Чтение онлайн

– Начало. То место называется Начало, – напомнила ей Цирцея. – Но я столько всего ещё не знаю ни про моих матерей, ни про этот дом. Гадаю, например, переключилась ли защитная система после того, как я отобрала у матерей их силу, и если да, то каким образом.

– Собственно говоря, я здесь именно для того, чтобы помочь тебе во всём разобраться, – улыбнулась Цирцее Белоснежка. – У тебя пока что не было времени даже на то, чтобы толком понять всё, что случилось с Готель, не говоря уж о Малефисенте. В том, что говорили твои матери, многое мне кажется очень любопытным, и я хочу внимательнее покопаться в этом. А ещё я понимаю, что тебе хотелось бы разобраться со всеми этими книгами, но не можешь же ты разорваться, чтобы быть в двух местах сразу, верно? Во всяком случае, так мне кажется. – Тут Снежка лукаво взглянула на Цирцею и продолжила: – Так что, пожалуйста, позволь мне помочь тебе. Мне это только в радость, честно.

Цирцея налила своей кузине чаю, посмотрела на то, как она пробует его, а затем сказала:

– А ты знаешь, что эта чашка привыкла к тому, чтобы быть твоей? Я об этом в дневнике Люсинды вычитала.

– Точно! – улыбнулась Снежка, внимательно разглядывая чашку. – И мне кажется… Послушай, мне кажется, что твои сёстры… прости, матери… когда-то давно стащили её у моих родителей.

– Это тебе правильно кажется, – кивнула Цирцея. – Но я до сих пор понять не могу, что они делали с чашками, которые у всех крали? Как ты думаешь, они их просто на память брали, из озорства, или… проделывали с этими чашками какие-то более зловещие штуки?

– По-моему, я что-то читала про чашки в истории Малефисенты. Если хочешь, я…

Не дав Снежке договорить, Цирцея выхватила у неё чашку и швырнула её в сторону. Чашка ударилась о стену и разлетелась на мелкие куски.

– Цирцея! – опешила Снежка. – Цирцея, успокойся, прошу тебя!

Цирцея схватила Снежку за руки и крепко стиснула их.

– О, боже! Прости меня, Снежка. Сама не знаю, что это на меня нашло. По-моему, я на своих матерей сердита гораздо сильнее, чем мне казалось.

– Понимаю, всё понимаю, моя дорогая Цирцея. А теперь иди к Няне. Она так сильно волновалась за тебя, не заставляй её ждать. А со мной здесь всё будет в порядке, обещаю. Посижу в тишине, спокойно сказки почитаю.

– Ты права. Прости. Думаю, что повидаться с Няней пойдёт мне на пользу, – сказала Цирцея, легко притронувшись ладонью к щеке Снежки. – Снежка, дорогая, нужно было мне отправить тебя домой после того, как мы проверили, всё ли в порядке у миссис Тиддлботтом. Не слишком ли многого я от тебя прошу? И не будет ли беспокоиться твой муж?

– Нет, Цирцея, – поцеловала её в щёку Белоснежка. – Мой дорогой, милый муж всё понимает. Он всегда чувствовал себя несколько неуютно от того, насколько я близка со своей мамой, так что теперь, думаю, будет только рад тому, что я смогла стать самостоятельной без неё.

Цирцея была рада услышать это.

– Послушай, Снежка, я собираюсь заколдовать этот дом на то время, пока буду в замке. Сделаю так, что сюда никто не сможет войти, – сказала она. – Гарантирую, что ты здесь будешь в полной безопасности. А если я тебе вдруг зачем-то понадоблюсь, ты моментально сможешь связаться со мной через ручное зеркальце. – Цирцея ненадолго замолчала, озабоченно нахмурила брови. – А ты точно думаешь, что тебе хорошо здесь будет одной? Может быть, я всё же попробую убедить Няню, что тебе лучше находиться вместе со мной в замке?

– Нет, – покачала головой Снежка. – Я всё понимаю. Правда, Няня считает, что здесь мне будет безопаснее. Хорошо, я согласна. И не волнуйся за меня, Цирцея, не надо.

