Чтение онлайн

И тут в разговоре всплыли интересные подробности: парнишка-то своего друга за моську лапищами жамкал, и как-то это на мой взгляд выходит за рамки дружеских отношений.

Он на это что-то пролепетал про лоб и измерение температуры, но звучало откровенно говоря паршиво. Тут не то что Станиславский, я и сама готова орать знаменитую фразу.

А на брошенный мной ехидный взгляд он внезапно взбеленился:

— Да кто вы вообще такая? Чего вы о себе возомнили?

Я от этого вопля даже немного опешила, но потом начала втсавать, чтобы выкинуть этого засранца на улицу, и со спины услышала Степанну:

— Ой, дурак!

Отчего-то именно это фраза остановила меня от рукоприкладства, но не от возмущения и я ему рявкнула:

— Пшёл отсюда, щенок!

А вот его ответа я не ожидала:

— Хрен тебе! — Я даже немного опешила от такого суицидального настроя у молодого индивидуума, но потом меня пробило на смех, когда представила как мы смотримся со стороны: я нависающая над ним и он, ниже меня на полголовы, если не больше, заметно меньше по габаритам, но вместо того, чтобы продолжать мямлить, так уверенно заявляет: «Хрен тебе!», так что с трудом сдержав дурацкое хихиканье, похвалила парня:

— А ты ничего, яйца у тебя есть. На голубого точно не похож.

После этого, стараясь не заржать пошла к лифту, поднял мне настроение парнишка, ой поднял! Молодец, смелый оказался.

Дальше было ничем не примечательное дежурство. Кстати, когда закончилось время посещений, автоматически отметила, что этот «не разлей вода друг» так и не появился. Вот умеют мужики лапшу вешать на уши. И откуда в них это берётся только? С рождения закладывается или с пубертатом появляется? Если честно, я даже немного расстроилась. Вот думала, действительно образец мужской дружбы этакий кондовый встретила, когда за друга в огонь и в воду, а оказалось — пшик. Печально.

Заходил Ильич, интересовался другом того парня. Мол, как идёт у него поправка. Поинтересовалась, с чего такое внимание.

— Понимаешь, Агнесса, друг у него чрезвычайно странный. Таскался в палату как к себе домой, медсёстры его пускали, а одна так и вовсе говорила, что у него из рук какой-то свет шёл, когда он друга своего трогал. Я бы списал всё на обычные бредни, но собрали его буквально каким-то чудом, а он из комы выкарабкался — недели не прошло. Это просто чудо какое-то, там мозг практически умер уже, судя по показаниям приборов, а потом внезапно резко пошёл на поправку. И вот сегодня я узнаю, что друг его снова объявился. Вот и захотел узнать, как здоровье парнишки. А то вдруг он уже на своих двоих из больницы убежал.

— Да-да, очень смешно, ему минимум месяца два-три из гипса выкарабкиваться, а потом ещё и реабилитация, восстановление мышц. Сами не знаете, что ли?

— Эх, Агнессушка, как же хочется порой верить в чудо с нашей профессией! Ну хоть раз, ну хоть один-одинёшенек разочек увидеть чудо! Разве я многого прошу?

На этом как-то наш разговор увял, а Пётр Ильич ушёл к себе, отчего-то шаркающей походкой старика, хотя обычно передвигался быстрой походкой живчика. Ну вот, расстроился. Ну а что я могу сделать? Где я ему это чудо достану? Грязи в нашей жизни навалом, а вот чудесами она нас как-то не балует.

