Чтение онлайн

Оказалось, что в мыле он хранил цианистый калий, который и проглотил в критическую минуту».

Добавим к этой истории, что Константин Гилевич, будучи арестован, повесился в тюрьме, а еще один брат — Василий позднее был осужден за участие в вымогательстве.

МАРКИЗА-ОТРАВИТЕЛЬНИЦА

Мари Мадлен родилась в 1630 году в богатой дворянской семье и с отроческих лет блистала красотой. В эпоху Людовика XIV женская красота ценилась особенно. Такой бриллиант (как говорили в те времена) не мог долгое время оставаться без оправы, и вот Мари Мадлен выходит замуж за маркиза де Бренвилье, который значительно старше ее. Прошло несколько лет, и юная маркиза наставила мужу рога с молодым офицером Годеном де Сен-Круа. Муж отнесся к этому стоически, но отец Мари Мадлен господин Дре д'Обре был потрясен. Рушились нравственные основы, на которых было воспитано его поколение, связь дочери косвенным образом позорила и его седины. «Если тебе не дорого собственное имя, подумай о чести нашей семьи!» Маркиза, однако, связь с Сен-Круа не прервала, и Дре д'Обре добился, чтобы ее любовника по какому-то обвинению засадили в Бастилию.

Это было роковой ошибкой отца, поскольку именно в Бастилии Сен-Круа познакомился с итальянцем Экзили, алхимиком, авантюристом и отличным специалистом по ядам. Более внимательного ученика у Экзили не было никогда. Сидя в одной камере с итальянцем, Сен-Круа жадно впитывал науку убивать.

И вот наступил день, когда офицер вышел на свободу. При первом же свидании с маркизой он рассказал ей о том, что узнал от учителя. Сообразительная Мари Мадлен тут же поняла, какую пользу можно извлечь из знаний любовника. Но ум уживается в ней с осторожностью, и прежде, чем приступить к задуманному, маркиза экспериментирует. Вместе с Сен-Круа они изготавливают из мышьяка и других компонентов яд, и маркиза пробует его на больных, которых она навещает по долгу христианского милосердия в больнице Отель-Дье. И — о чудо! — яд действует. А главное — больные умирают чрезвычайно естественно, и врачи не могут обнаружить в организме следы яда.

Маркиза в восторге. Сен-Круа получает новые поцелуи, а нелюбимый папа — маленькие порции яда. Восемь месяцев Дре д'Обре мучает непонятная болезнь. Мари Мадлен, превратившаяся в образец дочерней любви, лично поправляет подушки под головой отца и подает ему лекарства. Врачи пускают больному кровь, поят эльзасским бальзамом, прикладывают холодные компрессы, но все напрасно.

На могиле отца маркиза рыдает искренне и безутешно — ведь наследство досталось не ей, а двум ее братьям. Впрочем, зачем слезы? Разве нельзя сделать дубль? Но тут нужны сообщники, поскольку подложить братьям яд значительно труднее. Маркиза делает своим любовником некоего Лашоссе, и он исполняет задуманное ею. Братья Мари один за другим покидают бренный мир.

Конечно, смерть отца и последовавшая через год кончина двух братьев не могли остаться без подозрений. Но с помощью тогдашних методов исследования «итальянский яд» обнаружению не поддавался. Маркиза вступила в наследство.

Все шло в соответствии с ее ужасными замыслами, пока карты не спутала роковая случайность: Сен-Круа, экспериментируя в лаборатории, отравился ядовитыми парами. Расследуя эту смерть, полиция обнаружила в лаборатории ящик со склянками, в которых находились подозрительные жидкости. Их испробовали на животных, и все подопытные умерли. Тем временем выяснилось, что в завещании Сен-Круа наследницей данного ящика указана маркиза де Бренвилье.

Следствие тянулось долго. Связи и деньги маркизы на некоторое время отодвинули расплату за содеянное. Когда же были арестованы Лашоссе и другие ее сообщники, она бежала из Франции. Три года жила маркиза на чужбине, пока ностальгия не привела ее назад. Некоторое время она скрывалась в стенах льежской монастырской обители. Но вскоре ее опознали. В Льеж отправился лейтенант конной полицейской стражи Дегре, арестовал де Бренвилье и привез в столицу. В соответствии с положением маркизы судил ее верховный суд парижского парламента. Король, заигрывавший с третьим сословием, повелел, чтобы правосудие было осуществлено независимо от звания.

