Чтение онлайн

Они ехали молча, прохладный ночной воздух, овевая плато непрерывным потоком, с ревом проносился мимо них. Впереди в небе проплыли два мигающих огонька: красный и зеленый. Через мгновение свет фар высветил дорожный знак «AEROPUERTO DE TAIAS — 2 KMS» [36] .

— Надеюсь, мы не едем в аэропорт? — спросил Бен, обращаясь к Райдербейту.

— Все в порядке. Успокойся.

— Куда мы едем? — прокричала Мел. — Я не могу лететь на самолете в таком виде.

Райдербейт обнажил зубы в ухмылке.

— Сворачивай направо!! — пронзительно завопил он, когда автомобиль поравнялся с отходящей от автострады проселочной дорогой, скрывающейся среди апельсиновых деревьев. — Мы не собираемся лететь никаким самолетом, — сказал он мягким голосом. Он уже не кричал, поскольку обдувающий их поток воздуха стих. — Доверьтесь мне. Мы едем в очень уютное местечко, где можно поразвлечься.

— Я никогда не была здесь, — удивилась Мел.

— Я так и думал, — заметил Райдербейт.

Через полчаса они выехали на открытое место перед виллой с зеленой черепичной крышей и арками в мавританском стиле; на посыпанном гравием дворике стояли рядами автомобили. Когда Мел притормозила, из тени выступил негр, который поприветствовал их и искоса взглянул на девушку, открывая дверцу машины с ее стороны. Из двери виллы вышел узкоглазый индеец; он с поклоном провел их под арками через обитую кожей дверь в холл, где за решеткой возле занавеса сидела женщина. Индеец встал перед занавесом, широко расставив ноги; его свободная белая куртка напоминала Бену костюм дзюдоиста.

Райдербейт взял Бена за руку.

— Послушай, у меня небольшие трудности с финансами. Старый капитан здесь, это его вечер, но в особняке — правило: посетители сами платят за вход.

— Сколько?

— Пятьдесят долларов.

— ЧТО?! За вход? О, пошли отсюда! У меня слишком мало денег, чтобы так швыряться ими.

— Ты получишь их обратно. Пятьдесят долларов за троих — это дешево.

— За что еще надо платить?

— Увидишь. Не разочаровывай меня, солдат. Я — твой единственный шанс.

Бен понял, что в его положении спорить не приходится. Неохотно отсчитал пять десятидолларовых банкнот, после чего у него осталась только одна купюра от первоначальной суммы в сто семьдесят долларов.

— Ты вернешь свои деньги в тысячекратном размере, — пообещал Райдербейт, просовывая через решетку банкноты женщине, которая взамен вручила ему три черные пластинки, на которых позолоченными буквами было написано: «Обитель сфинкса».

Индеец отступил в сторону, отодвигая занавес, и Райдербейт провел их в длинную полутемную комнату, хаотично украшенную в мавританском, полинезийском и викторианском стилях. В дальнем углу на помосте играл оркестр. Мужчина в смокинге танцевал с молодой мулаткой; у стойки бара, расположившегося вдоль стены, теснились девушки. Бармен-индеец в смокинге обслуживал двух мужчин в форме, похожих на высокопоставленных военных.

Вдоль другой стены, за алебастровыми колоннами в мавританском стиле, находились ниши с обитыми красным вельветом кушетками и красными фонариками. В одной из ниш за низким, не выше колен, столиком в одиночестве сидел мужчина, что-то потягивающий из полого кокосового ореха; его лицо было опущено вниз, а глаза скрыты за зелеными, как у горнолыжника, очками. Казалось, он никого не замечал.

Райдербейт наклонился вперед и прокричал:

— Все в порядке. Я привел его. — Потом повернулся к Бену. — Я хочу познакомить тебя с капитаном Леонардом Стоупсом. — Мужчина встал, качая головой, и Райдербейт официально представил их друг другу. Они сели.

Капитан Стоупс был маленьким человеком с желтовато-седыми волосами, аккуратно разделенными на прямой пробор. Верхняя часть его лица была впалая и изборожденная морщинами, а нижняя — вялая и безвольная, как у человека, который перед ланчем пропускает не менее пяти порций розового джина. В случае капитана Стоупса джин, очевидно, заменялся дешевой текилой. На нем был мятый серый фланелевый костюм, накрахмаленная рубашка и галстук, темный, в серебряную полоску.

Когда Стоупс заговорил, в его голосе прозвучало столько различных оттенков и интонаций, что было невозможно определить, к какому социальному классу он принадлежит и откуда он родом: у него был акцент эмигранта, которому редко предоставляется случай разговаривать на своем собственном языке.

— Я рад, что вы пришли. Сейчас здесь спокойно. Позже будет веселее. — Стоупс взглянул на полый кокосовый орех.

Рядом с ними мгновенно возник индеец, и Райдербейт быстро сделал заказ:

— Cuatro wahines! [37]

Официант поклонился и исчез.

— «Вохайн», — объяснил Райдербейт, — фирменный напиток заведения, употребляемая в Полинезии смесь, приготавливают из водки и «бокарди». «Обитель сфинкса» — очень приличное заведение. Правда, капитан?

Но Стоупс, казалось, не слышал его; он крепко обхватил бокал из кокосового ореха белыми, как бумага, руками, на которых вздутые вены напоминали червяков, Райдербейт подмигнул.

— Капитан немного стыдится заведения. Однако правила в «Обители сфинкса» прекрасные. За входную плату в пятнадцать долларов с человека вы получаете один бокал напитка и одну девушку из стоящих вон у того бара, какую пожелаете. Заплатив еще сто долларов, вы теоретически можете выпить столько бокалов и позабавиться со столькими девушками, сколько одолеете. Ловко придумано, так как после нескольких «вохайнов» вам уже не справиться ни с одной девицей…

Мел бросила взгляд в сторону бара.

— Должна признать, что они хорошенькие.

— Всем им нет и пятнадцати лет, — сказал Райдербейт, — и к ним ни разу не прикасалась рука мужчины.

Индеец вернулся с четырьмя кокосовыми орехами, наполненными кусочками фруктов и пенистой жидкостью, по вкусу напоминавшей лимонад. Когда Бен поднял свой бокал из кокосового ореха, он заметил вошедшего через дверь мужчину довольно необычной внешности, который был одет в костюм горчичного цвета; белые, как мел, несмотря на молодость, волосы торчали ежиком на круглой, словно футбольный мяч, голове, несоразмерно большой для его тела.

Стоупс сидел спиной к двери и не видел пришедшего молодого мужчину, но тот, в отличие от капитана, мог видеть всю компанию и, как только заметил капитана, остановился и нырнул в одну из соседних ниш. Поведение мужчины было настолько неожиданным, что Бен даже хотел обратить на него внимание своих собеседников, но его отвлек Стоупс:

— Я слышал, что у вас были неприятности?

— Я попал в чертовски затруднительное положение. Райдербейт говорил вам?

— Да, Сэмми рассказал мне о вас. Вы произвели на меня сильное впечатление.

— Неужели?

— Да. Мне очень понравилось, как вы ускользнули от полиции и помогли Сэмми справиться с его трудностями. Конечно, вы думали обратиться в консульство по поводу ваших неприятностей?

Бен пожал плечами.

— Да, подумывал.

— Ну, не советую. Консул ничем не сможет вам помочь, если полиция решит выдвинуть против вас обвинение, а так, несомненно, и произойдет в случае, если вас схватят. Со своей стороны, я, возможно, предложу вам помощь. Но если вы сами захотите этого.