Цирцея вновь улыбнулась своей кузине и подумала о том, до чего же светлая, прекрасная душа у Белоснежки. Ну кто ещё, скажите, согласился бы, рискуя жизнью, пуститься вместе с ней, Цирцеей, в опасное путешествие? Отправиться в дальние края, чтобы проверить, как дела у сестёр ужасной ведьмы, которая похищала детей, или повидать милую одураченную пожилую женщину, помешавшуюся на том, чтобы печь именинные торты? Хотя Снежка была намного старше Цирцеи, она порой казалась ей просто маленькой девочкой. Была в Снежке какая-то вечная юность, которую Цирцея находила очаровательной. А доброта, с какой Снежка относилась к ней? Разве заслуживала Цирцея такого доброго отношения к себе после всего, что много лет назад творили со Снежкой её матери? Да, Снежка доказала, и не раз, что она удивительная, прекрасная женщина с добрым, умеющим прощать сердцем. Женщина, которая смогла простить даже собственную мать, пытавшуюся убить её.

– Знаешь, Снежка, я очень люблю тебя. Очень-очень, – сказала Цирцея.

– Я тоже люблю тебя, Цирцея.

После этого кузины долго обнимались. Цирцее ужасно не хотелось покидать Снежку, и на прощание она сказала:

– Если найдешь в сборнике сказок что-то важное, дашь мне знать?

Снежка посмотрела на книгу, которую держала в своей руке, и ответила:

– Ну конечно, дам знать. А теперь иди и передай Няне привет от меня, ладно?

Цирцея ещё раз поцеловала Снежку, заколдовала дом так, чтобы никто без неё не мог проникнуть в него, и отправилась в замок.

Цирцея ушла, но чувствовала, что сердцем по-прежнему остаётся со Снежкой. Она оглянулась, чтобы увидеть дом своих матерей, силуэт которого виднелся на скале, нависавшей над разбивающимися о прибрежные камни волнами. Выкрашенный зелёной краской, с криво нахлобученной, словно ведьмовской колпак, крышей и чёрными ставнями, этот дом выглядел самым последним на свете местом, где могла бы жить Белоснежка. Цирцея рассмеялась, подумав об этом, а затем ушла в свои мысли, любуясь одновременно красотой пейзажа. Она очень соскучилась по Морнингстару с его великолепным маяком и сверкающим морем. А затем сердце Цирцеи учащённо забилось, когда она издалека увидела стоящих перед воротами замка Няню, а рядом с ней её сестру, Фею-Крёстную. Цирцее показалось, что они сейчас ведут между собой какой-то очень серьёзный разговор, и ускорила шаги, но тут её остановил и заставил вздрогнуть от испуга голос, который она никак не ожидала здесь услышать.

«Приве-ет, Цирцея».

Цирцея завертела головой, пытаясь понять, откуда он прозвучал, этот голос. А в следующую секунду её ног коснулось что-то мягкое и тёплое.

Это была Фланци, кошка-телепат злых сестёр, трёхцветная красавица с рыжими, чёрными и белыми пятнами.

– Фланци! – восхищённо выдохнула Цирцея, хотя кошка, кажется, была не очень рада видеть её и просто смотрела, прищурив глаза, снизу вверх на Цирцею, переступая с одной белоснежной лапки на другую.

Насколько могла вспомнить Цирцея, Фланци всегда была рядом. В детстве эта кошка вообще, можно сказать, была Цирцее ещё одной сестрой. Причём самой уравновешенной и рассудительной сестрой в доме. И мудрой. И очень-очень загадочной. Впрочем, у Фланци оказалось ещё множество качеств, о которых Цирцея и не подозревала, пока не прочитала дневники своих матерей. Она всегда считала, что у них с Фланци есть взаимопонимание, хотя по сегодняшнему дню, по этой встрече такого, пожалуй, не скажешь.

«Ты меня сильно разочаровала, малышка, – прозвучал в голове Цирцеи голос кошки. – Но сейчас не время обсуждать моё разбитое сердце. Я должна вернуться к твоим матерям. Они заждались тебя. Мы все уже заждались».

Фланци неодобрительно посмотрела на Цирцею, и та ответила:

– Я знаю, Фланци, я знаю. Прости. Я оказалась запертой в Начале.

«Значит, дом отнёс тебя на место своего рождения, и ты отобрала у своих матерей их магическую силу, чтобы выбраться оттуда?» – поморгав своими янтарными глазами, спросила Фланци.

Цирцея, честно говоря, не поняла, что имеет в виду кошка.

– Конечно же я не делала этого, Фланци! Откуда мне было знать, что Начало отпустит нас, если только я заберу магическую силу у матерей?