Чтение онлайн

(Изгоняющий мух. Интермедия)

– - Один лишь, Ану, прародитель что Великих, постичь всю глубину способен был клыков тех ужаса! Что душу мне терзали... На нас ложится тень, предсказанная Птахом! И горе тем богам и смертным, что угрозе не внемля сей, ведут свои бессмысленные распри... Настал для всех созданий час суда, где небытие нависло приговором... Но, что со мной? Я чувствую смятенье...

– - Кажется, у тебя экран пробивает немного...

– - И видимость вокруг на пять локтей не больше...

Мягкие косматые лапы были почти невесомыми...

Мельчайшие, как пылинки, частички золота, и других редких металлов, клубились, вскипая на лёгких сквозняках, что сквозили из скошенных в стене раструбов воздуховодов. В сумраке коридора могло показаться, что ты попал в чашку со свежезаваренным кофе, и мелкими песчинками, оно обволакивает тебя, словно облако колючего пара. Пара, которым ты не можешь захлебнуться, даже, если станет душно. Облака микрочастиц заряжены электрическими полями, различной степени проходимости, а внутри, то есть, меж облаков, так же парят миллионы микропроцессоров, состоящих из нескольких молекул. Некоторые, конечно, одевали дыхательные маски -- но, это давало в основном психологический эффект. Тот, кто хотел экранироваться от воздействий, использовал шлемы с генераторами особых полей. Но если действия твои находили не продуктивными или опасными, пылевой спрут мог задушить в своих щупальцах почти каждого. Здесь, в лабиринтах коридоров, лестниц и комнат, любой живой организм был объят вокруг огромным, внимательным и умным искусственным интеллектом, работа у которого была одна -- делать жизнь лучше. Микроволны и точечные излучения, поддержание температуры, или охлаждение отдельных участков, воздействие на тонкие химические процессы в тканях -- всё это заставляло любой организм работать правильно, без сбоев, без резких перепадов или перегрузок. Каждый орган, каждая живая клетка, каждая молекула внутри вас, вела себя, как идеальный солдат на поле боя -- чётко, без промедления, выполняя любой приказ, или же заменялась, в процессе ускоренного развития, своим дубликатом. Мрачные и тяжёлые мысли, скука, страх, боль или ярость, немедленно подавлялись заботливой машиной на уровне нервного импульса, как опасные и непродуктивные сигналы, способные повредить идеальному состоянию индивида. Не только физиологические, но и психологические проблемы решались в считанные секунды -- если мозговая деятельность притуплялась -- могли возникнуть возбуждающие нервную систему образы, иллюзии, и напротив: чрезмерно возбуждённый мозг был способен увидеть нечто успокоительное или же, забыться глубоким расслабляющим сном, в котором не было сновидений. Любое негативное действие тот час компенсировалось, и уравновешивалось чувствительными мерцающими клубами сложной машины, которая каждое мгновение обрабатывала гигантские объёмы информации. Если организм находился на грани смерти, для решения такой сложнейшей задачи, его могли заморозить, подключить к внешним источникам энергии, расщепить вредные вещества, очистить кровь, и даже клеточную плазму. И всё это, без громоздкого оборудования и грубого хирургического вмешательства. Вы могли бы жить здесь фактически вечно, плавая в клубах заботливой пыли... или не жить, а существовать?.. Но если бы вдруг почувствовали, что не живёте, и эта мысль дошла бы до вашего сознания -- умная машина тут же, наполнила бы вас ощущением активного бодрящего счастья, всеми доступными ей, и приемлемыми вам, методами... Муху в паутине не съедали, а напротив -- подкармливали и заботились. Чистилище, рай или ад? Кто может сказать, что представлял собой Санитарный Блок Активной Коррекции (СаБАК).

Здесь существовали, жили и выздоравливали тысячи пациентов, с совершенно различными заболеваниями, отклонениями и проблемами.

Ходили упорные слухи, что ядро системы функционирует на базе легендарного "Предвечного Квантового Процессора" древних Доганов, обучившихся своему искусству у самого Птаха Инженера. Но никто подтвердить, или же опровергнуть, этих слухов не мог, так как доступ к ядру был замурован в толще скалы, и, если какие-либо техники и обслуживали это ядро, то происходило это не чаще раза в стандартную тысячу лет, так что спрашивать было несподручно. К тому же, техники не были бессмертными, и передавали своё знание из поколение в поколение, с целью чего, основали тайный орден, который хранил свои древние знания в строжайшем секрете: в обычной жизни они ничем не отличались от любого человека. Лишь в назначенный час они появлялись у Портала, который переносил их в герметичное помещение Ядра.

Среди миллионов клубящихся глаз, миллиардов рук и ушей, в серебристо-охристом тумане, где в полумраке коридора, облака напоминали большие мягкие лапы, стремящиеся ласково погладить каждого, попавшего к ним в объятия, виднелись три тёмных силуэта. Они медленно двигались, покачиваясь, словно неуклюжие серво механизмы. Если эти существа были живыми, то вероятнее всего они были крайне измождены.

– - Кажется, мою защиту тоже пробивает, -- Шаба утомлённо вздохнула, -- меня, как и владыку Бебила, достойнейшего из людей, периодически на стиль высокий сносит! А сделать невозможно ничего, подобно ветру, что о камень бьется! Вот опять...

