Чтение онлайн

К его удивлению, призыв был услышан, два десятка людей и пауков смогли оторваться от своих врагов и перебежали мимо трона к Посланнику. Найлу удалось повторно разогнать воинов со своего края зала, и люди ощетинились копьями, пряча пауков у себя за спинами. Смертоносцы, оставшиеся в руках озерных жителей, «зашоривали» сознание, пытаясь оградить своих собратьев от излучаемой боли — появилась надежда, что восьмилапые вот-вот опять придут в себя.

— Отдохнули? — заботливо спросил Маг и снова хлопнул в ладоши.

И его воины ожили в третий раз!

Над головами людей замелькали нацеленные в пауков копья, и вымотавшиеся путники начали пятиться от наступающих врагов в угол, пытаясь сохранить безопасную дистанцию.

— Здесь дверь! — радостно воскликнул кто-то, и пауки торопливо побежали в темный проем, спасаясь от безжалостного непобедимого врага. Следом за ними туда же отступили люди.

Оказалось, что они попали в одну из угловых башен здания. Туго закрученная спираль лестницы позволила скрыться за поворотом от летящих копий, а давление слабосильных воинов Мага без труда уравновесили несколько стражниц с Сидонией и Нефтис во главе. Наступила передышка.

— Что скажешь, Посланник? — тяжело дыша, спросила принцесса. Во время стычки она ухитрилась сохранить в целости и прическу, и платье, хотя за спинами других не пряталась — не было места для «пряток» в этой битве.

— Если тебе от этого легче, то ты оказалась права, — признал Найл.

— Я не про покаяние твое хочу услышать, — покачала головой Мерлью, — а про то, как выбираться будем?

— Пока не знаю.

— Думай быстрее, — попросила принцесса. А то ведь колдун сообразительным человеком оказался. И начитанным. Может первым что-то придумать.

— Есть предложения?

— Целых два. Девушка перевела дух, села на ступени. Наверху Башни, помнится, есть окна. Если тебе не жалко нескольких стражниц, ты можешь оставить их здесь удерживать воинов Мага, сам подняться наверх и спуститься с Башни наружу. Спасешь хотя бы тех путников, которые остались живы.

— Нет, — кратко отрезал Найл.

— Уходите, мой господин, прошу, — с трудом просипела сдавленная напирающими воинами Нефтис.

— Нет! — еще раз повторил правитель.

— Честно говоря, второй выход мне нравится куда меньше, — вздохнула принцесса Мерлью. — Только ответь мне сперва на один вопрос: у лазутчиков Мага, которых вы поймали в городе, был «злой божок»?

— Был, — кивнул Найл.

— Так я и думала, — девушка положила ладонь себе на горло и с силой стала его растирать. Я посижу немножко, ладно?

— Это не ко мне, — грустно пошутил Найл, — это у колдуна нужно спрашивать разрешения.

— Спрошу, — вздохнула принцесса, — куда деваться?

— Ты о чем? — не понял Найл.

— Обо всем. Например о том, что ни у вас, ни у озерных жителей совершенно нет ножей. А у меня, если помнишь, один уцелел. Попробуем рискнуть?

— Как?

Мерлью встала, достала из-за пояса нож, ловко запихнула его в прическу, под тугой «хвостик», ножны сняла и бросила под ноги. Потом спустилась на несколько ступенек, к самым спинам стражниц, и крикнула:

— Эй, колдовские дети! Передайте вашему хозяину, что мы сдаемся.

Поначалу среди воинов никаких движений не замечалось, потом их напор несколько ослаб, стражницы даже выиграли для себя несколько ступенек, однако продолжать наступление не стали, чтобы не попасть под обстрел копьями.

— Тебе придется пойти со мной, Посланник, — оглянулась на Найла принцесса, — иначе не поверит.

— Я не пущу вас, мой господин! — зарычала Нефтис в глаза ближнему воину.

— Пустишь, — кивнула принцесса, — Пустишь и сама пойдешь. Маг наверняка ближних помощников Посланника Богини в лицо знает. Не даром же он лазутчиков засылал? И несколько смертоносцев тоже с нами отправятся, для правдоподобности.

— Я не пущу! — заупрямилась Нефтис. — Сама пойду, а господина не пущу.

— А шанса другого у нас все равно нет, — усмехнулась Мерлью. — Дай пройти.

Нефтис упрямо стояла на месте, и Найлу пришлось приказать самому:

— Пропусти.

Он шел за принцессой с ощущением безнадежности и скрытой надежды: «А вдруг получится?» Ведь никакого иного пути для спасения, кроме как упования на коварство и ловкость дочери Каззака, не оставалось.

Услышав команду правителя, расступились не только стражницы, но и озерные воины. Найл вышел из-за поворота лестницы и впервые увидел последствия битвы в тронном зале: весь пол устилали окровавленные тела. Плетеные туники озерных жителей заметно отличались от светлой матерчатой одежды путников, и правитель не без злорадства отметил, что первых лежало куда больше.

Похоже, колдовство Мага помогло далеко не всем воинам. Еще тут и там лежали пауки, но многие из них все же шевелили лапами — хозяин Серых гор явно рассчитывал на то, что испытываемая ими боль продолжает мешать уцелевшим смертоносцам пользоваться своей волей.

Маг продолжал сидеть на троне, спокойный, невозмутимый, уверенный в своей непобедимости. Принцесса Мерлью, Найл, Нефтис, Сидония, еще три стражницы, стоявшие в первых рядах, и пятеро ближайших к выходу из башни смертоносцев вышли в зал, медленно ступая и внимательно глядя под ноги — чтобы не наступить на павших и раненых.

Воины отодвинулись к стенам, наблюдая за понурым шествием поверженных врагов к ногам властителя. До подножия трона оставалось пятьдесят метров, тридцать, десять…

— Бросьте оружие! — шелестящим шепотом приказал Маг.

Принцесса немедленно отшвырнула копье и щит в разные стороны, ни на мгновение не прекращая движения. Найл и стражницы замешкались, но под внимательным взглядом колдуна сперва правитель, а затем и женщины опустили оружие на пол. Принцесса тем временем поднялась на вторую ступеньку трона.

— Кто ты? — перевел на нее свой взор властелин Серых гор.

— Меня зовут принцесса Мерлью, мой господин, — склонила голову перед победителем девушка.

— Ты красивая, — признал Маг.

— К вашим услугам, мой господин, — девушка поднялась на две ступеньки, остановилась, опустила руки, взялась за подол платья, легко и непринужденно сняла его через голову и откинула на пол. Поднялась еще на одну ступеньку. Теперь мы все принадлежим вам, мой господин.

Она закинула руки за голову и повернулась вокруг своей оси, демонстрируя свое обнаженное, совершенное тело. Поднялась на последнюю ступеньку и встала перед троном.