Чтение онлайн

– А что мне остаётся делать? – голос предательски задрожал, и пелена слез снова подступила к глазам одновременно с комом в горле.

Филипп почему-то резко остановился и схватил меня за локоть...

Его прикосновение даже через куртку поразило меня, словно разряд тока. Я вспомнила инцидент в раздевалке, который вызвал такие же ощущения, и сразу же отдёрнула руку. Вопрос был очевиден: почему моё тело так реагирует на него?

– Не пробовала завучу рассказать об этом?

Хмыкнув, я отвернулась. По щеке прокатилась слеза, и стало ужасно стыдно. Не хватало ещё, чтобы он ещё видел, как я плачу.

– Ты про того завуча, что каждый день меня ругает из-за того, что вы не в форме ходите? И мне, как старосте, из-за вас достаётся постоянно. Если ты думаешь, что в моей жизни «зубрилы - старосты» всё так просто, то ошибаешься. Здесь меня никто не слушает и не слышит, никто не прислушался к тому, что я просила ходить в форме, к тому, что происходит на математике, никто ничего не слышит! А ещё ты появился... Привязался, достаёшь…Что тебе от меня нужно вообще?- мой голос под конец сорвался. Вытерев рукой слезу, я вновь повернулась к нему, но оступилась назад, из-за его взгляда...Только сейчас я заметила, какой у него он пронзительный и серьёзный. Словно передо мной стоял не одноклассник - ровесник, а взрослый мужчина.

– Иди домой, отдохни, - в его тоне были знакомые нотки власти и уверенности, что именно так я и сделаю.

Филипп развернулся и пошёл в обратную сторону, видимо, за байком, а я же последовала его совету.

Придя домой, я посмотрела на часы и поняла, что времени на еду не оставалось. Хомяча бутерброд, я зашнуровывала второй рукой ботинки и мысленно старалась проклинать Филиппа. Ведь именно из-за его доставучих вопросов у меня не осталось времени на обед.

Но почему-то сделать этого не получалось. Я не могла усилить к нему свою ненависть, ведь что-то в его поступке было ободряющим. Он сказал всего пару предложений, но благодаря ним я поняла, какая сама по себе жалкая. Я слишком жалела себя, в то время, как он, будучи моим ровесником, был более спокоен и решителен. Уверена, он бы быстро такой вопрос решил, оказавшись в такой ситуации. Но с другой стороны, вряд ли бы он позволил такое пренебрежительно отношение к себе. Себе цену Филипп знал, возможно, даже немного завышал. А может, это я просто слишком мало чего о нём знаю?

Выходя из дома, я помотала головой и ударила себя по щекам: «Нет, Кейт, так не пойдёт! Слишком ты много стала думать об этом парне!»

***

– Отец, не мог бы ты мне кое-чем помочь? Всего лишь достать необходимую информацию… -парень разговаривал по телефону, стоя на школьной парковке и опираясь на байк.

Он знал, что тот никогда не откажет в просьбе единственного сына, а вот возмущаться… Да, это родитель мог. Только Филиппа это волновало в последнюю очередь, ведь в памяти всё ещё стоял образ беззащитной Кейт.

Кто бы мог подумать, что та самая ледышка класса может быть настолько ранимой?

Стоя в ожидании получения сообщения, Филипп в очередной раз задумался, зачем ему всё это? Не первый раз он возвращается к этому вопросу, что в последнее время происходило чаще. Зачем задирает её, выкидывает вещи из окна, иногда слегка принижает?

Сперва ему она не нравилась просто потому, что он считал её выскочкой. Но с каждым днём этот образ таял, вырисовывая в голове совершенно иную Кейт: не такую самоуверенную, прямолинейную. Теперь ему стало казаться, что это всё был панцирь, в котором она спряталась от ненависти к ней её одноклассников, но сегодня… Филипп узнал, что не только одноклассники её недолюбливают, но даже и учителя, а самое главное завуч. Девушка терпит ненависть от малых до взрослых, но почему?

