Чтение онлайн

 - Неплохо! Это нам пригодится, - сказал напарник, складывая взрывчатку в рюкзак.

 Тщательно заметя следы, вышли на улицу, на противоположной стороне которой стоял киоск бывшей «Союзпечати». Перебежав дорогу, мы затаились, выждав несколько секунд, Скиф метнулся к перевернутому бензовозу. С противоположной стороны донесся выстрел СВД. От этого звука внутри екнуло: снайпер обнаружил нас и об этом теперь знают все кому надо и не надо, но вслед за этим послышался негодующий рев кровососа, невесть как проникшего в город. Раздался второй выстрел, но теперь уже со стороны двухэтажки, стоявшей прямо перед нами. Скиф махнул рукой, и мы стали пересекать площадь. Постепенно количество снайперов возросло до четырех человек, однако благодаря «глушилке» и нашим способностям, пока мы оставались в тени. Мутант нам был не так страшен: Скиф давал ему нехитрые команды, выполняя которые, кровосос прятался за тем или иным укрытием, давая нам фору во времени. Через пяток минут мы благополучно пересекли площадь, и притаились в густых зарослях, где спутник отпустил ментальный «поводок» и уже через мгновение мутант рухнул с простреленной головой на потрескавшееся асфальтовое покрытие. Скрывшись в переулке, стали пробираться к НИИ, возле которого стояло обветшавшее общежитие - в нем мы и решили дождаться начала выброса. Около входа стоял весь изрешеченный пулями милицейский УАЗ с советскими номерами, а из приоткрытой дверцы свешивалась рука... принадлежавшая свежему трупу. По руке стекал тонкий ручеек крови. Внутри салона было три тела: первым был водитель, сержант, у которого напрочь отсутствовала верхняя часть черепа, рядом с ним сидел лейтенант, но ему «повезло» чуть больше - у него голова была цела, но грудь представляла собой кровавое месиво, на заднем сиденье лежал еще одни лейтенант с простреленной головой. Судя по количеству дырок от пуль и их размерам, нападавшие были вооружены АКМ. Вдобавок по машине велся огонь из «Винторезов» или «Валов» - некоторые из отверстий были явно оставлены 9-мм пулями ПАБ. Оглядев салон, я понял, что первыми погибли водитель и лейтенант, сидевший впереди. Другой офицер некоторое время еще отстреливался: на полу и сидении была россыпь гильз АКСУ и пустой рожок. Принюхавшись, почувствовал запах сгоревшего пороха, отчего в голове возникло два вопроса: как здесь оказались советские (петлицы на форме, номера машины) милиционеры? И кто их так расстрелял? Если на первый вопрос у меня не было ответа, на второй была, лишь догадка - расправу учинили «черные».

 - Этот УАЗ здешняя достопримечательность. Он периодически появляется то тут, то в Припяти, - пояснил Скиф.

 - Три «Семецких» в погонах?

 - Ага, вот только они злые какие-то. Я один раз в Припяти на этих троих наткнулся. Еле ушел. С каждым новым появлением они все злее и злее. Вот и сегодня они тут объявились, судя по количеству дырок, «черные» уже не раз сталкивались с ними.

 Обогнув место перестрелки, мы пробрались к входу. Скиф присел около ветхой двери и прислушался к окружающим нас звукам. Было тихо. Напарник слегка прикоснулся к двери и тут же одернул руку - петли едва слышно скрипнули. Отрицательно помотав головой, он гуськом направился к окну. Я привстал и осмотрел помещение, оставшись довольным после осмотра, перехватил автомат поудобнее и практически бесшумно пролез через оконный проем. Откатившись в сторону, взял на мушку вход в комнату, спустя несколько секунд послышался легкий шелест - напарник так же проник в здание. Он жестом показал «прикрывай», а сам подбежал к двери и мягко приоткрыл ее. Осмотрев длинный коридор, в середине которого поблескивала тонкая проволочка растяжки, Скиф взбежал по лестнице наверх. Выбрав на втором этаже подходящую глухую комнату, мы расположились и стали ждать выброс, до которого по моим подсчетам, оставалось чуть меньше получаса. Достав зеркальце на длинной ручке, я стал осматривать прилегающую территорию. Из окна открывался хороший вид на семиэтажное здание НИИ: на третьем этаже слева, из пятого по счету окна, торчала часть ствола винтовки с глушителем. «Пробежавшись» по каждому окну и не найдя больше снайперов, переместил зеркальце. Возле входа стояли два бойца в черной униформе, на рукавах которых были повязки красного цвета. Скиф уже приготовился, но я его осадил и начал излагать мысль, пришедшую мне на ум совсем недавно:

