Чтение онлайн

— Далеко дотуда?

— Мили четыре, пожалуй… — Шинед с сомнением смотрит на солнце. Верно, поздновато, город, конечно, испанский и портовый, то есть гуляют тут не дотемна, а хорошо за полночь, но это именно «гуляют», а не «сидят на рабочем месте», найти ресторанчик на подкрепиться проблем не будет, зато разыскать диспетчера автостанции, или кто тут за него, дабы просто поинтересоваться местонахождением Зеппа Крамера и «эдельвейсов», — здесь явно возможны сложности.

Ирландка это понимает даже лучше меня.

— Идемте со мной. Попрошу в справочной, перезвонят, уточнят.

— Спасибо. С меня причитается.

— Бросьте, мне это не трудно.

— А при чем тут труд? — вздергиваю я бровь. — Это отношение.

Усмехается:

— Ну если отношение, тогда ладно. Возместите кружечкой светлого.

— Ирландского?

— Немецкого, — смеется Шинед. — На Новой Ирландии в Таре кузина Кэтлин начала делать неплохой красный эль, но на большой рынок они пока не вышли. Приходится поддерживать производителей из Нойехафена.

Административное здание аэропорта невелико, и значительная часть служащих уже разошлась по домам. Дежурный по справочной английским владеет с пятого на десятое, втолковать ему нужный вопрос удается лишь с помощью Шинед. Отзвонившись куда-то, дежурный говорит — мол, погуляйте минут десять, потом подходите. Для такого «погулять» рядом предусмотрительно работает бар, где я заказываю ирландке обещанную кружку светлого немецкого пива, а себе беру обычный тоник. Жрать охота, но здешние рыбные сандвичи меня как-то не вдохновляют, лучше потерплю и потом поищу более вменяемое заведение.

Минут через десять вместе подходим к справочной, дежурный тараторит что-то по-испански, Шинед кивает и переводит:

— Конвой «Эдельвейс» прибыл сегодня и занял два подворья, Курбейра и Редондо.

— Спасибо, — киваю обоим.

Ирландка добавляет:

— Если вы плохо знаете город, лучше возьмите рикшу.

Хм. Вариант. В Порто-Франко я пару раз видел их трехколесные коляски, но там мне подобная услуга не требовалась. А сейчас, пожалуй, в самый раз.

— Благодарю, Шинед. Удачи вам.

— И вам, Влад, всего наилучшего.

На выходе из аэропорта обязаны присутствовать таксисты, за ленточкой это настолько прочная традиция, что перекочевала она и в новый мир. Здесь, в Виго, вместо таксомоторов — рикши, заимствованные из индийско-китайских реалий; весьма разумный подход при солидных новоземельных расстояниях и скромном объеме пассажиропотока. С испанским у меня практически никак, однако интернациональный английский и еще более интернациональная ярко-красная «игральная карта» в десять экю вполне решают вопрос. Пуллеру (для справки: «рикша» — это собственно коляска, в которой сидит пассажир либо лежит груз, а «водитель коляски» именуется пуллером, традиция тех еще времен, когда сию коляску толкали вручную, от аглицкого «pull» — точно так же «такси» во всех вариациях ангельской мовы поныне именуется «cab», наследуя лондонские конные экипажи) в качестве пункта назначения называю «Курбейра», резонно предположив, что Зепп Крамер не будет зря распылять силы, и оба подворья должны располагаться бок о бок или по крайней мере рядом.

Скрипят педали, покачивается старая коляска, навстречу со скоростью не слишком резвого велосипедиста движется вечерний город Виго, я лениво наблюдаю за вывесками и народом. В целом рисуется смесь припортового района Порто-Франко с виденным неделю назад Кадизом…

— Курбейра, сеньор! — выводит меня из задумчивости голос пуллера.

Однако. Чуть не задремал.

Вылезаю из коляски-рикши, кивком благодарю «таксиста» и направляюсь ко входу. У ворот действительно бдят «эдельвейсы» в знакомой форме. Лица незнакомы, но я, кроме самого Крамера и уже потом Арни и Клауса почти ни с кем из охраны и не общался.

