Чтение онлайн

Любовь – это не только прекрасно и божественно. Любовь – это путь, борьба. На этом пути ты будешь ненавидеть, станешь мучеником за свои убеждения, но в конце концов найдёшь свою вторую половинку. Ту, за которую стоит бороться. Ту, которой не хватает в твоей душе.

Аарон ЛеБо скрывался, притворяясь, что способен только на игровую любовь, в то время как он – это четыре типа любви. Эрос, страстный и полный. Филия и Прагма, способные на вечную любовь и дружбу. Агапе, за его любовь к другим.

Что касается меня, то он – это два моих слова.

Некоторые люди говорят, что я люблю тебя.

Я скажу, что он мой самый близкий человек.

И...опубликовать.

Я решила, что пришло время сделать решительный шаг. Аарон помог мне осознать, что я живу чужой жизнью. У меня была мечта, которую я проигнорировала. Я взялась за работу, которая мне не нравилась, чтобы угодить своей матери.

Я притворялась кем-то другим, чтобы меня любили всю мою жизнь. Это никогда не работало.

Это должно закончиться.

Всё это.

Он научил меня, что иногда самые сломленные люди находят самый успешный путь. Потому что мы выжившие. Борцы. Каждая боль, каждая разбитая часть меня делает меня цельным и может быть обращена в позитив.

Аарон гоняет. Я буду рисовать. Я не одна. Я буду иметь значение. Так же, как он имел значение для меня.

Иногда всё, что тебе нужно, – это один человек, который поможет тебе увидеть свет.

Мне нужно изменить свою жизнь, и именно это я и собираюсь сделать.

Эль: Мама, я отправляю тебе заявление об увольнении. Я больше не буду работать на тебя. Я иду своим путём. Я знаю, что ты мне не веришь, но если однажды ты захочешь вести себя как моя мать, я буду готова рассказать тебе правду и стать твоей дочерью.

Нина: Прощай, Элли.

Одна.

Снова.

Мой значимый

Аарон

Я понятия не имею, что я здесь делаю. Уже стемнело, и одному Богу известно, как я преодолеваю сотни шагов до её двери. Я прочитал её статью.

Конечно, Элли, ты не могла сказать мне в лицо, что я твой парень; тебе пришлось написать об этом, чтобы весь мир узнал.

Я фыркаю, только она могла так поступить. Элли не идеальна. Она тоже сломлена. У неё слишком много гордости. Она умеет раздвигать мои границы. Играть со мной в мою же игру, бороться со мной за власть. И всё же она идеальна для меня. Равноценная версия меня самого. Мой свет.

Я стучу.

Когда она открывает дверь своей квартиры, мы смотрим друг на друга. Слова не нужны. У моей красавицы круги под глазами. Её светлые волосы – единственный источник света на её лице. Она великолепна, даже в спортивных штанах и без макияжа. Но она разрывает меня на части. Она выглядит несчастной, как и я. Почему она навлекла это на себя? Я подписал контракт на следующие три сезона. Получил шестьдесят миллионов в год. Неплохо.

Я получил то, чего хотел. Я даже выкупил несколько акций гоночной компании Аморини. Так я могу делать всё, что захочу. Видишь, Андре, я тоже умею вести дела. И всё же без неё это не имеет значения. Я делаю шаг к ней, и её карие глаза светлеют. Она выглядит такой чертовски слабой и уязвимой, я ненавижу это.

Протягиваю ей распечатанную статью.

— Это правда?

Элли встречает мой мучительный взгляд и кивает. Я борюсь за неё, а она смотрит на меня так, будто боится. Боится, что я сломаю её. Присвою её. Она может быть упрямой, но я дикий. Я не сдамся, пока она не позволит своему сердцу говорить. Я не Стефан. Я не её отец.

Я испорченный, но я бы защитил её, а не навредил. Она должна доверять мне. Она моя – хочет она этого или нет, – и я буду дорожить тем, что принадлежит мне. Её губы изгибаются в застенчивой улыбке, когда она кладёт руки мне на грудь.

— Ты мой значимый, Аарон, – шепчет она.

Наконец-то. Я не раздумываю. Беру её на руки, прижимаю к стене, закрывая за нами дверь. Она не произнесла слово на букву «Л», но я знаю, что признание далось ей с трудом, и это всё, что имеет значение. Элли отдаёт мне часть своей души, и скоро я заберу остальное. Я целую её без стеснения, давая ей понять, что я буду единственным, кто овладеет ею. Погружаю её в забвение. Мой язык овладевает ею. Она тает от интенсивности моего поцелуя, принимая мой контроль, принимая мой голод по ней. Она – часть меня. Светлая часть, но моя красавица принадлежит мне.

Я несу её в спальню, думая только об одном. Сделать её своей. Но сегодня всё будет по-другому. Я всегда занимался с ней любовью, даже если она об этом не знала. Но это было тяжело. Страстно. Властно. Я хотел стереть следы всех мужчин, с которыми она была, чтобы она принадлежала только мне.

Сегодня вечером я буду нежен с ней, доведу её до предела. Честно говоря, я не знаю, способен ли я на нежность. Никогда не занимался любовью нежно, никогда в жизни не видел нежности. К тому же, у меня не было секса с той ночи, когда я её прогнал, а мастурбация определённо не приносила мне удовольствия. А что насчёт неё? Она ждала меня? Мысль о том, что другой мужчина прикасается к ней, заставляет меня содрогнуться. Однако мысль о том, что она прикасается к себе, заставляет меня возбудиться.

Я тяну её на кровать и нависаю над ней. Она стягивает с меня футболку – кажется, она так же, как и я, жаждет физического контакта. Делаю то же самое с её рубашкой, которая слишком велика для её идеального тела. Стягиваю с неё штаны, пока она лежит на кровати в нижнем белье передо мной. Боже, я скучал по этому виду.

Она краснеет, когда я скольжу взглядом по всему её телу. Я выучил её наизусть, но она реагирует так, будто я только что увидел её впервые. И, честно говоря, мне кажется, что так и есть. Она всё такая же чертовски потрясающая. Я стягиваю с неё трусики на пол, и она начинает прикусывать нижнюю губу. Ухмыляюсь, замечая, что она пытается скрыть свою влажность. Расстегиваю бюстгальтер, отбрасываю его в сторону и встаю перед ней, чтобы полюбоваться её знойным обнажённым телом. Великолепным. И моим.

— В тебе всё прекрасно.

Я стону, когда она смотрит на меня, как ангел. Ангел с телом, которое мучает меня.

— Мне нравится, какой ты сильный. – Она проводит рукой по моей груди, по бицепсам, наблюдая, как напрягаются мои мышцы.

— Ты моя, Элли. Ты моя женщина.

Это утверждение, но в то же время так я прошу её стать моей девушкой – или, лучше сказать, сообщаю ей об этом.

— Да, – она прикусывает нижнюю губу. — И ты тоже мой.

Теперь, когда мы официально установили нашу исключительность, я наклоняюсь к ней, располагаясь между ее ног. Завладеваю ее ртом, прежде чем медленно прикусить и пососать ее нижнюю губу. Я целую нежное местечко на ее шее, и она начинает стонать. Элли двигает бедрами, чтобы почувствовать трение наших тел, прежде чем я опускаюсь, целуя ключицу, в то время как ее пальцы перебирают мои волосы.