Чтение онлайн

Выступая перед первой группой солдат, Сергей упомянул это:

– Только что один из ваших офицеров назвал меня предателем. Но, спросите себя, так ли это? Кого я предал, маньчжур? Предать тех, кто дважды прокатывался по нашей Родине кровавой ордой и убивал ваших братьев и отцов? Насиловал ваших сестёр и матерей! Разрушал дома, сжигал посевы! Предать их - лучший выход. Отомстить - это долг каждого из вас! Некоторым из вас я говорил о том, что северяне не держат на нас зла...

– Говорил!
– выкрикнул кто-то.
– Но будет ли так?

– Будет, - успокоил пленников Ким.
– Но для начала я хотел бы спросить вас - хочет ли кто-нибудь повернуть дула ваших аркебуз и острия ваших копий против нашего общего врага - маньчжур. Вы видели сожжённую Нингуту. За ней будет сожжён и Гирин, а вскоре и сам Мукден! Я призываю вас не оставаться в стороне, а действовать совместно с северянами ради наших интересов, ради нашей Родины - Кореи!

– Я был среди тех, кто напал на крепость северян несколько лет назад, - подхватил Кангхо.
– Войско маньчжур было полностью разбито. Чтобы взять эту крепость, нужно обложить её с воды и иметь много дальнобойных пушек. И войско должно быть огромным. Ничего этого сейчас у маньчжур нет. А силы северного князя растут день ото дня! Братья, многие из вас влачат дома жалкое существование. Присоединяйтесь к нам! За службу вы, получите земельный надел и никаких янбанов не будет.

– Присоединяйтесь к нашим товарищам, которые уже выбрали для себя полную свободу от янбанов и маньчжуров!
– выкрикнул Сергей.

Восторженных выкриков, конечно же, никто не ждал, но главным было заставить солдат задуматься. Две с половиной сотни корейцев у ангарцев уже были сведены в отдельное формирование, и пополнение ему бы не повредило. Со временем, пленённые солдаты начали задавать вопросы, интересуясь своим будущим. Грозит ли им наказание, если они всё же захотят вернуться домой, отпустят ли их? Да какой земельный надел им гарантируется? И правда ли не нужно будет работать на янбанов? Да и бывает ли земля без янбана?

В итоге около половины воинов сразу решили присоединиться к своим товарищам, из числа самых бедных людей, бывших батраков, а также слуг. Из остальных не все решительно отказались, но решили хорошенько подумать. Те, у кого были семьи, не желали оставаться в неведомой стране, а хотели вернуться домой. Ангарцы не препятствовали этому. К офицерам подошли индивидуально - помимо призывов к патриотизму действовали и серебром. В итоге к формируемому отряду присоединился и десяток офицеров, а после них и ещё с полсотни колеблющихся солдат сделали свой выбор в пользу ангарцев. Тех же, кто возвращался назад, отвели к Сунгарийску. После чего, посадив на один из маньчжурских кораблей, привели к Нингуте, снова спалив всё то, что успели построить маньчжуры.

А до этого Ким успел рассказать о Гирине. Оказалось, Матусевич уже знал о новых верфях врага и планировал напасть на них в начале осени, когда маньчжурами уже многое будет сделано.

– Я понимаю, что пока мы лишь дёргаем тигра за усы, - говорил Матусевич Киму.
– Мы не сможем сдержать врага на земле. Но мы должны контролировать реки. А реки, как ты сам знаешь - лучшие дороги.

– А мы не опоздаем с нападением на Гирин, Игорь Олегович?
– спросил воеводу Сергей.

– Нет, - покачал головой Матусевич.
– Там сейчас нет и двадцати кораблей. Да, не удивляйся, у старого волка везде есть свои шпионы. Кусок серебра у некоторых сильно меняет мировоззрение, - рассмеялся он.

– А то письмо, не рановато ли?
– осторожно проговорил Ким.

– Не волнуйся, они ему не последуют. Зато мы первые предложили мир. У кого сила, тот диктует правила, а благодаря механикам и химикам Соколова, она у нас есть. А без неё я не был бы столь самоуверен.

Вместе с частью корейского отряда, в Нингуту ушло и письмо к мукденским властям с требованием немедленного заключения мира и проведения переговоров. Соколов надеялся начать диалог с маньчжурами с предложения мира.

Присев за стол, воевода достал небольшой свёрток и протянул его Киму.

– Это погоны капитана, согласно указу Соколова, - улыбнулся Игорь.
– А ещё принимай командование над своими соплеменниками, будем готовить из них нормальных солдат.

* Пхосу - наиболее многочисленный вид войск корейской армии. Солдаты, вооружённые длинноствольными фитильными аркебузами чочхон.

