Зловещая преданность
Шрифт:
Чертовы штаны. Мое дыхание становится тяжелее от предвкушения, когда твердые пальцы Джулиана прижимаются к центру между моими бедрами. Я чувствую, как он умело расстегивает молнию на моих брюках и погружает палец внутрь.
Джулиан сдвигает мои трусики в сторону и заставляет меня шире раздвинуть ноги, чтобы дать ему больше места, но я делаю это тихо, чтобы не привлекать внимание Эдварда и Бонни. Как только он проводит пальцем по моему клитору, я закрываю глаза и зажимаю рот. Давление его пальца, скользящего между моими складочками и вокруг входа, заставляет меня быть на грани. Однако он никогда не погружается внутрь. Вместо этого он дразнит меня и осторожно отводит руку с озорной ухмылкой на лице. Он посасывает палец, как будто на нем есть капля сладости, и смотрит на меня.
То, как он подмигивает, прежде чем вернуть свое внимание к телефону, заставляет все нервные окончания в моем теле подавать сигналы к завершению.
— Клэр, пожалуйста, подготовься, — говорит Джулиан, переводя взгляд на мои брюки и напоминая, что их нужно застегнуть.
Когда мы подъезжаем к зданию клиента, я уже собираюсь выйти из внедорожника, как вдруг звонит телефон. Я должна ответить.
— Офис Джулиана Блэквелла. Чем могу помочь? — Я отвечаю на звонок. Джулиан кивает, помогая мне крепкой рукой, пока Бонни и Эдвард занимаются нашей охраной.
— Это Эйлин, дорогая. — Женщина отвечает таким хриплым голосом, что кажется, будто она полоскает рот песком. — У нас проблема с примеркой. Размеры, которые вы прислали, портному не подходят. Я хочу сказать вам, Сесиль, что девушка должна прийти к нам.
— О, простите, я Клэр. Сесиль больше не работает на мистера Блэквелла. Я могу что-нибудь сделать?
— Да, скажите имениннице, чтобы она притащила свою маленькую испорченную задницу сюда и примерила эти платья. Если она этого не сделает, они не будут готовы к 5-му числу.
— Вы ведь имеете в виду 15-е? — Спрашиваю я.
Эйлин ворчит на другом конце провода.
— Нет, я имею в виду 5-е. Вечеринка состоится 15-го, и я уверена, что никто не хочет ждать до последней минуты, чтобы подготовить платья.
— Ах, да, извините, дайте мне секунду, — говорю я ей, откладывая трубку. Бонни, Эдвард и Джулиан ждут, потому что, похоже, я собираюсь изменить маршрут каждого. Я не разочаровываю их, говоря: Это Эйлин, организатор мероприятий. Она сказала, что им дали неправильные мерки именинницы и ей нужно пойти, чтобы ей все подогнали.
Джулиан кивает.
— Ладно, все в порядке. Вообще-то, у меня впереди довольно легкий день. Бонни, возьми внедорожник и сопроводи Клэр на примерку. Клэр, скажи Эйлин, что она дала тебе адрес, где будет проходить примерка, и я увижу тебя дома позже. Эдвард, ты со мной. Пусть кто-нибудь пригонит мою машину из офиса.
Вот так мы расстаемся на целый день, и Бонни держит дверь со стороны пассажира открытой, чтобы я могла сесть. Она знает, как сильно я ненавижу ездить на заднем сиденье в одиночестве. Сейчас это уже в порядке вещей, но когда я только приехала к Джулиану, я отказывалась садиться в машину без успокоительного.
Папа умер, когда я сидела на заднем сиденье нашей машины на случайном светофоре по дороге домой после школьного спектакля. Он хотел, чтобы воры знали, что я нахожусь на заднем сиденье и пытался договориться забрать меня. Он замолчал, получив пулю. Меня вырвали из ремня безопасности и бросили на его умирающее тело, где я пролежала до приезда полиции. Выстрелы раздались посреди ночи, и вот так мой мир изменился навсегда. Джулиан забрал меня в свой мир и сделал все, что мог, потому что он был всем, что у меня осталось. Моя мать умерла, когда мне было два года. Кошмары то приходят, то уходят, но, к счастью, я уже не так боюсь, как раньше.
Бонни спасала меня не один раз. Она для меня больше, чем телохранитель и порой относится ко мне как к младшей сестре. Пока это не мешает ей работать, она так спокойно относится ко всему, кроме тренировок каждое утро.
— Эй, адрес дизайнера находится недалеко от работы Дэнни. Хочешь, я узнаю, сможет ли она заглянуть? Посоветоваться с кем-то, кто ближе к твоему возрасту? Я понятия не имею, что было у Джулиана на уме и что выбрала его последняя помощница.
Я киваю.
— Ты права. Я только узнала обо всем этом. Представь, если бы платья приехали и оказались отвратительными.
Бонни смеется.
— Я не думаю, что они будут отвратительными. У Джулиана безупречный вкус, когда дело доходит до его гардероба, и он не так уж плохо справился с твоим выбором.
— Вот тут-то и приходила на помощь его мать. Именно она поддерживает мои политические брючные костюмы. Я имею в виду, что они отлично подходят для работы в офисе, но для вечеринки в честь моего дня рождения? Я не знаю, почему они решили, что могут устроить это мероприятие, не предупредив меня. Это даже не то, чтобы было сюрпризом. Скорее, я была как бы на втором плане.
— Я уверена, что это не так. При организации таких пышных мероприятий нужно многое учитывать. — Бонни пытается придать этому смысл и терпит неудачу. — Может, теперь мы сосредоточимся на твоем участии?
— Ты придешь на вечеринку? Можешь взять с собой и Дэнни. — Говорю я ей.
— Я, наверное, буду работать на мероприятии. — Отвечает она.
— Нет. Джулиан уже сказал, что заканчивает составлять список гостей. Опять же, я не более чем второстепенная фигура, и я хочу, чтобы на моей вечеринке были люди, с которыми мне действительно приятно общаться. Это уже будет кошмар — пытаться уговорить людей, с которыми я училась в школе, прийти в последнюю минуту. Я буду в полной заднице, если мне придется всю ночь разговаривать со стервозной задницей Фионы.
Бонни чуть не подавилась от смеха.
— Она не такая уж плохая.
Я изображаю лучшую Фиону с заносчивым голосом:
— Я не буду добросовестно исполнять эти контракты. Бла-бла-бла. Она всегда смотрит на меня так, будто из-за меня у нее плохой день.
— Уверена, что твое точное впечатление не имеет к этому никакого отношения. — Бонни смеется, когда мы подъезжаем к магазину платьев.
Даниэль "Дэнни" Эдельман стоит у входа, как только мы припарковались, ее вороные черные волосы выбриты по бокам и рассыпаются по спине. У нее такие же карие глаза, как у Бонни, и она обнимает меня.
— Привет, девочка. Давно мы не общались. Что здесь происходит? — Спрашивает Дэнни, когда мы входим в бутик.
Над дверью звонит колокольчик, а в пустом магазине играет тихая музыка. Стеллажи с платьями пестрят разнообразием великолепно оформленных вещей. Некоторые из них просты, а другие несносно сверкают. Я вижу, как из глубины магазина выходит женщина с рыжими волосами, но ее голос доносится до меня раньше, чем она сама.
— Как дела, дорогая? Я Эйлин. Ты именинница? — Спрашивает она.