Тогда, кто же на её стороне кроме Валеры, Филиппа и Алисы?

От мыслей Филиппа отвлекло уведомление, после чего парень разблокировал телефон и с довольным выражением лица посмотрел на экран, где высветилась необходимая информация от отца.

– Думаю, такая «форма» извинений перед снежком будет лучше всего…

***

– Галина Ивановна, вы свободны?- Филимонов постучал в дверь класса и, не дождавшись ответа, зашёл в него.

Детей на второй смене у учителя не было, поэтому женщина спокойно заполняла школьный журнал.

– Конечно, Филипп, ты что-то хотел? Я не успела проверить твою работу пока что..

Женщина была не единственной, кто запомнила Филимонова с первого взгляда, пусть он и не был её учеником. Харизма этого парня, сопровождаемая зачастую лёгкой наглостью, заставляла прочно запоминать его образ.

Учительница вопросительно уставилась на молодого человека, что умудрился на её уроке отличится, обучаясь при этом в совершенно другом профиле. 

– Я не по этому поводу. Сразу к делу: если я не ошибаюсь, ваш сын в одном из университетов столицы учится на переводчика?- отодвинув стул от первой парты перед женщиной ногой, он сел на него, смотря прямо в янтарные глаза Галины Ивановны.

– Да, а откуда тебе это известно?- она сняла свои узкие очки, слегка сдвинув брови к переносице.

– Не это сейчас вас должно волновать,- покачал парень головой, и широко улыбнулся,- будет жалко, если, как и многим выпускникам факультета на котором учится ваш сын, ему придётся идти работать за кассу в McDonald’s, вместо престижной работы... Не так ли?

– Это какие-то угрозы с вашей стороны?
– взгляд учительницы стали ещё более недовольным, но помимо беспокойство за сына, она почувствовала и моральное давление со стороны такого юного ученика.

– Ни в коем случае, что вы… Я лишь хотел показать перспективы вашего сына на будущее, если отношение к одной из ваших учениц не изменится. И что-то мне подсказывает, что вы отлично знаете, о ком сейчас идёт речь.

Женщина молчала… Губы её слегка приоткрылись в удивлении, а пальцы выронили шариковую ручку, что покатилась по столу, а после упала на пол.

– Я надеюсь, ваш сын сможет устроиться на хорошую работу, учитывая тот факт, что распределением бюджетников занимается очень хороший знакомый моих родителей, - улыбка Филиппа стала наглее.

Прочистив горло, женщина ответила:

– Молодой человек, я думаю, мы друг друга поняли.

– Я на это надеюсь.

Встав из-за парты, парень вновь вернул стул на место, как и ручку, что оказалась на столе рядом со своей хозяйкой.

Через некоторое время двери кабинета математики снова закрылась...

Всю дорогу домой Филипп думал о Кейт и о том, что он не всё ещё для неё сделал. Какая-то странная вина грызла его изнутри, заставляя впервые преклонить колено перед девушкой. Но вместо этого по возвращению домой Филипп открыл компьютер и сразу же зашёл в социальную сеть. Ему никогда не нравилось виртуальное общение, где было легко его провести, ведь он всегда основывался на мимике, голосе и множестве других вещей, которые через беседу в сети попросту видеть не мог. Однако оставалась ещё одна вещь, которая была ему под силу. И стоило написать нескольким необходимым людям, в комнату постучались.

– Сынок, там Дима тебя ждёт в кабинете, -мама парня аккуратно заглянула в комнату, не желая отвлекать того.

– Сейчас зайду.

Только когда вышла мама, Филимонов понял, что так и не переоделся в домашнюю одежду. Впервые он наблюдал за собой такую концентрацию на каком-то действии.

– Зачем ты снова их рассматриваешь?- Филипп подошёл к столу отца, стоило войти в кабинет, и он сразу же заметил, что теперь стало их на одну больше, Досье в жёлтой папке он ещё не видел. Взяв его и открыв, на него посмотрела с фото улыбающаяся девушка, лицо которой он хорошо знал.