 - Постой, есть хорошая идея. У одного из бойцов, которых мы усыпили, была небольшая инструкция, в ней был один интересный пункт, касающийся правил поведения при угрозе выброса - за пять-десять минут до него снайпера снимаются со своих позиций и укрываются в убежищах. Так же поступают и патрульные. Надо дождаться, когда стрелки спустятся в укрытия и только тогда начинать штурм, в противном случае, мы можем попасть под перекрестный огонь сразу четырех стрелков.

 - Хорошо, выброс будет минут через десять. Маятники, вон, - он показал на грудь, - уже нагрелись.

 Снова взяв зеркальце, я стал наблюдать за третьим этажом, где находился снайпер. Вот ствол чуть дернулся... Видно что стрелок напрягся... Спустя минуту, снайпер ушел вглубь. Быстро переместив зеркало на часовых у входа, понял, что настал час «Ч». Закинув автомат за спину, ухватился за заранее приготовленную веревку и быстро спустился вниз. Скиф последовал за мной. В это время двое бойцов уже направлялись к входу в институт. Две тени, казалось, возникшие из ниоткуда за их спинами, вскинули свои АК и дважды выстрелили. Пули, с легкостью пробивающие броню БМП, разнесли черепные коробки «черным» буквально на мелкие кусочки. Подбежав к убитым, мы быстро обшарили карманы, и нашли небольшие магнитные карты. На всякий случай я, как и Скиф, отрезали у трупов указательные пальцы - мало ли, вдруг замок с дактилоскопическим сенсором? Вбежав внутрь здания, Скиф тут же направился к двери, ведущей в подвал, как в дальнем углу помещения послышался неясный шорох. Я на «автомате» дал короткую очередь на звук. Неизвестный коротко вскрикнул и выронил свою винтовку. Спустившись в подвал, попали под вполне ожидаемый обстрел. Учитывая боевые характеристики «чудо-патронов» мы держались подальше от края стены. Достав гранату и выдернув чеку, метнул ее за угол. Пока «гостинчик» летел, заткнул уши и открыл рот, дабы смягчить воздействие звуковой волны на барабанные перепонки. Громыхнуло, и стрельба моментально прекратилась. Проверив коридор, мы направились к массивной двери, ведущей в гигантский лабораторный комплекс сумасшедшего Штанмайера. По пути проконтролировали убитых, но это оказалось излишним - ни один их них даже не шелохнулся. Подбежав к ней, Скиф просунул магнитную карту в узкую щель замка, и через пару секунд из динамиков донесся противный синтетический голос - «Доступ запрещен! Приложите палец!». Напарник приложил заблаговременно отрезанный палец к сенсорной панельке. Замок пропиликал, и дверь стала медленно открываться. Чтобы не терять времени, я быстро обыскал убитых - только у одного из них был цел ПДА с подробным планом подземелий. Дверь едва открылась наполовину, а «черные» уже открыли ураганный огонь. Пули ударялись в дверь, заставляя последнюю открываться все медленнее и медленнее. Вдруг одна из пуль угодила в какой-то шарнир, и дверь застыла. Достав две гранаты, поочередно метнул их внутрь. Сразу же после взрыва второй Скиф выпустил в проем целый магазин не глядя. Под его прикрытием я проскользнул внутрь и короткими очередями стал постреливать по потенциальным укрытиям, где могли находиться выжившие боевики. Магазин быстро опустел, но над ухом раздалась короткая очередь, которая срезала сметливого бойца, уже почти высунувшегося для того чтобы прикончить нарушителя спокойствия. Тот, взметнув вверх руки, растянулся на бетонном полу. Сменив магазин, я под прикрытием напарника стал продвигаться дальше, когда уже подходил к обломку бетонного блока, послышался характерный звук падающей гранаты. Рухнув ничком, закрыл уши и в тот же момент раздался мощный взрыв. Скиф еще раз пальнул в мою сторону и стал продвигаться ко мне. Взрывом меня порядком оглушило, но слух быстро восстановился. Напарник прошел мимо меня. Взяв автомат, стал осматривать через прицел всю комнату. Дойдя до угла, товарищ жестом показал « все в порядке», и я встал, направился к нему. Достигнув бетонного блока, увидел, что осталось от бойца, который хотел подорвать себя и меня гранатой: сдвоенный взрыв двух оборонительных гранат превратили тело в кровавое месиво. Когда я подошел к напарнику, увидел еще одну дверь, на которой была изображена пентаграмма с наковальней внутри, а чуть ниже стояла пометка «-1». Из-за спины донесся грохот. Я быстро выглянул из-за угла и понял в чем дело - массивная дверь закрылась. В этот миг из динамиков, прикрепленных к потолку донесся механический голос:

