеты. Тебе надо отыскать аэродром, тебе надо выяснить у кого-нибудь, как это делается...

– Я не понимаю их терминологию по-испански, - отозвался я.
– Да и по-английски-то с трудом. Да я врежусь в землю, пытаясь понять, что мне там советуют. Нет уж, я попытаюсь сесть где-нибудь тут. Согласись, для начинающего авиатора я выступаю неплохо.

– А если ты нас поубиваешь? Что тогда?
– Кэрол глубоко вздохнула и сказала: - Ладно, милый, делай, что знаешь. Чем я могу помочь?

Я поглядел на нее. Я совсем забыл, что симпатичные женщины могут легко поддаваться приступам тошноты, но это не означает, что у них плохо с отвагой. Кэрол лукаво улыбнулась, словно угадала мои мысли.

– Извини, что я так опозорилась, Мэтт, - сказала она.
– Но я просто не привыкла к крови...

– Ясно.

– Скажи мне, что делать. Я пожал плечами.

– Раз уж ты спросила, то наш приятель на заднем сиденье имеет три пушки - браунинг, люгер и еще один небольшой пистолет, принадлежащий Солане. Присцилла передала его ему там, на шоссе. Достань их, а потом привяжи его. Когда я буду сажать самолет, нам ни к чему, чтобы он летал по кабине, он слишком уж тяжелый.

– Ты удивительно грубо и прямолинейно выражаешь свои мысли, - поморщилась Кэрол.
– Первый раз встречаю такого бестактного человека. Если бы я тебя всего облевала, тебе это было бы хорошим уроком!
– Она встала на колени и повернулась к Гашеку.
– Вот твой арсенал. Куда его девать?

Я взял пистолеты, посмотрел на них. Самолетик летел послушно, без моего вмешательства, на высоте трех тысяч футов, со скоростью сто сорок миль в час. Я имел право ненадолго отвлечься.

Я посмотрел на большой гладкоствольный люгер, с помощью которого Гашек заработал свою репутацию. Проверил обойму и затем сунул его в карман, где уже лежал револьвер Присциллы. Затем я посмотрел на браунинг, который забрал у Вади - теперь, казалось, уже вечность назад. Я проверил его, поскольку какое-то время им владели чужие люди, потом сунул в другой карман. Я проверил пистолет Соланы, очень похожий на предыдущий, и хотел было таким же образом обойтись и с ним, как вдруг остановился.

Для пистолета, почти полностью совпадавшего с браунингом по габаритам, он сильно отличался по весу. Вообще-то такое бывает. Достаточно взять два ружья, похожих по своим общим характеристикам, но сделанных в разных странах, и одно покажется легким, а другое тяжелым. Все зависит от распределения веса. То же самое характерно и для пистолетов, если вы способны различать нюансы. Но здесь контраст был столь разительным, что следовало разобраться, почему так случилось. Я извлек обойму, она была практически полной. Я вытащил патрон из патронника. Это был вполне стандартный патрон. Я снова взял обойму, чтобы вставить ее на место, и вдруг понял, что она весит слишком мало. В ней явно не могло быть пяти-шести положенных патронов.

Разобравшись, в чем дело, я расхохотался. Устройство поражало простотой. В патроннике был настоящий патрон, то же самое можно было сказать и про верхний в обойме. Пистолет мог произвести два настоящих выстрела. Тому, кто бегло осмотрел бы его, он показался бы в полном порядке. Однако в нижней части обоймы патронов не было, хотя это было закамуфлировано самым тщательным образом. Я понял, что скрывается за медной оболочкой - и прежде всего не порох и свинец.

– Что там?
– подала голос Кэрол.
– Что ты смеешься?

– Замысел нашего друга Соланы оказался не таким уж простодушным. Вот настоящий передатчик. А тебе он дал пустышку, для отвода глаз.

– Ну, это просто отвратительно!
– вспыхнула Кэрол.
– Ты хочешь сказать, что он разыграл спектакль, который и не должен был никого обмануть?

– Ну, во всяком случае, он не должен был сбить с толку Присциллу. Ей достаточно было обыскать тебя, найти у тебя в ботинке пустышку и успокоиться. А настоящий передатчик все это время спокойно путешествовал в обойме. Солана понимал, что ни один профессионал не бросит заряженный пистолет. Неплохо придумано!
– снова рассмеялся я.
– Очень даже неплохо. Мне положительно нравится этот мексикашка!

– Мэтт!
– в голосе Кэрол послышалось то самое негодование, которое возникает у симпатичных женщин при уничижительных упоминаниях о представителях иных народов.

– Ну, раз он называл нас гринго, я могу называть его мексикашкой. Ласкательно, конечно. Но я могу называть его и проницательным кастильским кабальеро, если тебе так больше нравится. По крайней мере, это означает, что мы тут не одни. Где-то, похоже, нас пасет другой самолет.
– Посмотрев на полуразобранный пистолет, я снова стал собирать его.
– Это также означает, что мне надо немного изменить программу. Мне надо понять, как передать этот электронный подарок врагу, не вызывая подозрений и не получив пулю в лоб.

– Мэтт, гляди! Вон там какое-то судно. И дальше тот самый остров в виде полумесяца. Ты его хотел?

Да, это был тот самый остров, но я не могу сказать, что очень его хотел бы. Но делать нечего, нужно было выдерживать роль храбреца и попытаться приземлиться или приводниться по возможности живыми.

Пролетая над катером, я заметил, что он разворачивался, чтобы двинуться за нами к острову. Он явно пытался не упустить из вида самолет, с которым творилось что-то неладное. В настоящее время катер явно был не готов подобрать нас, но хорошо это или плохо, зависело от конкретных обстоятельств.