Чтение онлайн

К слову, североамериканские индейцы переместились в прерии и смогли охотиться на бизонов, только когда заполучили от белых лошадей и ружья. Главное, лошадей! Пусть и одичавших мустангов. До прихода европейцев в прериях люди не жили. Только маис [11] и бобы где-то с краешку выращивали. Интересный момент: часть индейцев прерий белые стали называть — «сиу», а это позаимствованное и исковерканное индейское же слово — «гады»! Видать веселые парни там обитали, раз от собственных соседей такое прозвище заполучили.

До границы оставалось всего километров двадцать. Проскочили! Я почти уверился в этом, когда перекрывая нам движение, откуда-то сбоку, выскочил открытый армейский джип, и полоснул по дороге из пулемета. Приехали…

Я резко тормознул, как раз перед взбитыми пулями фонтанчиками пыли. В засаде сидели сволочи, прям как наши гайцы, но тут взяткой не отделаешься. Посмотрев на довольные, черные морды в джипе, я сразу понял — будут убивать. Не собирались бы, так бы и не наглели — видели, что белый за рулем. А сразу не вальнули, просто потому что машину портить не хотели — выведут и расстреляют, и все трофеи целы.

Большой, камуфлированный джип стоял поперек дороги. Оттуда выпрыгнул автоматчик и, отбежав чуть в сторону, взял нас на прицел. Потом распахнулась дверца, на дорогу выбрался офицер — раскормленный негр под два метра ростом, и на ходу расстегивая кобуру, вальяжно направился к нам. В машине остались: водитель и еще один боец за пулеметом.

— Бвана. [12] — обозначил серьезность момента Умба.

— Сам знаю, что бвана… сейчас нам тут будет, полная! — Откликнулся я.

— Серж, ты уверен, что нападут? Почему? — Раздался голос старшего из канадцев.

— По-кочану! — Сказал я по-русски. — Уверен, Анри, уверен. Готовься. Только оружие не трогай.

Наши винтовки были рядом, стояли в креплении между сидений, но с ними в машине не развернуться — просто не успеть. Начнем хватать и тут же очередь поймаем. Но похожие варианты я предусматривал, и не только для этого раза, поэтому в карман на двери, у Умбы был запихнут его двуствольный, двенадцатого калибра хаудах [13]

, а у меня симметрично располагался укороченный, того же калибра, помповый «ремингтон» с пистолетной рукояткой. Патрон дослан, только предохранитель скинуть. В Буше [14] , против, допустим, прыгнувшего внезапно леопарда, это самое лучшее оружие — картечь, накоротке, страшное дело! А с винтовкой не всегда можно успеть. Да и мелкую дичь бить надо не крупнокалиберной пулей — вдребезги разнесет! Слоны-то на обед бывают не всегда… Вот и приходилось нам с Умбой, кроме винтовок, таскать еще по одному стволу, правда, максимально облегченному. Сейчас тоже пригодятся.

Глядя на подходящего вояку, я отдал команды:

— Анри, Жан — как стрельба начнется, ныряйте на пол. Но не раньше. Движок от пуль прикроет. Да и выше они брать будут. За оружие не хватайтесь — мы справимся.

— Умба, твой автоматчик, потом шофера берешь. Стреляешь только после того как я начну.

— Всем, все понятно?

Я глянул в зеркало заднего вида, канадцы сидели бледные, но сосредоточенные и не паниковали. Не должны неуместной инициативой подвести — крепкие люди и охотники холоднокровные, удалось убедиться. А надежней Умбы, напарника и быть не может! Короче, за тылы я спокоен. Остается самому не оплошать.

Дождавшись утвердительных реплик, я подытожил:

— Вот и ладно. Все нормально будет.

Ожидая подходящего негра, я изобразил на лице идиотскую, американскую улыбку, и начал приоткрывать дверь, как-будто собираясь вылезти. А на самом деле маскируя этим то, что вытаскиваю дробовик.

Подойдя к машине, жирный офицер, наконец, выпростал свой пистолетик и, сунув руку в открытое окошко, попытался ткнуть ствол мне в висок.

