Чтение онлайн

Наконец, возня с рыбой закончилась (к счастью, все в этом мире имеет свой конец), тугие бочки с соленой желтоглазкой затолкали в подвал. Мать весь вечер пребывала в прекрасном настроении — еще только весна, а погреб уже отнюдь не пустой, — что, впрочем, не спасло их от огородных работ на следующий день.

Так прошла вся весна, отметившись только Весенней ярмаркой на Западных островах (ездил туда только отец и привозил всем по маленькому сувениру; Сельме досталось зеркальце, а Алике — костяной гребень). Пришла пора сева; это время ознаменовалось только тем, что Илька ненароком взорвала башню Стражей Света во время очередного тренировочного упражнения (к счастью, никто не пострадал), и покупкой очаровательной мышастой кобылки для верховой езды и упряжи — летом была возможность доехать до Радужного, небольшого города к северу от поселка.

Лето незаметно проплыло мимо, оставив за собой убранные поля и ломящиеся кладовые. Праздник урожая и вовсе прошел тихо. На празднике, подбирая упавшую ложку и, таким образом, оказавшись под ломящимися столами, Алика увидела очаровательную зеленую змейку, с интересом ее разглядывающую. Змейка оплела толстую ветку и даже чуточку подалась вперед, уставившись огромными желтыми глазами на девушку.

— А тебе разве не говорили, что так смотреть на людей неприлично?.. — шепотом спросила Алика, опасаясь забрать ложку.

Нетссс, не говорилисссс…

Только услышав этот голос, Алика вспомнила о Змее. Она спешно схватила ложку и выпрямилась, зажимая злосчастный столовый прибор так, что побелели костяшки пальцев. Огляделась — нет, кроме нее голоса никто не слышал. Даже Сельма по-прежнему жевала красное яблоко, хоть Змея слышала и она тоже. Фрайм обсуждал с кем-то из моряков, будет ли в этом году хороший зимний лов. Мать показывала Лисе способы нарезки сельдерея. Может, и не было его, этого голоса?..

Хм…

Она вздрогнула, огляделась. Никто даже не повернул головы. Она снова уронила ложку, нырнула под стол — змеи не было и в помине.

Силясь вспомнить, в каком возрасте человек особенно подвержен галлюцинациям и бывают ли голоса, которые слышат только Стражницы, она рассеянно хлебнула яблочного сока, встала и поспешила убраться подальше в сад.

В саду росли в основном плодовые деревья, но было и несколько берез. Одна из них выгнулась седлом — мечта любого подростка. Еще совсем маленькими девочками Алика и Сельма любили сидеть на этой березе и болтать о всяких пустяках. Но седло годилось не только для болтовни — оно отлично скрывало от посторонних глаз. Если ты не хочешь быть найденным, а хочешь просто посидеть спокойно и подумать о чем-нибудь своем — залез на дерево, и больше невидим для окружающих…

"И пусть говорят, что девушкам не положено лазить по деревьям", — подумала Алика, подбирая юбки и карабкаясь по скользкому после вчерашнего дождя стволу. Последний раз подтянувшись и покрепче обняв ветку, она плюхнулась на сидение… и с немалым удивлением обнаружила рядом Сельму.

— Ты же должна быть на празднике! — удивленно сказали они одновременно и рассмеялись. Впрочем, Сельма смеялась как-то невесело; Алика даже заметила на лице следы слез.

— Эй, ты чего?..

Сельма украдкой потерла глаза и деланно бодрым голосом ответила:

— Ничего. Хороший денек, правда?..

— Сельма, — укоризненно покачала головой Алика. — Кого ты обманываешь?..

Сельма отвернулась.

— Только не говори, что это ты из-за Акара.

Та всхлипнула, Алика закатила глаза. Терзания на тему того, что "ах, он ко мне безразличен" были ей незнакомы, а потому казались исключительно глупыми.

— Но все же было хорошо!

"Ну да, — про себя добавила Алика, — хорошо, пока он не подарил букетик васильков Анильте…"

— Да ладно тебе… Это же Акар! Вот увидишь, завтра вы с ним опять будете гулять по пляжу…

Алика попыталась обнять ее, но Сельма неожиданно резко вырвалась — Алика чуть не пропахала носом землю под березой.

— Нет, не будем! Ничего ты не понимаешь!..

Признаться, она действительно ничего не понимала, и еще меньше стала понимать, когда Сельма резво соскочила с березы и куда-то ушла.

"Явно будет плакать где-нибудь в другом месте", — подумала Алика, но искать не пошла. В конце концом, каждому из нас когда-нибудь захочется побыть одному…

Потом она до самой темноты сидела на крыльце и бездумно рисовала в своем блокноте Змея и его пещеру в разных ракурсах…

Из-за спины тихо подошел Фрайм, присел рядом на корточки. Алика прикрыла рукой рисунок, но это уже не имело значения.

— То есть вы с Сельмой уже и до Змея добрались, — добродушно рассмеялся Фрайм. — И где вы только еще не были?.. Ну, зато теперь я точно знаю, кого можно послать в пещеру за Книгой…

— За Книгой?! Книгой Вечности?!

— Нет, конечно… Книгой Истории. Она в проходе, за Змеем. Как раз праздник Урожая, нужно все занести в Книгу… Сходите?.. Вы с Сельмой найдете.

Алика кивнула, не став уточнять, что сначала было бы неплохо найти саму Сельму. Глубоко вздохнула и пошла искать.

Они пошли к пещере лишь на следующее утро — весь вечер Сельма где-то пропадала, а утром мрачно заявила, что надо срочно в кого-нибудь влюбиться и выкинуть Акара из головы.

План был неплох, но в поселке было не так уж много молодых людей подходящего возраста, в которых можно было бы влюбиться.

Тропинка упрямо змеилась под ногами, уводя все выше и выше. Сначала по обе стороны простирались безграничные поля, потом внезапно вырос лес (они обирали по ходу все кусты с ягодой, складывая ее частью в рот, а частью в карман), а после под ногами замелькали камни, так плотно засевшие в землю, что вытащить их, даже если бы захотелось, все равно бы не получилось. Сельма нашла на тропинке небольшой неграненый камень ярко-красного цвета. По поверхности прыгали солнечные зайчики.

— Как ты думаешь, он ценный?..

— Все может быть, — безразлично ответила Алика, втайне завидовавшая находке, но не хотевшая обижать этим Сельму.

— Ну, во всяком случае, красивый, — подумав немного, сказала Сельма и бросила камень в кошель на поясе, в котором лежало много еще разных не слишком нужных вещей.

Камень почти наверняка был ценным — ведь раньше эта тропа была двухколейной дорогой, ведущей к каменоломням, где добывали драгоценные камни. Все может быть, что когда-то давно извозчик обронил камушек по пути к поселку.

Тропинка становилась все уже и уже, пока не стала едва различима в густом дикоцветье трав. Сельма рассеянно собирала цветы и листья — чай из пустозвона спасает от звона в голове, тертые листья жженки помогает при боли в горле… Изредка она отрывалась взгляд от тропинки, и тогда он недовольно упирался в Алику, которая, как ни в чем не бывало, обдирала осенку, складывая себе в рот горстями. Впрочем, — грустно вздохнула Сельма, — Алика никогда не понимала лекарского искусства…

— Долго еще?..