Чтение онлайн

— Тогда можешь галовизор включить. Я быстро, — пообещал Алекс.

Теплые колючие струи смыли пот и грязь с тела, сомнения и терзания совести — с души. Отфыркиваясь, детектив поднял лицо потоку воды. Сзади стукнула дверца санблока, и Коллингейм ощутил, как в спину ему уперлись острые соски, а на пояс легли тонкие девичьи пальчики.

Не совсем по сценарию, но так даже проще. Вполне нормально, что девушка, чудом избежав смертельной опасности, пожелала забыться в крепких мужских объятиях. Алекс нащупал душевую панель, сменил режим на мягкую морось и повернулся к Тайни. Она уткнулась носом в его ключицу. Детектив переместил послушные ладони китиарки себе на грудь, поднял двумя пальцами подбородок и убрал с ее лица мокрую прядь. Глаза девушки были закрыты — капли в лицо очень способствуют скромности. Алекс потянулся к ее губам. Они были мягкими и сладкими, как клубничное мороженое. Ведомость Тайни несколько сбивала с толку. Алекс ожидал большей экспрессии и темперамента. Будто рядом с ним была не воинствующая феминистка, совершенный продукт генной инженерии, а обычная девушка, которая искала сейчас защиты и утешения. Она доверчиво прижалась к Коллингейму. И потерлась в том месте, где с невинными намерениями не трутся. Алекс опустил руки на гладкие, упругие ягодицы соседки по душу и прижал ее к себе, демонстрируя последствия. Разумеется, девочка понимала, на что шла. Но если надо расставить все точки над "i", то у него уже всё стоит. В ответ китиарка обняла детектива за шею и углубила поцелуй. Даже если по-китиарски это означает "нет", присяжные его оправдают.

Алекс словно провалился в черную дыру. Через какое-то время он выплыл на поверхность и обнаружил, что его руки за период отсутствия разума существенно продвинулись в деле изучения жертвы. И губы тоже. Ее губы тоже не бездействовали, и член требовал продолжения. Настала пора изменить плоскость отношений. Коллингейм запустил режим теплой сушки и вынул из бельевого ящика свежее полотенце для девушки. Укрывать ее округлости было кощунством, но сушка на воздухе требовала времени. А каждая клеточка Алекса — особенно ниже пояса — требовала немедленно перейти к решительным действиям. Промокнув влагу с тел пушистой тканью, он отнес китиарку на постель. Становиться добровольным донором спермы Коллингейм не собирался, даже если его об этом никто не просил. Он вообще всегда ответственно относился к вопросам предохранения, поэтому вынул контрацептивный гель и тщательно смазал ноющий от возбуждения орган. Раз, два, три! Застыло. Можно приступать.

Тайни безвольно лежала на его кровати. Ее ноги были разведены, губы приоткрыты. Алекс завидовал себе белой завистью. Идеальная женщина. Пиршество для глаз! Он разместился между ее бедер и, удерживая вес тела на руках, проник внутрь. Тайни застонала, и горячая волна прошла по телу Коллингейма, вновь застя разум. Краешком сознания он зафиксировал, как вокруг его бедер обвились ее ножки, а пальцы Тайни заскользили по его телу под аккомпанемент звуков секса. Остальное Алекс помнил смутно, поскольку древние инстинкты прекрасно справлялись с управлением тела, не прибегая к помощи рассудка.

Повторно Коллингейм пришел в себя, откинувшись на подушки и тяжело дыша. Всё тело звенело от удовольствия и легкости. Тайни уютно лежала у него на плече, обнимая рукой и положив согнутое колено ему на бедро. Алекс потянул к губам ее ладонь. Рука приподнялась, и на внутренней стороне, почти у самой подмышки, детектив заметил темное пятно.

— Это я? — испугался Коллингейм, проводя пальцем по синяку. — Я нечаянно.

Китиарка выдернула руку и легла на спину.

— Нет, ты тут не причем, — сообщила она, глядя в зеркальную панель. — А ты крут!

— Кто тогда? — Детектив не дал сменить тему.

— Ударилась, когда падала, — совершенно бездарно соврала Роул. Бездарно — потому что так удариться при падении она категорически не могла.

— Твой китиарец? — догадался Коллингейм. Его охватил гнев при мысли, что Тайни могла кувыркаться с красавчиком-брюнетом пару дней — ночей — назад, хотя формально оснований для ревности у него не было. Что их связывало? Совместное расследование и необременительный секс.

— Алекс, — голос Тайни звучал как музыка. Она оседлала бедра Коллингейма и наклонилась вперед. — Ты такой сексуальный, когда злишься, — и поцеловала его в губы.

Кровь хлынула в обмягший член. Нужно избавиться от использованного презерватива и нанести новый. В общем, перед Алексом маячили более актуальные заботы. Он чуть сместил панель и погрузился в чувственный мир наслаждений. Все вопросы он задаст завтра.