Рядом вопль по-испански. Автоматически разворачиваюсь… и оказываюсь мордой в пыли с заломленными за спину руками. Баул в сторону, от пистолета меня быстро избавляют, затем сноровистые руки нашаривают в карманах складной нож и револьвер и забирают и их тоже. Звучит испанский речитатив, наверняка нечто вроде «вы имеете право хранить молчание»…

— No hablo espanol, — с трудом вспоминаю я одну из первых выученных фраз «по-испански не говорю».

После этого меня вздергивают обратно в вертикальное положение и уже по-английски сообщают:

— Влад Скербан, вы задержаны уполномоченными трибунала святого офиса по обвинению в черной магии.

Против собственной воли роняю челюсть. Кем-кем задержан и по какому обвинению?..

Секунд через несколько до меня доходит. Словосочетание «Holy Office» имеет еще один, менее буквальный вариант перевода на русский: «священная канцелярия».

Ну а эпитет «трибунал священной канцелярии» в известной мне истории относился к одной-единственной организации, иначе именуемой «испанская инквизиция».

Территория Европейского Союза, г. Виго

Понедельник, 16/06/21 25:34

В тюрьму и даже в КПЗ мне попадать ранее как-то не приходилось, так что сравнить, где хуже, не могу. Здесь в процессе обыска велели раздеться до белья и снять обувь, и все это куда-то унесли — кропить святой водой, что ли? Я уже ожидаю, что взамен выдадут монашеский балахон, но настолько здешние отцы-инквизиторы пока «в роль», очевидно, не вошли, потому как «сменной одеждой» мне вручают застиранный китайский спортивный костюмчик и плетеные тапки.

Проводив меня «в камеру» — также явно импровизированную, спешно очищенная подсобка, где нет окон, зато в наличии грубо сколоченный топчан, ведро санитарного назначения и условно-надежная дверь, — цыганистого вида мордоворот, вооруженный МП5 с выдвижным прикладом, интересуется:

— Просьбы имеются?

Акцент есть, ну да его английский явно лучше моего испанского. Отвечаю:

— Да, две. Во-первых, жрать охота, с утра толком не ел ничего, а во-вторых, если я правильно помню инквизиционный процесс, обвиняемому там полагается адвокат? Вот с ним хотелось бы предварительно побеседовать.

— Ужин вам доставят, а с адвокатом решают наверху.

— И на том спасибо, — киваю я.

Серый хлеб, зеленый лук, пара печеных на углях рыбин и большая кружка воды — ледяная, аж зубы ломит. Изысканностью и не пахнет, но насытиться в принципе хватает. Отдаю охраннику пустой поднос, благодарю, укладываюсь на топчан и пытаюсь собрать мысли в кучу. Получается плоховато. Вот никак у меня в голове не сочетается все, что я знаю о жизни в Новой Земле, а знаю я в общем и целом не так уж мало, — с действующим институтом святейшей инквизиции. Испанской или как, нерелевантно. Пусть даже попадаются местечки, где власть церковная заметно сильнее светской, — Краков, Форт-Янг, или вон на югах в Великом Исламском Халифате на карте помечен город Нью-Мекка, тоже ведь наверняка с претензией название, да и «халиф» — титул правителя религиозного, как «наследник пророка», был бы он сугубо светский, звался бы «султан» или «шах»… Нет, дело не в этом, подобные местечки и за ленточкой вполне можно отыскать, вон, часть территории США даже прозвище получила «библейский пояс», ибо низовую власть там нередко представляют проповедники различного толка, а шерифы и мэры у них так, на подхвате и для галочки. Но для настоящей инквизиции этого мало, она предполагает куда более серьезную организацию, уровня хорошей разведслужбы — собственно, инквизиторы ордена Святого Доминика, «псы Господни», [71] и держали функции контрразведки сперва у всекатолического «корпоративного государства», а потом у «империи, над которой не заходит солнце». Прикрыли испанскую инквизицию королевским указом только к середине девятнадцатого века, когда Испания державой-то осталась, но из клуба держав великих ее давно вытеснили; ну а на пике могущества «святейший трибунал» значил не меньше, чем КГБ и АНБ вместе взятые.