 - Внимание! Несанкционированное проникновение на нулевой уровень! Система начинает работу по плану «Б»! Включение системы защиты...

 Скиф метнулся к двери, и просунув магнитную карту в щель, приложил к панельке отрезанный палец. Замок как обычно проиграл незамысловатую мелодию, и дверь стала неторопливо отъезжать. В это время где-то за стеной послышался шум, похожий на звук работающего водяного насоса.

 Дверь продолжала медленно открываться, а в это время часть стены, возле которой мы стояли, так же стала отодвигаться в сторону. Примерно через десять секунд образовалась ниша, в которой находилось несколько газовых баллонов. Судя по всему, они были заполнены каким-то отравляющим веществом - об этом говорили выведенные ядовито-зеленой краской надписи и непонятные мне символы.

 - Быстрее открывайся, зараза!
– нервно выкрикнул Скиф, поняв, что дрянь находится в баллонах.

 - Можешь подергать, если тебе от этого легче станет, - сказал я, с максимально спокойным тоном, в ответ на это напарник лишь тихо выругался. Массивная дверь уже почти наполовину открылась, Скиф, прикрываемый мною, протиснулся в образовавшуюся щель. За ним, не теряя ни секунды, пролез и я. Над дверью тревожно замигало электронное табло, оповещая об угрозе химической атаки, затем появилось предупреждение «покинуть опасную зону» и через пару секунд дверь, к нашему удивлению, быстро захлопнулась. Сквозь небольшое окошко, защищенное бронестеклом, я видел, как из баллонов пошел газ ядовито-зеленого цвета, постепенно заполняющий все помещение густыми клубами. Сзади послышался топот. Укрывшись в стенной нише, Скиф приготовил гранату, и как только показался первый боец, напарник метнул смертоносный подарок. Взрыв прогремел, пара осколков срикошетило около нас, оставив неглубокие росчерки на бетонном полу. Сразу же я, присев, высунулся из-за угла и осмотрел помещение: метрах в пятнадцати от нас лежало двое бойцов и еще один, ухватившись за ногу, катался по полу и орал благим матом. Добив раненного, по очереди выстрелили по каждому телу. В противоположном углу что-то шевельнулось. Быстро переместив ствол, послал короткую очередь по «черному». Боевик успел нажать на курок, но сделал это на несколько мгновений позже, поэтому, пуля, выпущенная мною, попала ему в переносицу, а бандит послал длинную очередь в потолок, от которого отвалился приличный кусок штукатурки. Неожиданно, мы ощутили довольно-таки ощутимый подземный толчок из-за которого на несколько секунд помещение погрузилось во тьму.

 - Ну, вот и выброс начался, - прокомментировал Скиф, когда свет вновь зажегся.

 - Идем дальше, пока они не устроили нам второй Дахау, - сказал я, мелкими шажками начав продвигаться вперед.

