Чтение онлайн

Она кивала и снова плакала, пока он вдыхал ее родной запах.

— А ну не трогай маму! — Дейзи выбежала из спальни. За ней и Мелани. — Я хожу на каратэ! — девочка встала в боевую стойку, а младшая сестра за ней повторила.

Джон, если до этого удивлялся, то сейчас вообще обомлел. Грудь так сильно сдавило, что он не мог сделать полный вздох. Не отпуская от себя Натали, он вышел на свет в гостиную.

— Девочки, это я, Джон, — на всякий случай сказал он. Они не виделись долгих четыре месяца.

— Джонни! — воскликнули они хором. Натали отошла на шаг, чтобы маленькие бестии обняли его. Мелани сразу попросилась на ручки. Дейзи приревновала. Тогда он опустился на пол и обеих обнял одновременно.

Натали стояла рядом. Молчала. И плакала. Как обычно, в его футболке и несуразных штанах. На голове пучок светлых волос, но родной цвет потихоньку начал отрастать. На лице следы фломастера — кто-то из девочек постарался. Такая уставшая. Одинокая. Разбитая. Джон едва выносил одни только мысли о том, через что ей пришлось пройти самой. Да еще и с двумя детьми. Беременная. Сколько же времени он потерял!

— И давно девочки живут здесь? — вопрос. Простой обычный вопрос.

— Я забыла тебе сказать, когда мы виделись в последний раз, что планирую перевезти их сюда. Я забрала их на следующий день после своих “похорон”.

— Забыла? — Джон посмотрел на двух маленьких дьяволиц, способных из него душу вынуть. Натали уперла руки в бока. Подбородок взлетел вверх.

— Между прочим, мы тогда толком не поговорили. Если ты хочешь мне устроить выговор, то лучше не надо. Я не позволю тебе их забрать от меня!

— Мамочка, не плачь, — Мелани перешла к Натали. Дейзи перед Джоном приняла ту же позу, что и Натали и совершенно серьезно спросила:

— И где тебя черти носили?

— Так! Стоп! — Джон не мог не улыбаться. — Во-первых, Дейзи, это плохие слова. Во-вторых, почему я должен ругаться на тебя, Натали? И с чего ты решила, что я буду кого-то из них забирать? Я ведь домой пришел, а не воровать кого-то.

Он встал, безумно желая поцеловать Натали и разобраться, что с ней такое. Но внезапно раздался звонок в дверь. И ключ повернулся в замочной скважине.

— Мы кого-то ждем? — уточнил Джон, собираясь доставать пистолет Натали из-за пояса. Но она в этот раз спокойно держалась и даже не переживала.

В проеме двери показался огромный, метра два с чем-то, мужчина.

— Мисс Натали, это я, — прогремела ходячая гора.

— Кто это? — еще один сюрприз для Джона. Ну и ну.

— Это Кай. Наш телохранитель, водитель и няня, — Натали вытерла слезы тыльной стороной руки. — Кай, это Джон. Мой… наш…

— Глава семьи, — нашелся Кай. Он сразу понял, кто перед ним.

Даже Джону с его ростом пришлось поднять голову, чтобы увидеть обезображенное шрапнелью и мачете лицо Кая. Мужчина, прошедший не одну войну со взглядом наемника, способного за один день развязать революцию. Что там говорила Натали? Няня? Телохранитель? Водитель?

— Я личный телохранитель мисс Мишель. Но семья Конте уехала в Лос-Анджелес и они попросили приглядеть за мисс Натали. Она у вас молодец — не рисковала, слушала, никогда не самовольничала. Делала все строго по расписанию. Вы уж простите, что еще и за детьми приглядываю. Мисс Натали не пускает посторонних в дом, а самой ей непросто.

— Кай, спасибо, что помогаешь моей семье. Забери, пожалуйста, от греха, — он протянул охраннику пистолет Натали.

— Ой, и вас что ли встретила? — Кай пытался улыбаться, но шрамы мешали. — Она меня тут однажды чуть не прикончила на входе, как дворнягу вшивую. Мы с тех пор условились, что я звоню в дверь, прежде чем войти. Жить хочется.

Кай, насвистывая, забрал пистолет, спрятал у себя за пояс, взял пакеты с пирожными и позвал девочек пить чай на кухню.

Натали и Джон остались вдвоем. Оба молчали.

Джон гадал, что с ней произошло. Она снова была похожа на колючего ежа, как до их отпуска в Палермо. И опять, черт возьми, боялась каждого шороха. Он медленно и осторожно подошел к ней, чтобы не спугнуть. Она часто дышала, но не плакала.

— Натали, взгляни на меня, — мягко попросил он. Она подняла на него свои бесконечные глаза, полные слез, обиды, печали, сопротивления и… боли. — Я счастлив тебя видеть, родная. Счастлив, что у тебя на носу и щеке зеленый и красный фломастер. Мои приемные дети называют тебя мамой, а здесь наш с тобой малыш.

Джон бережно положил руки ей на чуть выступающий живот, желая защитить их обоих.

— Джон, мне тебя очень не хватало, — прошептала Натали, накрыв его ладони своими. Он приблизился к ней еще теснее.

— Так почему ты не идёшь ко мне?

— Я ужасно выгляжу. Ты полюбил красивую девушку, а тут я с пучком на голове! Ты бы хоть предупредил, — Натали совсем разволновалась.

Он не выдержал и притянул ее к себе, поцеловав со всей страстью, на какую только способен. Чтобы она и думать забыла о том бреде, что несла. Как же он любил ее. Скучал неистово. Ему нужна она. Нужна. С ней он становился самим собой. Натали застонала, прижавшись к нему так тесно, что его тело моментально отреагировало на ее близость.

— Дейзи, они целуются, — услышали они сквозь туман голос Мелани.

Неловко. Ведь он уже держал Натали за аппетитную попку, а она вовсю пробралась ему под футболку. Ничто не изменилось. Оба пьянели друг от друга. А сейчас на них обрушилась новая реальность. Дома есть дети.

— Фу, — высказалась старшая.

Натали отскочила от Джона, как ошпаренная, посылая ему гневный взгляд. Раскраснелась, но кусала губы. Хотела его. В его груди все сжалось от переполнявших эмоций. Его Натали. Больше не будет одиночества и грязи. Только она, ведьма, ведущая на свободу. Свободу жить.

— А вы чего подсматриваете? — поругала их Натали. — Мы с Джоном любим друг друга. И мы теперь ваши родители. Так что мы будем целоваться когда захотим. Кыш.

Дети исчезли с проема кухни-столовой, но через несколько секунд снова показались две светловолосые любопытные головки. А над ними возвышался Кай, как великан возле маленьких эльфов.

Натали смеялась, схватившись за руку Джона, пока он пытался совладать со своими новыми эмоциями. Семья. У него есть семья.

— А ты говорила, что семью не выбирают, — охрипшим от накативших чувств напомнил ей Джон, умудряясь захватить в плен своих рук эту женщину.