* Сирхак (буквально - группировка реальных наук), течение общественной мысли в феодальной Корее периода позднего средневековья. Возникло как критическое и реформаторское направление, боровшееся против косности и схоластики конфуцианства путём пропаганды истинных, или реальных, знаний (сирхак), к которым сторонники этого направления относили не только точные и естественные науки (математику, астрономию, медицину и др.), но также историю, юриспруденцию, изучение географии, языка, литературы и культуры страны.

*Пёнма уху - военный вице-губернатор провинции.

* Нопхын - длинный, дылда. Сергей отличается среди корейцев 17 века высоким ростом и плотным телосложением.

*Вонги - Злые духи, призраки людей которые ушли в мир иной не по своей воле.

Столичный округ. Ангарск, май 7152 (1644).

Очередное собрание началось с нововведения. Профессор Радек, наконец, решил показать всем давно обещанный им сюрприз. Он с торжествующим видом принял у одного из железногорских мастеров небольшой чемоданчик и достал оттуда два футляра. Не спеша открыв их, он предложил всем присутствующим ознакомиться с их содержимым. Что присутствующие и немедленно проделали с удивлёнными улыбками на лицах.

– Оловянная бронза, Вячеслав, - пояснил Радек.
– Легирована цинком, очень хорошие антикоррозийные свойства, потому и остановились на ней. Сотню лет прослужит.

Соколов ещё немного покрутил пальцами монетку в три копейки, после чего вложил её обратно в ячейку и ухмыльнулся, посмотрев на профессора:

– Самостийщина какая-то!

– Это знак Сокола!
– воскликнул Кабаржицкий.
– Твой княжеский знак и наш знак, ангарский!

– Ну да!
– рассмеялся Вячеслав.
– Ассоциации, знаете ли, успел застать в начале девяностых. Зато в наших руках сделать так, чтобы этих ассоциаций никогда и не у кого не возникало, - уже совершенно серьёзный тоном проговорил Соколов, обведя строгим взглядом товарищей.

– Уже в этом году можно начинать выдавать жалованье людям?
– Дарья, осматривая по очереди всю линейку монет, от полукопейки до пятидесяти рублей, дождалась согласия мужа и профессора.

И хотя правитель Ангарии сетовал на преждевременность затеи с введением внутреннего денежного оборота, объясняя это совершенно неразвитой финансовой системой княжества, все понимали, что лучше начинать уже сегодня и самим, чем люди начнут пользоваться суррогатной валютой для обменов. Это было бы совершенно недопустимо. Сейчас в Ангарии насчитывалось немногим более двенадцати тысяч граждан, причём большинство - дети и подростки. Были и своего рода неграждане - лояльные и ассимилирующиеся туземцы. Если каждый гражданин имел свой личный жетон, то у туземцев был один жетон на становище с выбитой на нём надписью - 'Союзник Ангарии'. Но и им было довольно просто войти в ангарское общество на полных правах. Для этого надо было отучиться в школе, окончить военные курсы, получить специальность в сельскохозяйственном или техническом училище, креститься в православие и после этого получить заветный жетон гражданина. Таким образом уже было образовано Баракаево, тунгусское поселение на месте современного россиянам города Балаганска. Его жители по большому счёту ничем не отличались от тех же васильевцев или усольцев, ведя хозяйство по общим правилам. В Ангарии со временем, стал всё более массово воплощаться в жизнь пример знаменитого нанайца Кола Бельды. Родившись в глухом селе, в семье неграмотного охотника, впоследствии он успел повоевать с японцами, освобождая Корею, поработать мотористом на тральщике и рабочим на станкостроительном заводе. И после этого Николай Иванович Бельды - стал всесоюзно известным певцом. Но вместе с тем, всё же, и этого было недостаточно. В связи с недостатком крестьянских хозяйств, руководство княжества постепенно стало проводить политику переселения молодых дауров, как представителей народа, наиболее ментально близких к русским на всём Дальнем Востоке на земли Приангарья и Забайкалья. Ибо ожидать того, что большая часть тунгусов начнёт заниматься хлебопашеством и огородничеством было наивно. Вот вступить в дружину, своего рода туземную самооборону или в стрелковую роту - с этим проблем не было. Получалось, что недостаток крестьян заполнялся лояльными инородцами, которые легко входили в культурный круг русского народа, основного народа Ангарии.

Следующим нововведением в повестке дня стал юношеский чемпионат Ангарии по футболу. В каждом посёлке уже были команды, гонявшие кожаный шнурованный мяч с набивкой из ветоши и тряпок, теперь настало время придать этому виду спорта общегосударственный размах. Аналогично было и с хоккеем - на ангарском и байкальском льду несколько последних лет группы молодёжи и первоангарцев регулярно устраивали баталии на коньках - прикреплённых ремешками к обуви полозьев, пытаясь загнать в ворота деревянную шайбу. Эти виды спорта быстро завоёвывали всё большую популярность среди подрастающего поколения.