 Больше на этом уровне нам никто не встретился. Дойдя до двери (эта была тоньше), за которой находился второй уровень комплекса, мы насторожились - она была чуть приоткрыта. Достав зеркальце, я поднес его к небольшой щели, и спустя секунду меткий выстрел оставил меня без столь ценного предмета. Выбросив уже ненужную ручку, достал гранату и коротко без замаха метнул ее. Сразу же после взрыва, Скиф начал методично постреливать, заставляя противника вжиматься в холодный пол, кто-то коротко вскрикнул, Скиф достал гранату и пальцем указал на дверь. Взявшись за ручку, я стал следить, как загибается сначала средний палец левой руки... указательный... Когда большой палец уже почти загнулся, рывком открыл дверь. Напарник метнул гранату как можно дальше. Прикрыв дверь, я вжался в нишу, и сделал это своевременно - у противника сдали нервы, он стал стрелять по двери, думая, что нападавшие (то есть мы) укрылись за ней. Прогремел взрыв, который впрочем, не принес большого неудобства врагу. Спустя десяток секунд дверь превратилась в большое железное решето. Послышался сухой щелчок и за ним звук магазинной защелки. Скиф моментально среагировал на это и двумя одиночными успокоил слишком прыткого охранника. Убедившись, что больше никого нет, мы вошли в помещение. Тут было все заставлено оружейными ящиками. Один из них был поврежден взрывом, подойдя к нему, я отодрал крышку и присвистнул - ящик был полон «дьявольских калашей». Окинув взглядом все помещение, быстро подсчитал, сколько тут оружия, а было тут около сотни автоматов. Если исходить не из количества, а из характеристики стволов, это была довольно крупная партия, и, наверняка, в скором времени она должна была попасть в Среднюю Азию или в другой «горячий» регион. Пополнив боекомплект за счет убитых, и прихватив из ящика у противоположной стены две РПГ-18 «Муха», стали продвигаться дальше. По пути мы ликвидировали еще двух охранников, и попали в большое помещение, заставленное компьютерами и различным лабораторным оборудованием. Чуть поодаль была небольшая комната, отделенная узорчатым стеклом, которая привлекла мое внимание - в ней промелькнул чей-то силуэт. Метнувшись к двери, ногой выбил ее и взял на мушку мужчину средних лет, одетого в белый халат и державшего в руках Кольт, который дрожащими руками направил на меня.

 - Не подходи!
– «проблеял» он на русском, с небольшим акцентом.

 - Брось пистолет, останешься жив!
– жестко сказал я, делая небольшой шаг вперед.

 - Не подходи!
– еще раз повторил он и стал отходить назад, - Вы все твари! Недостойны жить!

 - А ты, разумеется, достоин, - я решил его «раскачать», - Брось пистолет и я гарантирую тебе жизнь.

 - Нет! Чтобы я, профессор Герхард Миллер, сдался какому-то русскому? Nicht vorkommen derart! («Не бывать такому!» немецк.), - немец все ближе и ближе подходил столу, на котором стоял компьютер.

 - Ты не оставляешь мне выбора, - с этими словами я взял на мушку голову профессора.

 - Я тоже себе не оставляю выбора. Du dieser nicht ubernehmen! («Ты этого не получишь!» немецк.), - левая рука профессора потянулась к клавиатуре.

 Он действительно не оставлял мне выбора... Одинокий выстрел эхом прокатился по пустому помещению, немец, вскинув руки, завалился на спину и, падая, задел графин с водой. Метнувшись к компьютеру, я посмотрел на монитор, где была одна единственная надпись «Удалить данные?». Одно нажатие клавиши «Enter» и данные, полученные в ходе продолжительной исследовательской работы, могли кануть в лету. Отменив удаление, выключил компьютер, а затем разобрал системный блок и бережно снял жесткий диск - если профессор хотел очистить его, значит, на диске была более чем важная информация. Обследовав все ящики, нашел еще три флешки и вместе с жестким диском положил их в контейнер для артефактов, на случай, если аппаратура защищена от «выноса» за пределы лаборатории - стенки контейнера надежно экранировали любое известное науке излучение, значит, должны были отражать сигналы с маяков, если таковые имеются. Диски с остальных компьютеров разбил об стену. Тут в кабинет вошел Скиф:

 - Все собрал? Сейчас тут начнется жара, - он показал на наушник, снятый с убитого боевика, - Десяток «черных» с минуты на минуту подтянутся.

