Чтение онлайн

Еще целую неделю Эран оставалась в Данрасвее, и ее уносили в нереальность навязчивые грезы.

Это не были грезы о море, шторме и акулах. Такие вещи ты принимаешь спокойно, когда вырос на берегу океана, когда океан кормит твою семью. Атлантика была опасной и непредсказуемой, она могла погубить, и губила людей много раз. Если ты выбираешь такой образ жизни, то приемлешь все законы, настроения, силу этой жизни. Горожан такая трагедия потрясает, но Эран знала, что для их семьи это было предначертано, неизбежно и избрано добровольно.

Ее грезы о невинных вещах превращались в кошмары. Она видела маргаритки на солнечном лугу, у которых вдруг вырастали зубы и вцеплялись ей в лодыжку; они преследовали и хватали ее, когда она убегала. То вдруг щенок Рафтеров Оскар превращался в тигра, и Эран защищалась от него в смертельной схватке. Ноты превращались в вампиров, деревья нависали над ней, как гигантские башни, пытаясь проглотить, хлеща ветвями. Тьерри пытался связать ее, а она съеживалась в углу, упираясь и визжа.

В реальности же вряд ли можно было найти более внимательного и чуткого человека, чем Тьерри. Он отпросился на работе, чтобы быть рядом с Эран, поддерживал ее, когда она плакала, пытался собрать вместе всю разрозненную семью Кэмпионов, как будто она была его собственной семьей.

Помогая организовать все после похорон, Тьерри заказывал продукты для поминок, делал телефонные звонки, даже готовил. Даже Молли не могла не оценить его заботу. Но их свадьба, несомненно, должна была быть отменена. Тьерри принял это, понимая, что надо будет соблюдать траур какое-то время.

— Ты имеешь в виду — отложена. Эран? Мы назначим позже новую дату, когда ты поправишься, — сказал он.

Эран автоматически кивнула, продолжая выполнять то, что требовалось от нее сейчас: быть с матерью, Акилом и сестрами, выражать благодарность всем, кто проявил к ним сочувствие, приехал на похороны, прислал цветы. Было много дел и разговоров, и Эран редко оставалась одна. Но вечером она гуляла босиком по пляжу, думая о Дерси, чья жизнь была так нелепо прервана, о Коноре, который за полвека так мало успел! Думала о том, что они могли бы сделать, но не сделали.

Потом Эран сидела с Рианной на коленях в саду у Дэна и Аймир, наполнялась неукротимой энергией девочки, бегающей по траве, качающейся на качелях. До ребенка не дошло всеобщее горе. Девочка понимала, что этих людей с ней больше нет, и только. Как и все дети, она чему-то радовалась и смеялась.

Эран думала о Бене, глядя на свою дочь. Она не знала, что и думать. Он уехал так внезапно — сопровождать тело Эмери в Нью-Йорк. Уехал… Выразив свое огорчение при виде Тьерри, он все равно уехал.

Через пять дней Тхан забеспокоился и решил позвонить Рани, спросить, не слышно ли чего от Бена. Она сказала, что Бен звонил из Ирландии, объяснил, что случилось и куда он направляется. Тхан подтвердил, что Бен тоже звонил ему по этому поводу, но что еще случилось с тех пор?

Рани не знала. С растущим чувством беспокойства Тхан обзвонил подряд Майлса, Кевина, Джейка, даже позвонил Диве, хотя и не хотел ее волновать. Они все знали, что Бен был в Нью-Йорке, но с тех пор, как он туда уехал, не поступало никаких новых сообщений. Оставив Бет на квартире в Кенсингтоне дежурить на телефоне, Тхан отправился в аэропорт и следующим же рейсом вылетел в Нью-Йорк.

Даже в больших количествах алкоголь, имеющийся в квартире у Эмери, не подействовал на Бена. Вернее, не подействовал желаемым образом. И хотя семейная пара, присматривающая за квартирой, знала Бена достаточно хорошо, чтобы предложить ему остаться, он чувствовал, что за ним наблюдают. Наблюдают и не одобряют его действий. Захватив с собой только кредитки, он вышел, нашел банк и снял со счета большую сумму наличных.

Так было проще. Спустившись по Аппер-Ист-Сайд до Гринвич-Вилледж, Бен вышел на Вашингтонскую площадь и вскоре нашел что искал.

В черной куртке, бейсболке и темных очках — в таком виде Бена никто не узнал, никто не видел, как он сунул пачку денег в руку парню, взяв взамен небольшой пакет. Через полчаса он зашел в комнату незнакомого отеля и вскоре сидел прямо на полу, пробуя первую порцию кокаина и удивляясь, как и почему он так долго сопротивлялся этому раньше.

ГЛАВА 16

— Французский или итальянский?

— Что? — переспросила Эран.

Тьерри жестами показал, как едят и пьют.

— Ужин, Эран. Я пригласил тебя, помнишь? Я знаю, что ты предпочитаешь французскую и итальянскую кухни, а сегодня — какую именно?

— Итальянскую, — ответила Эран.

Тьерри снял трубку телефона и заказал столик в «Понтевиччо» в Графском замке. Это было дорогое заведение, но в эти дни все делалось им только для Эран. За прошедший месяц, что они вернулись из Ирландии, Тьерри делал все, чтобы как-то утешить Эран, отвлечь ее.

— Почему бы тебе не принарядиться? — предложил он.

Эран посмотрела на себя в зеркало: полосатая футболка и короткая хлопчатобумажная юбка не очень-то соответствовали «Понтевиччо», а Тьерри очень нравилось, когда она надевала длинные развевающиеся платья нежных пастельных оттенков.

— Хорошо, — кивнула Эран.

Наверху, перебирая вешалки в гардеробе, она наткнулась на унизанное бисером оранжевое бюстье, до которого она никак не могла добраться, чтобы наконец выбросить. Сняв бюстье с вешалки, Эран подошла к зеркалу и приложила его к себе.

— Неужели я когда-то это надевала? И красила волосы? Я выглядела как шлюшка! Тьерри обежал бы меня за километр. Я бы пропала без него, если бы он однажды исчез… Но он не сбежит от той, какая я сейчас, — сказала себе Эран.

Выбрав платье цвета слоновой кости, которое застегивалось у выреза, она причесалась, наложила макияж и, когда она спустилась по лестнице, была вознаграждена улыбкой Тьерри.

В бежевом пиджаке, галстуке в клетку, кремовых хлопчатобумажных брюках он тоже очень хорошо выглядел, и Эран сознавала, что вместе они смотрятся как очень привлекательная пара.

Ресторан, весь в зеркалах и картинах, выглядел очень элегантно. Несколько пар сидели в зале, начиная свой приятный уик-энд. Проработав целый день в Кембридже, не проглотив ни крошки за все это время, Эран поняла, что очень голодна.

— Давай возьмем fettucine linguine, — предложил Тьерри. — А как насчет бутылочки «Пино Грижо»? Или ты предпочитаешь «Треббьяно»?

Они выбрали «Пино Грижо», и после первого же бокала вино ударило Эран в голову. Захмелев, она сидела и улыбалась Тьерри.