Злые шутки судьбы
Шрифт:
– А что изменилось после?- Филип остановился и резко развернул меня к себе,- моя снежная королева, теперь тебе не нужно притворяться. Если ты что-то хочешь сказать, говори мне, если тебя что-то беспокоит, опять же, ты можешь мне сказать. А эта неловкость между нами…- его щёки, кажется, тоже порозовели, и виной тому был вовсе не мороз,- ну так она скоро пройдёт, это нормально, наверное…
Он вздохнул, а я его обняла, просто потому что так захотелось. В ответ же меня погладили по шапке.
– Если честно, то я впервые в такой передряге и сам не знаю, что делать. Единственное, что я знаю на данный момент, это то, что хочу быть причиной твоего смеха. Ты никогда при мне от души не смеялась. Твои глаза вечно холодом каким-то наполнены, и мне хочется это исправить.
– На самом деле у меня странное чувство юмора,- я удивилась от такого признания, но мне стало приятно от его слов.
– И ничего не нужно особо стараться. Достаточно рассказать мне шутку про колобка, что повесился, и я уже заливаюсь смехом.
Вспомнив ее, я снова рассмеялась.
– Мне нравятся глупые шутки, которые другим не понять, а холод… Я просто задумчивая, постоянно что-то в голове решаю или вспоминаю. Это помогает мне не забывать большое количество информации, которое потребуется к экзаменам и цт.
Мы вновь пошли, взявшись за руки. Я принялась рассказывать какие-то факты своей жизни Филиппу, и он внимательно слушал, иногда кивая головой. И я заметила, что он не только слышит меня, но и слушает, внимательно, не перебивая, как будто та информация, что я ему давала, была жизненно необходимой.
Я до этого не задумывалась, что это приятно и немного смущённо рассказывать о себе какие-то вещи, особенно что-то насчёт глупого чувства юмора или о моей тайной любви к русским мелодрамам. Филип не смеялся, когда я ему обо всём этом рассказывал, и моя неловкость постепенно ушла, оставив тёплую улыбку, от которой под конец дня вновь стали болеть щёки.
Мы ходили по магазинам, выбирали подарки, шутили, а иногда просто молчали. В некоторые минуты мотали друг друга мишурой под грозные взгляды продавщиц, а уже в другие обсуждали экзамены в школе. Я почувствовала, что могу быть абсолютно свободной и открытой рядом с ним.
Молчание перестало быть неловким, скорее стало приятными минутами, в которые мы просто наслаждались тем, что есть друг у друга. Без перепалок, ругательств и издевок.
Особенно романтичным молчание оказалось в тот момент, когда солнце давно село, и под ночными огнями фонарей мы прохаживались по дорожкам парка. Наша парочка была там не единственной, видимо, студенты, да и другие школьники решили насладиться зимой вдоволь. Дети бегали с санками, родители которых после рабочего дня просто стояли маленькими компаниями и разговаривали о чём-то своём, взрослом.
Когда мои ладони замёрзли, Филипп засунул одну из них к себе в карман, продолжая рассказывать о своём детстве. Так мы незаметно дошли до моего подъезда, где, видимо, нам пришла пора прощаться.
Поднявшись на одну лесенку крыльца, я всё равно не поравнялась ростом с парнем.
– Кейт, как насчёт того, что бы после праздников ко мне приехать? Я хочу познакомить тебя с родителями до показушного приёма моего родственника….
– Так быстро… Я не знаю, Фил, подумаю.
Парень чему-то улыбнулся, смотря мне в глаза.
– Напиши, как доберешься домой, хорошо?
– Беспокоишься?-его улыбка стала ехиднее, а холодные пальцы коснулись моей щеки,- мне приятно…
Перед тем, как зайти в подъезд, мы поцеловались. Но мне этого было мало, и я крепко обняла парня, не желая отпускать. До сих пор не верилось, что это правда, самая что ни на есть правда..
Через минут двадцать мне пришла смска от него, и только тогда я спокойно выдохнула, продолжая рассказывать маме, как прошёл сегодняшний день…
И то тепло, что растекалось в душе от воспоминаний, было намного горячее, чем только что заварившийся чай в моей чашке…
Глава 26
– Молодой человек, мне кажется, что вы тут засиживаетесь.
Мужчина стоял, подпирая дверной косяк, и внимательно рассматривал парня с учебником истории в руках.
– Володя, не трогай мальчика, иди ко мне на кухню и помоги!
Отец Кейт, не сводя взгляда с Филиппа, вышел из комнаты и направился к жене.
– Чего ты к нему пристал? Он дочке помогает учиться, к тому же…Ты видел, какой счастливой она стала?- женщина чистила картошку для праздничных блюд.
Перед Новым годом стояла в их доме большая суета, которая обходила стороной только двоих здесь присутствующих: Кейт, которая готовилась к поступлению в медицинский, и Филиппа, который ей в этом помогал.
– Да, но уже десять вечера, дочка ко сну готовиться и в душ пошла, а он тут сидит,- мужчина всё так же был недоволен поведением молодого человека собственной дочери.
– А что дальше, ночевать здесь будет?- Владимир уже забыла про шёпот, которым старался говорить до этого, дабы его не услышал сам объект обсуждения,- а что, если он уже с дочкой нашей…
– Володя!
Женщина замахнулась рядом стоящим веником на мужчину и не заметила вошедшего Филиппа. На мгновение в этом жесте матери Кейт, парень узнал свою девушку. Но сдержав смех, он произнёс:
– Знаете, я, наверное, пойду.
– Куда?
– красная от горячей воды, только что вышедшая из душа, Кейт уставилась на мать с веником в руке в воздухе, отца, который опустил виноватый взгляд, и парня, который тепло улыбнулся.
– Поздно уже, да и завтра тридцать первое, думаю, мне еще нужно помочь маме в приготовлении.
Минуту помявшись, девушка согласилась. Ей безумно хотелось еще провести время с Филиппом, которое мчалось как-то слишком быстро, когда они были вдвоём. Но парень же не может быть с ней постоянно, к тому же его отец… Старший Филимонов немного пугал Кейт, но она в этом парню не призналась.
– Хорошо, я тебя провожу.
Она помогла собрать все вещи Филиппу и посмотрела по сторонам, нет ли рядом родителей.
Убедившись, что папа и мама занимаются чем-то на кухне, она потянула парня к себе и поцеловала в горячие губы. Филипп не сразу ответил на этот поцелуй, а когда опомнился, было уже поздно - Кейт отстранилась.