 - Пусть подтягиваются. Мы их очень тепло встретим.

 Помещение аналитического отдела, где мы сейчас находились, кончалось длинным коридором, в конце которого была вполне обычная дверь. Сделав некое подобие баррикады, мы перетащили туда один труп и положили его так, что стороны не сразу поймешь живой ли стрелок или мертвый. Скиф укрепил автомат и, привязав веревочку к спусковому крючку, дал ее мне. Достав зеркальце, напарник осторожно высунул его из-за угла и стал наблюдать. Через десяток секунд его правая рука медленно поднялась, а еще спустя несколько секунд она резко опустилась, и напарник метнулся под защиту блока. Когда рука спутника опустилась, я осторожно потянул за веревочку, и раздалась короткая очередь. Боевики ответили ураганным огнем не только своих АК, но явно и парочкой ПКМ. В ответ на это «Петрович», так мы прозвали труп, снова «послал» короткую очередь, а «черные» вторили ему ураганным огнем. Уже через несколько секунд баррикада превратилась в груду обломков, но к счастью, ни одна пуля пока еще не попала в автомат. «Петрович» еще раз «огрызнулся» огнем и затих - кончились патроны. В тот же миг перестали стрелять и боевики. В установившейся тишине мы отчетливо услышали возню и несколько тихих щелчков, а потом небольшой хлопок и шипение. Еще до того как услышали хлопок, мы заткнули уши - спустя секунду реактивная граната разорвалась. Оглушило нас изрядно. Кто-то из «штанмайеровцев» несколько раз пальнул по уже несуществующей баррикаде и все окончательно стихло. Тишина стояла около минуты, за тем послышались осторожные шаги трех человек - бойцы шли медленно, очевидно, каждую секунду ожидая подвоха. Скиф несильно толкнул меня в плечо, я посмотрел на него и понял его замысел - закидать гранатами, но увидев, что я достаю РГО, напарник отрицательно покачал головой и протянул мне свето-шумовую гранату. Это была «Сверхновая-3», очень мощная граната. Она может напрочь выжечь сетчатку глаза, таким образом, навсегда оставив противника инвалидом, если тот прежде не загнется от болевого шока. Время потекло, словно кадры на замедленной съемке. Скиф выдернул чеку и кинул гранату в стену, с таким расчетом, чтобы «Сверхновая-3» срикошетила от нее. «Гостинец» дзенькнув, отскочил от стены прямо под ноги бойцам. Хлопок, вспышка... Далее Скиф срывается с места и короткими очередями выкашивает истошно орущих от боли «черных», в другом конце коридора метнулась тень, но напарник двумя выстрелами успокоил бойца. Время вернуло свой прежний ход. Взяв под контроль коридор, дал спутнику возможность перезарядить автомат и, прижавшись к стене стали осторожно продвигаться вперед. Метров через двадцать мы уперлись в массивную дверь, на которой была прикреплена табличка, гласившая: «Центральный лабораторный комплекс. Соблюдать меры предосторожности». Надпись была продублирована на немецком языке. Сунув карту в приемник, мы получили отказ.

 - Неужто заблокировали?
– изумился Скиф, озадаченно вертя карту в руках.

 - Хм... не похоже...

