Чтение онлайн

На несколько минут разговор утих сам собою. Княжна, отдавая дань напитку, не спешила переходить к сути, Огнёв, смакуя сбор мелкими глоточками, также не торопил события. Так или иначе, гостья в любом случае поведает о причинах, заставивших её покинуть московские пенаты и прилететь в дальневосточные палестины. К тому же он не испытывал интереса ни к одному возможному предложению, готовому прозвучать под сводами его дома. Хватит, наелся.

– Вы, Владимир, - княжна, наконец, выбрала удобный, по её мнению, момент, - наверное гадаете, какого чёрта меня к вам принесло?

– Нет, Ваше сиятельство, - чувствуя, как отпускает усталость, Огнёв блаженно вытянул ноги и долил себе напитка, - абсолютно не гадаю. Вы сами приехали, вам и карты в руки.

– Что, нисколько не интересно? – провокационно заломила бровь Вяземская.

– Нисколько, - не поддался на мелкую провокацию Владимир. – У меня вон, за тремя заборами и пятью плетнями куча корпусов. Как вы думаете, много ли интереса остаётся, чтобы смотреть по сторонам и строить какие-либо догадки? Да пропади они пропадом. Предлагаю вам, Ваше сиятельство, поработать со мной с неделю, посмотрим, как изменится ваша оценка ценностей и мировоззрение. Гляну я на вас, как вы станете догадки с гипотезами в унитаз спускать.

– Поэтому вы не пускаете Викторию в госпиталь? – проявила осведомлённость княжна.

– Поэтому, - не стал спорить Огнёв, - Вика ещё успеет очерстветь и стать циником. В роли администратора от неё гораздо больше пользы. Она сама и администрация госпиталя это прекрасно понимают. А лишний раз смотреть на умирающих от вируса людей и человеческие страдания ей ни к чему.

– А Джу и ваши ученики? – подалась вперёд Вяземская.

– А им, как бы парадоксально не звучало, это, наоборот, помогает разбить розовые очки, через которые они раньше смотрели на мир, и трезво оценивать выбранный путь. Не свернут, значит не зря я в них вкладываю знания и душу. Свернут – освободят время для других. Стал быть не их стезя. Я никого насильно не держу. Вы прекрасно сами знаете, целители в первую очередь исцеляют не тело, а душу и лечат не болезнь, а человека. Впрочем, к тем, кого следовало удавить пуповиной в утробе матери, я их стараюсь не подпускать. Успеют ещё.

– А как же ваши «иные» призвания? – княжна интонацией выделила слово «иные».

– Можете не переживать, среди моих учеников нет тех, кому я бы смог передать «иные», г-хм, знания, - ответно поиграл интонацией Владимир и многообещающе ухмыльнулся.

На мгновение опустив очи долу, княжна верно истолковала ухмылку. Никто, никогда не узнает о передаче сакральных знаний и передавались ли они, вообще, кому-либо.

– Не интересно, - продолжал добивать Огнёв.

– О чём вы, Владимир? – сделала непонимающие глаза княжна.

– О не озвученном предложении взять в особые ученики кого-нибудь из ваших протеже. Не интересно, - пальцами левой руки обозначив кавычки над словом «особые», звякнул чайной ложкой Владимир, поставив опустевшую чашку на сервировочный столик. – Ваше сиятельство, пусть это прозвучит грубо, но я напомню вам, что именно по вашей инициативе взаимоотношения между нами были переведены в деловую плоскость и вы же решили свернуть сотрудничество, наплевав на договорённости. О долгах как бы не принято говорить, но я позволю себе озвучить, что они не списаны, продолжая копиться. Не сводится у нас дебет и кредит, Ваше сиятельство, уж простите за прямолинейность и не дипломатичность. Я не исповедую библейское: «всякому, просящему у тебя, давай, и от взявшего твоё не требуй назад». Так ведь и без трусов остаться можно.

– «Нечестивый берёт в займы и не отдаёт», - подхватила княжна, блеснув знанием Библии.

– Ещё я крайне настороженно отношусь к высказыванию, что следует открыть руку и дать взаймы, смотря по нужде. Уж больно аппетиты у спецслужб ненасытные и нужды безграничные, да к долгам своим они относятся безответственно. Знаете, мне ближе сура «Ал-Бакара» аят двести восемьдесят второй с призывом писца и свидетелей, но и тогда возникает вопрос о сунна, ваджиб, макрух и хараме. Как определить, желательно, обязательно или не обязательно давать в долг, а может быть даже запретно? – перешёл на Коран Огнёв. – Важиб был зимой, когда вопрос шёл о смерти и жизни Империи. Я вам, Ваша светлость, безвозмездно, за простое человеческое спасибо передал десятки нитей с именами и фамилиями, ничего не требуя взамен, но даже спасибо не дождался, а теперь вы намекнули на харам. Не слишком ли?

