Чтение онлайн

— Повезет ли нам в седьмой раз? — спросил Карго. — За последнюю неделю мы шесть раз думали, что схватили удачу за хвост на тех вонючих холмах Миланда, и каждый раз возвращались домой с пустыми руками. Что ты думаешь, Лаксус? Когда мы ее поймаем?

— Когда рак свиснет, — ответил Лаксус. — Более того, генерал разослал толпу народа с объявлениями, касающихся этой юной женщины (которая скорее всего никогда не услышит их и уж конечно они не заставят ее вернуться домой), и развлекается местью, позабыв свой долг солдата. Слышишь! вот его сегодняшняя работа.

Они повернулись на громкий треск у ворот, и увидели, как два золотых гиппогрифа покачнулись, накренились и покатились по ступенькам прямо в ров; в воздух поднялся большой столб пыли от камней и булыжников, освобожденных их пробуждением.

Лорд Лаксус нахмурил лоб и, положив руку на плечо Хеминга, сказал: — О сыновья Корунда! Если мы хотим, чтобы наш Лорд Король восторжествовал над всеми недоброжелателями, нам нужен мудрый совет. Вспомните, что с того момента, как Гоблин ушел, нас стали преследовать неудачи.

— Пускай гадюка прочь ползет! — сказал Карго. — Кориниус был прав, не доверяя этой склизкой дряни. Он вообще ничего не делал месяц или два, а потом перебежал к врагу.

— Кориниус, — сказал Лаксус, — новичок в своем положении. Неужели он полагает, что все остальное время его царствования пройдет в играх и наслаждениях? Жестокие удары судьбы могут опрокинуть его, а он проводит время в пирах, наслаждается радостями любви и ведет войну с этой дамой. Ветреную юность необходимо поддержать взрослым советом, иначе она опрокинется, увлекая за собой всех нас.

— О старый достойный советник! — сказал Карго. — Давно ли тебе исполнилось тридцать шесть лет?

— Нас трое, — заговорил Хеминг. — Бери власть. Я и брат поддержим тебя.

— Жаль, что ты не проглотил эти слова, — сказал Лаксус, — прежде, чем сказать их. Вспомни Корсуса и Галландуса. Кроме того, хотя сейчас он иногда кажется сумасшедшим, а не тем, кто действует разумно, тем не менее трезвый Кориниус — храбрый и умелый воин, хороший политик и предусмотрительный капитан. Таких как он не найти ни в Демонландии, ни в самой Ведьмландии, за исключением вашего благородного отца, а ведь он еще так молод.

— Ты прав, — ответил Хеминг, — и совершенно справедливо упрекнул меня.

Пока они разговаривали, из замка вышел слуга и, почтительно приветствовав Лаксуса, сказал: — Ваша светлость, не можете ли пройти в северные покои.

— Кто-нибудь прискакал с востока? — спросил Лаксус.

— Так и есть, если это будет угодно вашей светлости, — ответил слуга с глубоким поклоном.

— Просил ли он аудиенцию у короля Кориниуса?

— Да, просил, — сказал слуга, — но ему было отказано. Дело очень срочное, и он попросил меня найти ваше лордство.

Пока они шли к замку, Хеминг сказал Лаксусу на ухо: — Ты еще не знаешь наши новые придворные церемонии? Начиная с того дня, когда он убил заложников, чтобы досадить Леди Мевриан, и до сегодня, когда он уничтожил орла с головой лошади, он вообще не дает аудиенций до заката. Ибо днем, закончив с мщением, он отправляется к себе с какой-нибудь девицей, самой изящной и игривой из тех, кого может достать, и там два или три часа плавает по морю собственного удовольствия, немного ослабляя таким образом острую любовную боль.