 На ум пришла мысль... Подбежав к одному из убитых, быстро обыскал его и нашел искомое - красную ключ-карту с нанесенными на нее цифрами 843. Вернувшись к двери, вставил карту в приемник; из небольшого динамика донесся голос - «Введите код и приложите палец». Набрав на цифровой панельке требуемые цифры и приложив к сенсору заблаговременно отрезанный палец, нажал на кнопку «Да». Три светодиодных лампочки по очереди загорелись зеленым светом и дверь, на удивление, быстро открылась. Ментальный нюх моментально сработал - в голове предстала трехмерная картинка аномальных полей. Судя по ней, в центральной лаборатории находился мощный аномальный фронт, состоящий из «трамплинов», «жарок» и «холодцов». Перебежав под укрытие массивной конструкции, по внешнему виду схожей с генератором, мы с напарником затаились. В другом конце помещения послышался топот ног и короткие команды на немецком языке, после чего стрелки, рассредоточившись по укрытиям, стали постреливать в нашу сторону. Мы не стали отвечать на провокацию. Когда каждый боец израсходовал по рожку, стрельба стихла. Судя по отрывкам фраз, «черные» не знали, где мы находимся, в отличие от них, мы уже были в курсе о точном местоположении каждого бойца: всего в помещении находилось пятнадцать противников. Трое их них уже начали передвигаться в нашу сторону, и Скиф жестами объяснил, мол, отвлечь бы их. Немного поразмыслив, я снял рюкзак и достал две банки тушенки. Одну из них положил в рядом, а другую метнул в трамплин, пыхтевший метрах в двадцати от нас. Аномалия сработала, раскидав остатки консервов по комнате. Со стороны это было похоже на попадание человека в аномалию. «Черные» довольно загоготали и бросились к трамплину, дабы убедиться, что это был человек, однако они жестоко просчитались: рядом с трамплином, на бетонном возвышении была «карусель». В нее-то и отправилась следующая банка тушенки. Аномалия активизировалась как раз в тот момент, когда тройка стрелков уже были в зоне ее действия, и «штанмайеровцев» моментально втянуло в аномалию. «Карусель» раскрутила несчастных до бешеной скорости и разрядилась. Оставшиеся бойцы заволновались, и командир «черных» отправил еще двух бойцов, но теперь они направлялись непосредственно к генератору, за которым мы укрылись. Тихо положив автомат на пол, достал пистолет и, переместившись ползком чуть в сторону, взял на прицел крадущихся боевиков. В это время Скиф приготовил РПГ и ждал моего выстрела. Бойцы бежали друг за другом, поэтому можно было не делать поправок при стрельбе - выдохнув, я дважды выстрелил. Тела еще не успели упасть, а реактивная граната, выпущенная из гранатомета, уже летела в сторону скопления сил противника. Откатившись под защиту генератора стали ждать. Взрыв прогремел оглушительно, можно с уверенностью сказать, что четверых бойцов мы уничтожили. Оставшийся в живых стал постреливать в нашу сторону. Взяв запасное зеркальце, внимательно осмотрел помещение. Огонь велся из дальнего угла. Достать стрелка не представлялось возможным, поэтому я взял автомат Скифа, к которому еще перед выходом он прикрепил «подствольник». Загнав гранату, отполз в сторону и, прицелившись, выстрелил. В тот же миг по месту, где я находился секунду назад, «черный» стал вести меткую стрельбу. Взрыв, противный скрежет металла, пронзительный крик и тишина... Мой план был прост - над местом, где засел стрелок, было некое подобие балкона, оттуда, скорее всего, наблюдали за ходом экспериментов. Балкон держался на двух металлических балках, если хотя бы одна из них по какой-либо причине переставала удерживать балкон, то последний падал. Чем я и воспользовался - выстрелил в балку. Взрывом ее покорежило, но и этого хватило для того, чтобы конструкция, весящая около тонны, упала прямо на стрелка. Опора с громким скрежетом просела, и балкон медленно, но уверенно стал падать на стрелка, который слишком поздно заметил это. От рухнувшей на пол тонны металла помещение содрогнулось; из-под бесформенной кучи искореженной конструкции донесся протяжный стон - боец каким-то чудом уцелел и сейчас лежал придавленный. Серьезной опасности он не представлял, да и в лаборатории больше никого не было, поэтому мы со спокойной душой вышли из-за своего укрытия. Теперь я смог рассмотреть все в деталях - каждая аномалия располагалась в своеобразной бетонной чаше, коих было пять - в каждой было по одной аномалии, но вот пятая чаша меня удивила больше всего. В пятой чаше одновременно было стразу три аномалии - «холодец», «трамплин» и «жарка», причем было понятно, что так их расположила не Зона, а человек. Само помещение представляло собой купол, с расположенными по периметру небольшими кабинками, защищенными бронестеклом, сквозь которое была видна различная аппаратура - наверняка каждый «кабинет» занимал оператор-ученый, следивший за ходом эксперимента.