Увы, когда наступило завтра, оказалось, что вопросы задавать некому.

Сначала Коллингейм решил, что Роул решила избежать посткоитальных неловкостей, и даже обрадовался ее предусмотрительности. Однако прошло полдня, насыщенных отчетами и объяснительными, а Тайни не объявилась. Алекс начал беспокоиться. Поведение китиарского красавчика навевало тревогу, а в сочетании с синяком неизвестного происхождения и вовсе настораживало. Ситуация разрешилась неожиданно. Сразу после обеда его вызвал капитан и скупо похвалил за отлично выполненную работу. И порвал рапорт Алекса о причинах преступной халатности, в результате которой инакоподданая подверглась смертельной опасности. Свои действия шеф объяснил благодарностью от правительства Китиары за оперативное раскрытие убийства и лестным отзывом наблюдателя о работе следственной группы.

— Сенатор снял иммунитет с ассистентки, — уведомил капитан в конце.

Официальной неприкосновенности у Хилл не было, но все люди взрослые, и понимали, что есть законы, зафиксированные на бумаге, а есть негласные. Теперь Брукс поставил бывшую ассистентку вровень с остальными смертными.

— Хорошо, я дождусь миз Роул и проведу официальный допрос, — обрадовался детектив.

— Роул отбыла с Атована шесть часов назад. Вы не знали? — удивился шеф.

Еще бы. Он же видел, как Коллингейм уводил свою добычу. Алекс сыграл в несознанку:

— Не имел ни малейшего понятия. Я не общался с миз Роул после того, как доставил ее домой после нападения.

Он не стал уточнять, к кому домой. В конце концов, не так это важно, если китиарка благополучно покинула планету.

Кабинет капитана детектив покидал в смешанных чувствах. С одной стороны, хорошо то, что хорошо кончается. А кончилось всё хорошо, как ни посмотри. С другой — Алекс помнил слова Тайни, что для удовлетворения физиологических нужд ей общение не требуется. Но не подозревал, что всё настолько буквально. Он чувствовал себя использованным презервативом, смытым в систему рециркуляции. Даже сперма внутри не представляла никакой ценности. Его законную мужскую победу украли прямо из-под носа. И кто?!

Когда Коллингейм спустя пару часов вошел в кабинет для допросов, он всё еще был слегка на взводе. Алекс вглядывался в лицо Хилл, некогда показавшееся ему столь привлекательным, и читал в нем китиарские гены. Сейчас ему было удивительно, как он мог предположить в Сьюзен местные корни. Нет, наверняка они были, но идеальная симметрия черт, безупречность линий… Кропотливый труд генетиков далекой планеты проступал в облике ассистентки сенатора как водяные знаки на раритетных банкнотах. Вызывая неосознанное раздражение, перенесенное с другой представительницы этой расы.

Пока Алекс боролся с бюрократической машиной, техники под руководством Генри не теряли времени. Убийства официантки и покушения на жизнь Роул было достаточно для высшей меры. Но ребята не остановились на достигнутом. Анализ расположения рисунка с куртки подозреваемой на сто процентов совпал с рисунком на куртке девушки с записей. Собственно, этим же методом можно было сравнить записи с одеждой убитой. Но ни у кого не возникло сомнений, что камеры сняли Стоунбридж. Факт появления Сьюзен в местах развития криминальной драмы можно было считать доказанным, в отличие от ее причастности к убийству китиарки. Среди приобретений миз Хилл обнаружился нейрошокер. Модель совпадала с отметинами на лице Вечерней Феи. Само оружие найдено не было, куплено оно было год назад, так что данная улика могла быть рассмотрена лишь как косвенная. В квартире Сьюзен нашелся пневматический пистолет для тренировок в тире. Силы выстрела было достаточно, чтобы из окна в здании напротив редакции разбить лампу фонаря, не повредив прилегающие части. Дробинку не нашли. Так что пистолет непосредственно к делу не пришьешь.

Все надежды были на перстень. Брукс сказал, что как-то видел Хилл в депозитарии Союзного Банка. Практически чудом наткнулись на ключ от анонимной ячейки — чип был вмонтирован в кулон ассистентки. Оставалась сущая безделица — найти одну из нескольких тысяч ячеек. Помощь пришла, откуда не ждали. Компьютерный гений, приглашенный местным отделение Союзного Банка из Ядра для решения вопросов безопасности, вызвался помочь полиции. По данным ключа он определил нужный сейф, где и обнаружилось кольцо и личные бумаги Сьюзен с ее отпечатками. Радость обретения желанной улики подпортило лишь то, что гением оказался тот самый брюнет. Тяжелый взгляд китиарца Алексу не понравился. Утешало лишь то, что компьютерщика Тайни тоже пустила по боку.