Маркиза пробовала защищаться, намекала на то, что ей известны секреты высших сфер. «...Половина тех, кого я знаю, — людей знатных — занята тем же, что и я... Я потяну их за собой, если решу заговорить». Но третьему сословию было наплевать на скандалы в аристократической среде. Суд, не колеблясь, признал Мари Мадлен де Бренвилье виновной в умышленных убийствах, и в 1676 году плаха приняла ее красивую голову.

МНОГОЖЕНЕЦ-УБИЙЦА

Он родился в 1872 году в семье страхового агента. В возрасте 9 лет попал в исправительный дом и в дальнейшем «мужественно» не сходил с избранного пути. Промышлял Джордж Смит воровством, мошенничеством, а затем занялся брачными аферами. Венцом его «карьеры» стала серия убийств.

Дело этого преступника, хотя и слушалось в годы Первой мировой войны, произвело огромное впечатление на английское общество и на какое-то время затмило даже фронтовые сводки. Позднее Агата Кристи по мотивам дела Джорджа Смита написала рассказ «Коттедж Филомелы», правда, видоизменив финал этой истории.

Джордж Смит и Бесси Манди

Суть преступлений Джорджа Смита состояла в том, что он женился (под разными фамилиями), страховал жизнь супруги, а затем топил ее в ванне, имитируя естественную смерть — например, от сердечного приступа.

Первой жертвой преступника стала 32-летняя Бесси Манди. Смит женился на ней под именем Генри Уильямса, снял одно- семейный дом в Хэрн-Бэе и вскоре приобрел большую чугунную ванну. На другой день после покупки «Уильяме» вместе с женой посетил местного врача. Он зашел в кабинет первым, оставив Бесси в приемной.

— Доктор, моя жена страдает эпилептическими припадками. Не могли бы вы что-нибудь порекомендовать? Только, Бога ради, не заговаривайте с женой об ее болезни напрямую. Она очень мнительна — такой разговор заставляет ее нервничать. А где нервы — там и припадок.

Врач деликатно поговорил с пациенткой, но сама Бесси жаловалась лишь на головную боль.

13 июля 1912 года «Уильяме» вызвал врача срочной запиской, сообщив, что его жена утонула, принимая ванну. Со слов доктора, который, в свою очередь, принял на веру слова «Уильямса», коронер записал в свидетельстве, что смерть наступила в результате несчастного случая из-за эпилептического припадка при погружении в воду. «Уильяме» оказался наследником 2700 фунтов (тогда один-два фунта могли составлять недельное жалование клерка небольшой фирмы).

Получив деньги, Уильямс-Смит почти тут же покинул Хэрн- Бэй и, не теряя времени, облюбовал новую жертву. Ею стала 25-летняя Элис Барнхэм. И здесь все было очень похоже: свадьба, молодожены снимают квартиру в Блэкпуле, у жены недомогание, визит к врачу, на другой день, 12 декабря 1913 года, прием ванны, и — Элис тонет. А муж, совершив убийство, вышел из дома, чтобы купить яиц. Вернувшись и «обнаружив» жену утонувшей, кинулся к местному эскулапу. Врач осмотрел утопленницу и заключил, что горячая ванна вызвала у миссис Смит сердечный приступ или обморок, приведший к печальным последствиям. Страховой компании безутешный муж предъявил полис на 500 фунтов.

Год с небольшим понадобился Смиту, чтобы организовать следующее преступление. Теперь он выступал под именем Ллойда. Его очередная жена, Маргарет Элизабет Ллойд, 38 лет, утонула с его помощью в ванне 18 декабря 1914 года. Естественно, накануне смерти у нее болела голова, и она в сопровождении мужа посетила врача. На другой день она чувствовала себя удовлетворительно, по настоянию мужа решила принять ванну, а Смит тем временем отправился на прогулку. Вернулся он, насвистывая арию из «Риголетто», и первым делом спросил у квартирной хозяйки, почему не спускается к обеду его жена. Вместе с хозяйкой они поднялись наверх. Маргарет они обнаружили утонувшей в ванной. Врач, который ее лечил, решил, что грипп и горячая вода привели бедняжку к обмороку, из-за чего она и захлебнулась. Незадолго до смерти миссис Ллойд сняла все деньги со своего счета и, кроме того, застраховала жизнь на 700 фунтов.