– «Остерегайтесь долга. Долг – это причина для печали и горя по ночам и унижения в дневное время», - процитировала княжна, показав, что священное Писание мусульман также не прошло мимо неё. – Я поняла вас, Владимир.

– Тем не менее у вас осталось, что сказать, я вас внимательно слушаю, Ваше сиятельство.

– Я хотела вас попросить оставить в покое барона Корфа.

– Вы? – Владимир в точности повторил мимический жест княжны с заламываем брови.

– Его Величество крайне негативно отнёсся к шельмованию губернатора Н-ской губернии в социальных сетях, - поморщилась Вяземская.
– Барон сейчас находится в очень непростом и крайне неустойчивом положении. Поймите, сейчас Империи совершенно не нужны новые потрясения и смена губернатора, - даже не приоткрыла, а целиком подняла завесу княжна. – Отдаю вам должное, Владимир, вы мастерски выдержали паузу и отменно провели кампанию в сети по дискредитации барона. Прошу вас, остановитесь. Не наживайте себе лишних врагов.

– Понятно, Его Величество переживает о собственном ставленнике, а учитывая второй виток пандемии и перестановки в правительстве и во властных структурах ему просто необходимы верные люди с незапятнанной репутацией, а та у барона ныне подмочена. Какой из этого следует вывод, а вывод простой – убрать точку напряжённости в лице одного обиженного гражданина, но пандемия и губернатор Желтороссии Горин спутали все карты. Скажите, Ваше сиятельство, барона вы также просили прекратить шельмовать меня на страницах газет и на сетевых ресурсах или это другое? Только честно.

– Просила, - ответила княжна и Владимир не почувствовал лжи в её ответе.

– Спасибо, - совершенно искренне прошептал Огнёв на выдохе, но тут же злобно блеснул глазами. – Жаль барон остался глух к вашим мольбам. Конечно, имея за спиной поддержку в лице монарха, можно плевать на глав всяких разных спецслужб. Что ж, я готов пойти на компромисс. Учитывая, что не я начал, барон первым зарывает топор войны, приносит извинения и восстанавливает меня в университете, а то, знаете ли, птичка на хвосте принесла информацию, что новый ректор подготовил списки на отчисление. С чьей подачи догадаетесь или подсказать? Прощать кого-либо просто так даже по настоятельной просьбе монарха я не намерен. Вылечу я, Корф тоже полетит вверх тормашками. Разного мелкого компромата у меня ещё достаточно – добрые люди поделились, а вода, как известно, камень точит.

– С огнём играете, Владимир!

– Не играю, я с ним борюсь. Или мне следовало применить «иные» таланты исходя из постулата о связи отсутствия проблем с отсутствием людей, создающих эти самые проблемы? Нет? Я так и думал. Надеюсь, этот вопрос мы утрясли. Предлагаю к нему больше не возвращаться до вашего сообщения о раскуренной «трубке мира». Что-то ещё, Ваше сиятельство?

– Да, Владимир, есть ещё, оно же во-вторых. Есть и в-третьих.

– По порядку, пожалуйста.

– Её Величество надеется на ваше возвращение в Н-ск, - будничным тоном произнесла княжна. – Мария Александровна даже готова безвозмездно выделить личное имение в Подмосковье под ваши нужды, если вы вдруг решите перебраться в Москву. Также по её просьбе я передаю вам информацию, что полковник Ионесян и генерал-майор Свирьин больше не имеют никакого отношения к СИБ и прочим силовым ведомствам, в частности. Не знаю, что конкретно имела в виду Мария Александровна, но в личном разговоре она намекнула, что вы поймёте. Не знаю, в какие игры вы играете, к своему стыду, я упустила из виду этот процесс, но будьте осторожны, Владимир. То, что Её Величество «нажала на кнопки» и добилась увольнения озвученных господ с действительной службы могут связать с вами, если вы не сумеете сдержать язык за зубами.

– Вот как?! – от удивления не сдержал эмоций Огнёв. – Очень хорошая новость. Для того, чтобы не оставалось неясности, я вам чуть позже продемонстрирую одну интересную запись. Про язык за зубами не спрашиваю. Что ж, я очень внимательно отнесусь к пожеланиям Её Величества, но пока о каком-либо переезде рано говорить, даже заикаться не стоит. Госпиталь я не брошу, а дальше время всё расставит по своим местам или Мария Александровна передумает. Готов выслушать третий пул новостей.

– Он не очень приятный. Я бы выразилась грубее…