Чтение онлайн

Он храбрился и бодрился. Очень блефовал — это видно. Под напущенной суровостью воина-защитника он прятал замешательство. Понимал, что мы, случись нам опять подраться, победим их без труда. Понимал, что мы более опытные и прожжённые. Понимал, что нужно сейчас уйти с глаз долой. И не желал с этим мириться, не желал сдаваться. Меня он в тот момент ненавидел особенно сильно. Ещё бы! Каролина наверняка ему меня расписала как милую сестру Пита Ривела, а я отделала его сегодня совсем не мило.

Они исчезли. Некоторое время мы с Полом и Ромом стояли молча.

— Пойдём за ними? — осторожно спросил меня Разрушитель, поглядев меня как на человека, больного вспышками буйного умопомешательства, с коими следует обращаться чересчур трепетно.

— Не пойдём, — я покачала головой.

— Сорвиголова, какого лесу ты их отпустила?!

— А я их не отпускала, — я таинственно улыбнулась.

— Поджигатель, старик! Ты в ней что-нибудь понимаешь? — Пол беспомощно посмотрел на Рома. Поджигатель же посмотрел на меня и спросил, затаив хитрую улыбку:

— Сорвиголова, колись, что ты задумала? Кто такой этот Сэмюэль? Что у тебя с ним было?

— Здесь как-то замешана личная история? — предположил Пол.

— Бинго! Да, очень личная история. Дело в том, что этот Сэмюэль Диккендорф — близкий друг одной девушки, за которой следим мы с 003. А его друзья, по иронии судьбы, те самые ребята, благодаря которым мы вышли на Гранди, банду Окуня, Барвиса и на это самое место. Они привели нас сюда за руку, друзья! — объявила я. И, бледнея от очередного постигшего меня озарения, пробормотала: — И разрази меня гром, если они не расследуют в данный момент то же самое, что расследуем мы!!!

***

Валентайн Барвис утирал испарину с лица. Горло его сдавило от приступа панической атаки — эти приступы он испытывал всегда после общения с шефом. Сегодня Кавандайк был особенно суров. Несмотря на то, что Барвис исполнил его поручение и собственноручно добыл четвёртый образец, так нужный боссу, босс неистовствовал. Виной тому было, что Барвис, под нажимом скользкого и въедливого Топса, проговорился об обстоятельствах изъятия девушки по имени Хитер Браггинс Экс-режисёр совсем не хотел упоминать эту подробность и предпочитал довольствоваться лишь стандартным формальным отчётом, однако Топс, подобно ищейке, заподозрил прокол и вывел Барвиса на чистую воду.

В итоге, шеф прознал, что не обошлось без свидетелей. Барвис лепетал о том, что цель оправдывает средства, что он сам беспокоился о сроках, поэтому так получилось. Но господин Кавандайк не желал ничего выслушивать и придумал Барвису изощрённое наказание: Валентайн был обязан теперь сам участвовать в некоторых экспериментах группы генетиков в качестве добровольного подопытного.

Сейчас он сидел в одиночной камере, куда его после совещания с боссом переправили бульдогообразные охранники, и пытался справиться с подступающим инсультом. Ему казалось, что он умирает. Босс сумел нагнать на режиссёра такого шороха, что Валентайн оказался уверен — дни его уже сочтены. С минуты на минуту за ним должны были прийти лаборанты и вколоть ему в вены какую-то гадость. Ту самую, что ежечасно вкалывали в девушек.

Барвис перебирал в голове всё, что с ним происходило за последние годы. Амбициозный, правда, звёзд с неба не хватающий, середнячковый режиссёр рекламных передач, он всегда хотел большего. Около пары лет назад он познакомился с Кавандайком, и тот обещал вознести его на вершины славы. К Барвису деньги полились рекой. Кавандайк сделал его собственником-акционером завода! Пусть заброшенного, но всё же. Взамен Барвис должен был молчать, исполнять все прихоти босса и беспрекословно подчиняться ему. Кавандайк обещал ему трёхгодичный контракт, после которого Барвис сможет, при помощи накопленных денег, заняться кинобизнесом.

