Чтение онлайн

— Подумай о других смертных.

Об отравителе, перехваченном на кухнях дворца. Человек, и даже не зачарованный. Ему заплатили золотом, и ему казалось, что это большая честь — убить короля фейри. Есть много причин полагать, что покушение на жизнь Кардана запланировал Балекин, но было мало доказательств.

Таракан зачаровал потенциального убийцу и послал его прочь с проклятой рукой и запутанными, туманными воспоминаниями. Проявление доброты, которое я не скоро забуду.

Злой король. Глава 7.

Живой Совет был создан еще во времена правления Элдреда, якобы для того, чтобы помогать Верховному королю принимать решения, и теперь они превратились в группу опасных людей, которым сложно противостоять. Дело не столько в том, что министры обладают необузданной личной властью, хотя многие из них и сами по себе грозные, но как совет они имеют полномочия принимать много более мелких решений и могут поставить в тупик даже самого короля.

После того, как коронация превратилась в кровавую расправу с королевской семьёй, совет скептически относится к молодости Кардана и смущён тем, что смертная пришла к власти.

Львиный зев ведёт меня к собранию по под плетёным куполом ивовых деревьев, сидящему за столом из окаменелого дерева. Министры наблюдают, как я иду по траве, как по очереди рассматриваю каждого из них: Неблагой министр — тролль с густыми лохматыми волосами с металлическими оплётками; Благой Министр — зеленокожая женщина, похожая на богомола; Верховный генерал Мадок; Королевский Астролог — высокий, темнокожий мужчина со скульптурной бородой и украшениями, будто бы с самых небес, с длинными тёмно-синими волосами; Министр Ключей, сморщенный старый хоб с бараньими рогами и козьими глазами; Верховный Дурак с венком бледных лавандовых роз на голове, что подходили к его костюму шута.

По всему столу расставлены графины с водой и вином, блюда, полные сухофруктов.

Я наклоняюсь к одному из слуг и прошу принести чашку самого крепкого чая, которого они только могут найти. Мне это понадобится.

Рандалин, Министр Ключей, сидит в кресле Верховного Короля, деревянная спинка которого, подобно трону, украшена королевским гербом. Я отмечаю расположение и предполагаю, что произошло. В течении пяти месяцев, прошедших с тех пор, как Кардан стал Верховным Королём, он не пришёл в Совет. Только один стул пустовал — между Мадоком и Фалой, Верховным Дураком. Я остаюсь стоять.

— Джуд Дуарте, — говорит Рандалин, уставившись на меня своими козлиными глазами, — где Верховный король?

Стоять перед ними — всегда страшно, а присутствие Мадока всё усугубляло. Он заставляет меня чувствовать себя ребёнком, который ждёт, чтобы высказать своё мнение или сделать что-нибудь. Часть меня не хочет ничего другого, кроме как доказать, что я больше, чем они думают обо мне — что я не слабый и глупый советник слабого и глупого короля.

Чтобы доказать им, что у Кардана есть одна веская причина, по которой он выбрал смертного сенешалем — я могу лгать для него.

— Я здесь вместо него. — Говорю я. — Я буду говорить за него.

Рандалин пристально смотрит на меня:

— Ходят слухи, что он застрелил одну из своих любовниц прошлой ночью. Это правда?

Слуга кладёт запрошенный чай рядом с локтем, и я благодарна как за сам чай, так и за предлог, чтобы не отвечать сразу.

— Сегодня придворные рассказали мне, что девушка, раскачиваясь, шла с браслетом из рубинов, присланным ей в качестве извинения, но не могла даже стоять сама по себе, — говорит Нихуар, Благой Министр. Она сжимает свои маленькие зелёные губы. — Я думаю, что это плохой вкус.

Верховный Дурак смеётся, явно находя, что это в его вкусе.

— Рубины за пролитую ею рубиново-красную кровь.

Это не могло быть правдой. Кардану надо было организовать это за время, пока я добиралась отсюда к Совету. Но это не значит, что никто другой не мог организовать это от его имени. Все хотят помочь королю.

— Вы бы предпочли, чтобы он её убил? — спрашиваю я. Мои навыки в дипломатии не так остры, как мои навыки в острых перепалках. Кроме того, я слишком устала.

— Я бы не стал возражать, — со смешком говорит Неблагой Министр. — Наш новый Верховный Король кажется Неблагим насквозь, и я думаю, что он нас поддержит. Мы могли бы испортить его лучше, чем тот хвастунишка Мастер Пирушек, теперь, когда мы знаем, что ему нравится.

— Есть и другие версии истории, — продолжает Рандалин. — Что страж стрелял в Верховного Короля Кардана, чтобы спасти жизнь этой придворной. Что она носит королевского наследника. Вы должны сказать Верховному Королю, что его Совет готов помочь ему, чтобы его правление не пострадало от подобных историй.

— Обязательно это сделаю, — говорю я.

Королевский Астролог Бафен бросает на меня пристальный взгляд, как будто понимает, что я не буду говорить с Карданом ни о чём из этого.

— Верховный Король связан со своими землями и подданными. Король — живой символ, бьющееся сердце, звезда, на которой написано будущее Эльфхейма. — он говорит тихо, но его слышно всем. — Конечно, вы заметили, что с тех пор, как началось его правление, острова стали другими. Штормы приходят к нам быстрее. Цвета стали ярче, а запахи резче.

— Чудеса были замечены в лесах, — продолжает он. — Древние существа, давно ушедшие из мира мыслей, наблюдают за ним.

— Когда он становится пьяным, его подданные тоже навеселе, даже сами не знают почему. Когда его кровь проливаются, растёт жизнь. Да ведь Верховная Королева Маб подняла Инсмир, Инсмур и Инсвил из моря. Все острова Эльфхейма были созданы за всего один час.

Моё сердцебиение учащается с каждым словом Бафена. Моим лёгким вдруг не хватает воздуха. Потому что ничто из этого не может описывать Кардана. Он не может быть так сильно связан с землями, не может делать всё это и находиться под моим контролем.

Я думаю о крови на его покрывале — и разбросанных белых цветах рядом.

«Когда его кровь проливаются, растёт жизнь».

— И вы видите, — продолжает Рандалин, не подозревая, что я в полном шоке, — каждое решение Верховного Короля меняет Эльфхейм и влияет на его жителей. Во время правительства Элдреда, когда рождались дети, они представали перед ним и поклялись отдать себя королевству. Но в Низших Дворах некоторые наследники воспитывались в мире смертных, росли вне досягаемости Элдреда. Эти изменщики-дети вернулись к власти, не дав клятв Кровавой Короне. По крайней мере, один Двор сделал подменыша своей королевой. И кто знает, скольким диким людям удалось избежать клятв.

— Нам нужно присматривать и за Королевой Подводного мира, — говорю я. — У неё есть план, по которому она собирается действовать против нас.

— Какой план? — спрашивает Мадок, только сейчас заинтересовавшись беседой.

— Невозможно, — говорит Рандалин. — Как вы узнали это?

— Балекин встречался с её представителями, — говорю я.

Рандалин фыркает.

— И я полагаю, вы услышали это из уст самого принца?

Если бы я прикусила язык чуть сильнее, то откусила бы его.