– - Не знаю, как эта хрень может действовать на стиль изложения, -- мрачно усомнилась Анат.

– - Я пробовал общаться невербально с Шабой, эффект такой же, -- подтвердил царь, -- а иногда такая чушь в голову лезет...

– - А у тебя разве до этого такого не было?
– - ехидно спросила Анат.

– - Было, -- подтвердил царь, -- в тот момент, когда я согласился... пуститься в путь далёкий с Вами, госпожа, что полон ужаса, коварства и сражений... тьфу, давайте помолчим.

– - И всё же, по сравнению с Тринадцатым Фактором, этот их СаБАК -- ерунда...
– - Шаба произнесла эту фразу скороговоркой, чтоб не успеть изменить стиль.

– - Дом разума печали скорбью полон...
– - не выдержал царь.

– - Я с вами свихнусь сама, -- Анат помотала головой.

– - Ах, подружка, ты разговаривала с самим Тринадцатым...

– - Нам ещё долго?

Они продолжали устало брести, переговариваясь короткими фразами, вдоль переплетенья коридоров, сквозь анфилады комнат, мимо каких-то дверей, не имея даже примерного плана санитарного уровня. Они надеялись на чутьё, интуицию, свою сверх эмпатию -- даже Нимрот ощущал тело Баала, его тонкие вибрации и флюиды. Санитарный Мозг не видел в распространении энергий тела пациента чего-то неправильного. Шабе даже удалось найти пользовательский вход в сеть СаМо (Санитарный Мозг). Хоть меню информационного доступа в режиме пользователя оставляло желать много большего, удалось найти приблизительный список пациентов сектора. Большинство было означено номерами и буквами, типа "пациент 107-2 А".

Шаба долго мучилась с кодом доступа, пока не взломала какой-то вспомогательный мелкий сервер, который мог связываться небольшим тестовым блоком ядра, отвечающим за идентификацию личностей больных.

Большая часть, можно сказать, почти все номера были расшифрованы, но кроме имени, и короткого к нему пояснения, это больше не дало ничего. К примеру, "пациент 107-2 А," оказался "Кентавр экспериментальный, Борис. Специализация -- стрелок". И подобного было полно: "Джеймс Гарет Эндикотт. Священник. 10 уровень", "Африканда Михайловна Долгая -- домохозяйка. ПЭТ плюс".

Подобные обозначения были понятны только посвящённым, да и имя могло быть зашифровано. Была у Анат идея: захватить кого-нибудь из персонала и устроить ему допрос с пытками, но учитывая молниеносную реакцию на любой негатив вездесущего тут СаМо, от мысли отказались, чем привели и так вымотанную богиню в скверное расположение духа. К тому же, все, кого они очень редко встречали, это бытовые серво-уборщики, или какие-то полупрозрачные силуэты, быстро исчезавшие в клубах "умной пыли". Иногда промелькивали размытые очертания небольших стаек пёстрых бабочек, исчезавших в каменной стене, или раздавалось настойчивое и требовательное мяуканье кошки. Временами, где-то в глубине Санитарного Уровня раздавались дикие душераздирающие вопли: пыль на мгновение покрывалась мелкой рябью, и звуки быстро затихали. То ли не сразу успевал реагировать СаМо, то ли, действительно, в его программах бывали сбои... А может это были крики нечеловеческого блаженства, которого не мог бы испытать ни один смертный, ни от события, ни от наркотика?

Выяснять это не было ни сил, ни желания. Недавнее столкновение с Тринадцатым, точнее, с Великим Ничто обессилило могучих бессмертных, и теперь они просто шли туда, куда вело их ощущение от тела Баала.

Шаба продолжала от нечего делать, анализ списков больных, убеждённая, что Баал в списке быть должен, и это весьма сократит их время поисков.

– - Иосиф бен Матитья?ху, -- бормотала она себе под нос, -- названный Флавием, Титом достойным, отпрыском был что Веспасиана... номер имеет пятьсот тридцать девять, с литерой "эс" на конце... так, чёрт с ним, что у нас есть на букву "Б" или "В"?..

Тем временем вокруг стало светлее, и стены раздвинулись вширь, хотя туман СаМо продолжал тускло искрить вокруг. В охристой мгле проступили очертания деревьев и кустарников. На потолке светилось нечто, вроде яркого абажура, а площадка, засаженная растениями, высилась в центре, словно диковинные руки, вышедшие из земли, чтобы уцепится за клубы этого смертельно спасительного тумана.

– - Ребята!
– - раздалось совсем рядом.

Шаба вздрогнула, а Анат, вкинула излучатель.

Между деревьев стояла фигура в полосатой пижаме. Это был странного вида человек: на его голове красовался обыкновенный сетчатый дуршлаг, висящий набекрень.

Он долго изучал, медленно движущихся в золотом тумане пришельцев, а затем, внимательно глядя на Нимрота, спросил:

– - Братишка, курить есть?

Лицо его было землистым, на носу сидели круглые треснувшие очки-велосипед, а плечи, он скручивал дугой, словно это были два фланга его обороны.

Анат, внимательно глядя в целеуловитель, вдруг тяжко вздохнула: