Чтение онлайн

— Да!

Она пыталась быть такой, как они хотели. А я страдал, потому что она пыталась сделать из меня человека, который, по их мнению, должен быть возле неё.

— Если ты пытаешься так шутить со мной, Кобеллино…

— Он пытался поймать тебя несколько дней, ты сама не позволила ему.

— Я думала… А, не имеет значения.

Она снова запрыгала вверх-вниз. И не обманула ожиданий, когда я предложил ей передвинуться в более светлое место, чтобы иметь возможность более полно оценить вид.

Я, в настоящее время, был доволен. Мы валялись вместе, как и должны были. Был только одна маленькая муха в бочке мёда.

Старым Костям и мне нужно будет посидеть вместе, когда он проснётся. Он должен ясно выразить свои мысли. Он, как змей, мог проникать в самые глубокие помойки человеческого разума. Он должен объяснить, почему предпочёл Кару Алгарду женщине, которая была более близка мне по возрасту.

Прискакала Кира, уверен, она хотела узнать, кто пользовался постелью в комнате для гостей. Вместо этого она сказала:

— Наша карета прибыла.

Тинни сказала:

— Уже поздно ехать. Нужно доставить дядю Освальда и Хитера домой, чтобы заняться их лечением.

Я старался изо всех сил принять сидячее положение.

— Мы все должны поспать. Кира, можешь проверить, не нуждается ли Дин в помощи? Он должен быть наполовину мёртвым сейчас.

Она ушла.

— А сам ты как?

— Я справлюсь.

— Тебе тоже надо отдохнуть, но кто-то должен впустить Палёную, когда она вернётся.

— Доллар Дан займётся этим.

Крысюк находился в кабинете Палёной, стараясь не попадаться на глаза.

— А та колдунья тоже придёт сюда.

— Возможно, и она, — признался я.

Тинни сделала первый шаг по пути изменения оставшейся части своей жизни. Она допустила это, не стала задавать вопросы и пытаться манипулировать мной, рассказывая, как она доверяет мне.

Старые Кости, в конце концов, оказал определённое влияние.

Я не знаю, когда вернулись Палёная и Кара, они не стали меня будить. Я проснулся, когда Доллар Дан, женщины Тейтов и их извозчики выносили дядю Освальда и Хитера из дома, а заснул прежде, чем Доллар Дан запер за ними.

Я спал на полу, Седлающая Ветер пользовалась моей кроватью. Мало того, что я испытывал искушение, ещё и ничего не знал о произошедшем до конца следующего дня. К тому времени у меня испортилось настроение, я боролся с ужасным холодом или начинающимся гриппом и был неприветлив со всеми. Палёной пришлось изображать приятное лицо нашего семейства перед остальной частью мира.

Я всё болел, а Старые Кости спал. Но проснулся Плеймет и, имея возможность ходить, пытался помочь Дину. Выглядел он намного лучше, хотя планировалось держать его в бессознательном состоянии ещё несколько дней.

Он пропустил свои дозы микстуры, которые сдерживали Морли.

Дотс мог сидеть на краю кровати, а когда смог двигаться, начал осторожно ходить. Разговаривать сегодня ему было больно.

То, что он принял вертикальное положение, обнадёживало.

Он сказал:

— Надеюсь, ты чувствуешь себя лучше, чем выглядишь.

— Сомневаюсь относительно этого.

Я перебрался на другой конец кровати, та скрипела, но держалась. Я рассказал ему о моём последнем столкновении с тьмой.

Явилась Пенни со стопкой носовых платков, я подавил желание схватить её за руку и притянуть. Исправляюсь, перевоспитываюсь.

Она протянула их в полуреверансе и сбежала.

Морли рассмеялся:

— Ей повезло пока. Значит, вы помирились.

— Вроде того. Не знаю, надолго ли, без Старых Костей, её хватит. Он умеет усмирять.

Я услышал, как Палёная говорит с кем-то в соседней комнате, затем кто-то вышел из дома. Палёная присоединилась к нам.

— Выглядишь измотанной, ты спала ли? — спросил я.

— Немного. Нам, как всегда, повезло.

Она чихнула.

— И ты тоже? — я предложил ей носовой платок. — Они скрылись от тебя?

— Это не от холода, а реакция на то, что они использовали, чтобы я отстала от них. Нюх не потеряла, потому что быстро ушла. Состав был сделан с целью навсегда уничтожить мой нос.

— Ты в порядке? — я беспокоился, несмотря на своё плохое настроение.

— Да.

— А Кара?

— Она тоже. Я обязана ей. Она оттащила меня, до того как мне забило весь нос. Принесла домой и решительно пошла обратно. Почему, не знаю.

— Ты ей не доверяешь?

— Всего лишь предчувствия. Видимо, больше из-за того, что она так интересуется тобой. Я не должна не доверять ей из-за этого. Она слишком наивна, чтобы быть злом.

Интересная точка зрения.

Морли проглотил это без комментариев.

— Я хочу сейчас попробовать встать. У меня есть дела, которые нужно сделать, — сказал я. Я решил, что так надо. Это была очень долгая ночь.

Палёная сказала:

— Я займусь горшком.

Я смог приподнять свою задницу всего на восемь дюймов от постели и потерял все силы. Тут я понял, что идти хочу не так сильно, как мне нужно было.

Морли улыбнулся, увидав мой всё сильнее хмурящийся взгляд.

— Передохни.

Палёная сказала:

— Уборщицы позаботились и о тебе тоже. Ты тяжело кряхтел и явно нуждался в их услугах.

Мне бросили незаурядный лингвистический вызов, но я был слишком заторможен, и обошёлся только безразличным:

— Грязное вонючее поношение.

Я покраснел.

— Это для них просто работа, Гаррет. Они мало что рассказали, а ты, правда, нуждался в этом. Ты был в дерьме.

Я взял следующий носовой платок.

— Попрошу Дина приготовить камфорную дыхательную баню, — добавила Палёная и ушла. Я попыхтел ещё немного и заволновался о том, как плохо и холодно станет, как только это переместится в мои лёгкие.

Я без энтузиазма ждал этого.

— У нас есть план? — спроси Морли.

— Мы возвращаемся в нормальное состояние. Затем идем искать людей, которые сделали тебе больно.

— Шедевр стратегии и тактики.

— Ещё нужно совсем чуть-чуть доработать.