А уже в середине дня привезли этого возмутителя спокойствия с сотрясением мозга, в сильно избитом состоянии без сознания. Вот те на! И где он в нынешнее время таких неприятностей отхватить мог? Сейчас вроде не девяностые, чтобы на ровном месте в хлеборезку получить. Да он и сам паренёк крепенький, а тут не лицо, а сплошной синяк, да и затылок в крови. Вот тебе и пропустил он часы посещений: причина как-никак уважительная, ехидно попеняла себе я. Ну что делать, приняла его, оформила в палату. Ну да, к другу его положила. Ну а что, не зверь же я в конце концов — пусть лежат, болтают. Правда пришлось для этого Иваницкого перевезти в другую палату, ну да ничего, санитары справились. Нет ну надо же, какая забавная судьба у парня: хотел попасть к другу и попал — вот уж усердия не занимать! Мда, так себе у меня юморок, специфический, профессиональный.

Но ведь самым интересным было даже не это, а то, кто его привёз! Это были полковник ОМОНа и ФСБшник. Последний удостоверение не показывал, но я их за версту чую. От них всегда гнильцой потягивает. Если сочетание «честный мент» ещё в природе встречается, то честный ФСБшник — это неизвестный науке зверь.

Не доверяю я этим типам, хоть они и сказали, что подобрали парня на улице, где его гопники избили, которых они, кстати, уже задержали. Зачем они мне эту информацию доносили, я так и не поняла. Для меня она совершенно лишняя. Странные они какие-то, подозрительные. Почему гопников задерживают полковник и ФСБшник? Вообще ерунда какая-то. По идее с хулиганами должны участковые разбираться или ППСники, а тут целый полковник ОМОНа да с коллегой из другого ведомства в придачу. Как их судьба свела-то? Мутная какая-то история.

А дальше вообще начала твориться какая-то дичь: вначале приехала делегация из главного ФСБшника региона и заместителя губернатора, и пошли они не куда-то ещё, а прямиком ко мне в отделение. Оказалось, что этот странный парень — без пяти минут герой России. Награждения только пока не было, поскольку бумаги ещё не готовы. А когда мы всем кагалом пришли к нему в палату — этот кадр сидит себе как ни в чём ни бывало, а на лице ни одного синяка. А ведь я сама принимала парня в отделение, а он спустя пару часов, после приезда его матери целёхонек и готова поклясться, что синяки были натуральными, а не нарисованы при помощи алюминиевой пуговицы и мела.

И тут он начал нести какую-то чушь по поводу того, что он маг и может лечить наложением рук, потому и другу своему руки на лицо клал, поскольку у него это был единственный открытый участок тела. Вслед за ним начала поддакивать его мама, как я поняла из разговора, да-да, мол, потомственный колдун, носитель белой, чёрной и разноцветной магии.

У меня от количества вываливаемого на мои уши бреда, глаза на лоб полезли. Пришлось срочно оттуда слинять, а то бы я точно всех бы за шкирку из отделения выкинула, не смотря ни на какие чины.

Но словно этого было мало, где-то через полчасика появился главврач в сопровождении Петровича — зава реанимации. Оказывается, эти кадры решили устроить эксперимент по выявлению паранормальных способностей у мальчика, которого недавно неслабо приложили головой. Господи, вот делать мужикам нечего, да ещё и ФСБшники туда же и помощник губернатора. Как их только в ведомстве всех держат? Хорошо хоть, что не у меня в отделении они свои эксперименты проводить будут.

А уже вскоре за выпиской для того парня прибежал молоденький румяный лейтенантик. Правда в штатском. Забрал выписку и испарился, словно его и не было. А вот следом пришли задумчивый Петрович и счастливый Ильич.

— Агнессушка, помнишь я тебе с утра говорил про чудеса?

— Ну помню, — легко подтвердила я.

— Так вот, чудеса всё-таки бывают! Мы сами видели. У него руки действительно светятся. Это что-то фантастическое. Естественно ФСБшники взяли со всех присутствующих подписку, но уже вся больница об этом трындит, так что скоро и весь город об этом судачить будет. Я такого никогда в жизни не видел, и не думал, что когда-то увижу. Хотел, правда, хотел, но не верил.

— Ильич, а может он как-то смошенничал? Ну фокус это какой-то?