— Выходи.

Придурок! Не надо было вплотную подходить, тогда бы шансы у них были. Вообще не стоило ему из машины вылезать. У меня только один выстрел — для второго цевье передернуть могу не успеть, и начинать надо с того кто за пулеметом.

Через мгновение, просунутая рука была сломана в локте и запястье, а подавившийся криком и закатывающий от болевого шока глаза, негр, сползал по открывающейся дверце машины. Но далеко не сполз, придерживая за сломанную руку, я прикрылся им от пулеметчика. Тот явно не успевал или растерялся, да и понятно, палить по своему командиру станет не каждый — проблем потом не оберешься. На то и расчет был.

Справа грохнул обрез Умбы. А потом еще раз… Смотреть, что там получилось с автоматчиком было некогда, но облако кровавых брызг из головы шофера, я заметил. И в ту же секунду, просунув в окно помповик, выстрелил сам. Одновременно, дал короткую очередь пулеметчик, но пули прошли выше машины. А больше он ничего не успел — заряд крупной картечи разорвал ему лицо и грудь.

Толкнув дверь со свисающем на ней негритянским офицером, я выкатился из машины и взял на прицел вражеский джип. Но воевать было уже не с кем — все враги надежно померли.

Относительно целым оставался только толстомясый лейтенант, но и это ненадолго. Я вытащил нож — ща попытаем его об обстановке в стране и окрестностях, и уши я в коллекцию хочу, раз в прошлый раз не получилось. С ушей и начнем…

В общем плане, ничего особо полезного, экспресс-допрос не дал, да и разбираться в перипетиях местной политики было лень, все прозрачно — одни уроды, других сменяют, но, как известно «от перемены мест слагаемых, сумма не меняется». Прям, как на Родине. А стрелять в нас будут любые группировки — однако, белые угнетатели улепетывают, с хорошей машиной и наверняка, с деньгами. Зато выяснилось, что дальше по дороге, нас ожидает целая воинская часть. Раньше ее там не было, но подогнали зачем-то. А эти, самые хитрожопые, решили еще и на дорогах пошустрить. Надо с трассы уходить!

С убитых мы сняли четыре АКМСа. Повезло, что складные, это не моя винтовка с которой в кабине не развернуться. Один автомат я повесил себе на плечо, другой отдал Умбе, а два оставшихся закинул в машину, добавив к, уже лежавшему там, АКМу. Взял себе и пистолет — потертый «Браунинг хай пауэр».

Канадцы вели себя на удивление хорошо, и даже с советами о гуманизме и человеколюбии влезть не пытались, особенно когда услышали, что всех проезжающих по этой дорожке ожидало. Только Жан разок над трупами проблевался, но это со многими случается. И во время допроса он старался держаться подальше. А Анри не дрогнул. Там пациент такое вещал — закачаешься, не до переживаний сразу стало! Они тут как раз пытающихся выехать из страны людей перехватывали, и мы оказались не первые. Дальше по дороге то, что у от них осталось спрятано… Но смотреть я не пошел — времени нет, и желания такими картинами любоваться. А, что такие ублюдки могут сотворить с человеком, мне прекрасно известно, да и «язык» нам все подробно рассказал, чем только ухудшил свою участь — чем больше рассказывал, тем больнее я ему делал. Он того вполне заслужил!

Захваченную машину решили не оставлять. Поэтому вытащили из нее тела шофера и пулеметчика и наскоро затерли следы крови. Сойдет. Сам джип от стрельбы не пострадал — расстояние небольшое было, и заряды кучно пошли, его почти и не зацепило. Пара пробоин от картечин в борту и немного растрескавшееся лобовое стекло, не в счет — совсем не критично. Потом я осмотрел стоявший на турели пулемет М2 — тоже в порядке машинка, когда-то, такие, как «оружие вероятного противника» изучал, да и позже пострелять довелось. Сочетание в местных войсках русского и НАТОвского оружия не удивляло — в Африке сплошь и рядом такая чехарда, оружие сюда кто только не поставлял.