Лаксус, поговорив с гонцом с севера, немедленно отправился в покои Кориниуса. Отстранив стражников, он широко распахнул сияющие двери и нашел Лорда Кориниуса в самом благодушном настроении. Он полулежал на широком диване с подушками из темно-зеленого бархата. Локтем он опирался на инкрустированный серебром и эбеновым деревом столик из слоновой кости, на котором стояли прекрасный золотой бокал, полный, и хрустальный графин с пенистым вином, на две трети пустой. На Кориниусе был свободный, без рукавов халат из белого щелка, отделанный золотом по краям. В тот момент, когда Лаксус вошел в комнату, халат распахнулся и обнажил шею, левую грудь и мощную руку, которую Кориниус как раз протянул к бокалу с вином. На колене у него сидела девушка лет семнадцати, красивая и свежая как роза, с которой он как раз собирался перейти от дружеской беседы к любовному уединению. Он зло посмотрел на Лаксуса, но тот бесцеремонно заговорил и сказал: — На востоке бунт. Крепость, которую мы построили на Ушке, взята штурмом. Спитфайр прошел через Брекингдейл к голодающему Гелингу, и разбил нашу армию, которая осаждала замок.

— Чушь! — ответил Кориниус. — Много шума, мало проку. Хотел бы я знать, почему эта сплетня заставила тебя нарушить мой покой, и как раз тогда, когда я увенчал себя миртом и собрался немного расслабиться. Ты что, не мог подождать до ужина?

Прежде чем Лаксус успел ответить ему, за дверями раздался громкий стук и в комнату влетели сыновья Корунда.

— Или я уже не король? — сказал Корсус, закутываясь в свой халат, — и меня осаждает враг? Идите прочь. — Потом, увидев, что они молча стоят с безумными глазами, спросил: — Что случилось? Вас кто-то обманул или у вас трясучка? Или вы сошли с ума?

Хеминг ответил и сказал: — Нет, мы не сумасшедшие, милорд. С востока прискакал Дидарус, который держал крепость Ушко, прискакал так быстро, как только могла скакать лошадь, и едва не догнал предыдущего гонца, выехавшего четырьмя днями ранее. У него более свежие и более важные новости. Прошу тебя, выслушай его.

— Я выслушаю его, — сказал Кориниус, — за ужином. Но не скорее, если только не загорится крыша.

— Земля уже горит под твоими ногами! — крикнул Хеминг. — Джусс и Брандох Даха вернулись домой, пол страны уже потеряно для нас, а ты еще ничего не слышал. Дьяволы опять дома! Неужели ты будешь слушать это и продолжать хлестать вино?

Кориниус слушал со сложенными на груди руками. Его большая челюсть поднялась, ноздри расширились. Минуту он молчал, его холодные глаза глядели куда-то далеко. Потом заговорил: — Опять дома? И заварушка на востоке? Может быть. Спасибо Дидарусу за известия. За ужином он прочистит мне уши своими речами. А пока оставьте меня, если не хотите повиснуть на солнышке.

Но Лаксус, с печальным и серьезным видом, встал рядом с ним и сказал: — Милорд, не забывай, что ты — представитель и легат самого Короля. Пускай корона на твой голове вдохнет осторожность в твои мысли, и ты сможешь спокойно выслушать тех, кто пытается подать мудрый и здравый совет. Если сейчас предпринять ночной марш вдоль Свичуотера, мы сможем уничтожить опасность в зародыше и потушить ее прежде, чем она разгорится полным пламенем. Если же, напротив, мы позволим им придти сюда, на запад, они, скорее всего, без остановки отвоюют себе обратно всю страну.

Кориниус круглыми глазами поглядел на него. — Неужели ничего не может заставить тебя повиноваться? — сказал он. — Погляди на свои собственные дела. Как флот, все ли там в порядке? Ибо он основа и якорь нашей силы, через него мы получаем припасы, он переносит нас туда, куда нам нужно, и он же наше последнее убежище, если до этого дойдет дело. Что беспокоит тебя? Разве все эти четыре месяца мы не желали всем сердцем, чтобы Демоны сошлись с нами на поле боя? И если правда то, что Джусс и Брандох Даха захватили замки и разбили те войска, которые я оставил на востоке, и со своей армией движутся сюда, значит они уже в моей кузнице и я занес над ними свой молот. И, чтобы совсем удовлетворить тебя, я сам выберу место для сражения с ними.