Несколько месяцев назад Кавандайк дал Барвису задание — отобрать на кастинг тринадцатилетних девушек. С обязательным условием: у них должны быть волосы, глаза, рост, фигура определённого типажа. И они все должны быть по знаку зодиака Львы и Девы. То есть рождённые в середине-конце августа. Для чего это понадобилось боссу — Барвис не вдавался в подробности. При помощи сотрудников Империи Кавандайка Валентайн оформил документы на создание временной киностудии в Оркней и устроил кастинг, подавая объявление в Сети и различных подростковых журналах. К нему приезжали сотни девочек, мечтающие сняться в главной роли в молодёжном сериале. Тех, что подходили под параметры шефа, Барвис заносил в специальную базу данных. Девушки наивно думали, что их отбирали на второй тур, и, счастливые, заполняли анкету, где раскрывали подробности своего психологического портрета. В том числе описывали там своё место жительства, привычки, образ жизни. Нанятый Барвисом и Топсом фотограф запечатлевал подробные портреты девушек на больших снимках формата А4. После чего девушек отпускали, и Барвис всем говорил, что им позвонят, если они прошли. Естественно, ни о каких съёмках сериала речи не было. Киностудию в Оркней по-тихому прикрыли, уничтожив все следы и документы. О том, что продавцы, владельцы и арендаторы соседних к киностудии помещений видели актрис, Барвис не беспокоился: киностудия же существовала в действительности.

Пару дней назад Кавандайк, отбирая портреты девушек, заострил внимание на Хитер Браггинс Он приказал Барвису лично привезти её к нему. Барвис не посмел отказать. Топс посоветовал ему взять с собой Окуня, но Валентайн на дух его не переносил и решил, что справится один. Он взял машину-фургончик, вооружился тряпкой со снотворным и отправился выслеживать девушку в тот район, где она жила. Ему повезло на второй день, когда уже время, милостиво отведённое ему шефом, сгорало, и он рисковал лишиться головы. Хитер гуляла по району, зашла в торговый центр. Барвис обрадовался возможности отвлечь Хитер на глазах у кучи людей, напомнить о себе, что узнал её, что она у него снималась, после чего под удобным предлогом завести девушку в фургон. Например, передать красивые фотографии с кастинга.

Валентайну казалось, что он разыграл всё без сучка и без задоринки, предусмотрел всё идеально. Он ждал, смотря на часы, пока девушка выйдет, и дождался. К его недовольству, девушка вышла не одна. С ней была подружка.

Только сейчас Барвиса осенило: подружка-то очень похожа на Хитер внешне! Того же роста, с длинными светлыми волосами, стройная. Вот это совпадение!

Барвис подошёл к девочкам, когда они встали в очередь в киоске за мороженым. Наигранно развеселившись и удивляясь, Валентайн поздоровался с Хитер, напомнил о себе. Он вёл себя чересчур беспечно, много-много говорил. Разговаривал только с Хитер, в упор не замечая её подружки. Это его и сгубило. Потому что тогда он и вызвал подозрения у Рут Бартвитз.

"Хитер, о, я вспомнил! Ты почти прошла в финал, мы тебе хотели звонить, как проект закрыли, а твои фото остались... Ты не поверишь, но я их вожу в машине! Я хочу тебе их отдать! Пойдём, я тебе покажу, это отличные фотографии, ты там зашибительно выглядишь! Классно, правда!" — переходя на молодёжный сленг, Валентайн так и лучился добродушием.

Хитер доверчиво хлопала глазами. Она уже была готова увязаться за режиссёром:

"Фотографии? Мои фотографии — у вас, напечатанные? Как здорово! И вы правда бесплатно их можете мне подарить?!"

"Ну конечно! Хитер, у тебя отличный актёрский талант! Сама судьба распорядилась, чтобы я тебя встретил! Я сейчас работаю над одним проектом, ты бы не хотела сняться в рекламе? Её будут показывать по всем каналам, это реклама крема от прыщей для девушек-подростков! Пойдём, давай же, побыстрее решим это дело! А то у меня, как у любого знаменитого продюсера, очень мало времени!" — ворковал Барвис.

Но тут подружка этой Хитер вмешалась:

"Хитер, подожди. Ты знаешь его?"

"Конечно, знаю! Это же Валентайн Барвис, режиссёр! Я снималась у него в мае в сериале, на киностудии в районе Оркней. Я так и думала, что выиграла кастинг, и если бы проект не закрылся, то играла бы главную роль!"