Чтение онлайн

Ну что готовы говорить?

— Не знаю, что там тебе натрепал Дёмин, но Егор ни в чём не виноват.

— А кто виноват?

— Пааап давай не сейчас, мне очеееньплоохо…

— Доченька так пить меньше надо…С долей сарказма проговорил отец.

— Да… да…

Всё также укутавшись в одеяло, встала с дивана и на ватных ногах потопала к себе в комнату.

Бляяя как же меня тошнит!

Как только я зашла в комнату, сразу же сбросила с себя вчерашнее платье и направилась в душ. Стоя под ледяными каплями, понимала, что всё моё содержимое просится наружу. Сделав вдох-выдох, я уставилась в одну точку. И тут меня осенило, что месячных у меня ещё не было, хотя давно пора…

Да, нееее…. Ну неееет же!

Закончив душевые манипуляции, переоделась, вызвала такси до поликлиники и быстро пока никто не видит выбежала на улицу.

2 часа спустя….

Домой я вернулась из поликлиники с полным раздраем, творившимся в душе, в мыслях, в чувствах. На удивление дома никого не было: ни няни, ни отца, ни Чернышёва.

Оно и к лучшему!

Сейчас я предпочла провести время наедине с самой собой. Привести мысли в порядок и хорошенько обдумать ситуацию, в которой по своей же вине и оказалась. Интуиция подсказывала, что мне необходимо поделиться новостью с Виктором и отцом. И как можно скорее. Однако я даже думать не хочу о их реакции. Под ложечкой сосало при одной только мысли, что Вик может отправить меня на аборт, и глазом не моргнув. А отец может смилуется и позволит оставить ребёнка. Хотя я в этом не очень уверена. Перспектива оставить ребенка ужасала меня не меньше. Ведь в подобном случае мне придётся забыть о поступлении в престижный универ. Забыть о развлечениях. Придется вынашивать и рожать. Придется становиться… матерью.

Мамой. Мамой моего и Виктора малыша. Я — мать? Господи, да это даже в мыслях звучит дико!

Добравшись до своей комнаты, свернулась калачиком на кровати, я бесцельно переключала каналы пультом от телевизора. Безостановочно нажимала на кнопки, на одну за другой, но мыслями от реальности была далека.

А может, никому ничего не говорить? Прервать, как советовал врач, и дело с концом? Это же моя проблема! Мне её и решать! Да и вряд ли я Чернышёву с таким обременением нужна!

Громкий отчаянный рык вырвался из груди. Ни в чем не повинная подушка полетела в другой конец комнаты. А глаза вновь наполнились слезами.

Нет! Так нельзя…!

Поддавшись какому-то странному порыву, импульсу, желанию, я потянулась за мобильником. С бешено колотящимся сердцем открыла браузер и ввела в поисковике один-единственный запрос: «Беременность. Третья — четвёртая неделя». И кажется, сей странный момент стал в моей жизни определяющим… Интернет выдал кучу информации, статей и видеороликов по заданной мной теме. Я жадно поглощала все данные, впитывала их в себя, точно губка. Но когда я увидела фотографию четырёхнедельного эмбриона внутри меня… в глубине души… что-то с грохотом сломалось, лопнуло. А мир перевернулся. Потому что на экране была изображена не бесформенная точка, как мне представлялось ранее, а существо, очертания которого уже напоминали почти сформировавшегося малыша.

Такой беззащитный. Такой ранимый. Целиком и полностью зависимый от своей матери.

От человека, дающего ему… жизнь. От человека, решающего, сохранить эту самую

жизнь или уничтожить!

Телефон выпал из дрогнувшей руки. Уткнувшись лицом в мягкую подушку, я зарыдала в голос. Сейчас я отчётливо понимала, что никогда, ни при каких обстоятельствах не причиню вреда своему… будущему ребенку. Не смогу. Да и не захочу. Вне зависимости от реакции Виктора, отца и Чернышёва. Спустя некоторое время, когда слезы иссякли, на губах расцвела чуть растерянная, немного смущенная улыбка. Я осторожно, с толикой трепета прикоснулась к низу живота, чувствуя жар, исходящий от моего тела.

— Привет. Прошептала нерешительно, пытаясь хоть как-то обозначить своё присутствие. Это я, твоя… будущая мама! Надеюсь, у тебя всё хорошо, и ты не голоден по моей вине. Извини, но я сегодня ничего не ела. Надеюсь, ты простишь меня?

Естественно, никто мне не ответил. Но внезапно на меня нахлынула необъяснимая эйфория. Незыблемая вера в успех окрыляла. Мне хотелось парить над облаками. Находясь в таком странном приподнятом состоянии, я приняла ещё одно, не менее важное решение — немедленно рассказать всё Чернышёву. И будь, что будет.

И с этими мыслями я провалилась в царство Морфея.

Несколько часов спустя…

Услышав звуки, которые издавались откуда-то снизу, открыла глаза. Посмотрела на часы час ночи…

Блин я весь день проспала!

И снова раздался грохот. Я быстро встала с кровати и побежала вниз. Но, то, что я увидела в гостиной, подвергло меня в шок. Растрёпанные и пиздец какие счастливые Чернышёв и отец, сидели на диване и допивали бутылку виски.

— Боже… только не дышите от вас за километр разит!

— Доченька…Улыбаясь проговорил отец, попытался встать и снова рухнул на диван.

— Да папочка… а ещё мне говоришь меньше пить!

Подошла ближе к отцу и помогла ему встать.

Ну пойдём папа тебе пора баюшки…

— Слушай Юль… Мы тут с Егором о вас поговорили, и я не против ваших отношений. Только детишек сейчас не делайте, тебе надо сначала отучиться, а потом и о детях подумать можно.

Поздно пап… как же ты поздно говоришь об этом…!

— Хорошо пап….

Довела отца до его комнаты, уложила в кровать, раздела его и укрыла одеялом. Вышла из его комнаты и снова направилась в гостиную за Чернышёвым.

Ну что родной теперь ты….Помогла ему встать, положила его руку себе на плечо.

Чёрт какой же ты тяжёлый! Но в ответ я ничего не услышала. С трудом дотащив Егора до его комнаты, уложила его в кровать. Как же ты не вовремя напился…

Сняла с Егора ботинки, пиджак и рубашку. Только расстегнула ему ремень, как Егор открыл глаза и тихо проговорил.

— Иди сюда малышка, хочу тебе кое-что сказать.

Не задумываясь о последствиях, я забралась на кровать и села возле Чернышёва.

Колючка поцелуй меня!

И пока я с расширенными глазами откровенно пялилась на Чернышёва, он взял меня за затылок и прижался губами к моим губам.

— Мгммм…Только и успела произнести, когда его губы впились мне в рот, а его рука сильнее сжала мои волосы. От этого поцелуя, в голове пусто, ни единой адекватной мысли. Егор опускает тёплую ладонь на мой живот, поглаживает его, задевая пальцами пупок, и опускается ниже. Преодолев барьер из моих джинс, бросает на меня вопросительный взгляд. Я дёргаюсь, пытаюсь отшатнуться, и он успокаивающе что-то шепчет мне на ухо. Странно, но это действует, хотя слов я почти не разбираю. Егор снимает мои джинсы итрусики,

касается чувствительной кожи. В глазах рябит.

— Егор мммм. Я опускаю руки ему на плечи, чтобы не упасть в пропасть под названием Чернышёв.

— Пиздец, какая ты влажная. Его голос довольный и хриплый…

Его пальцы утопают в моей влаге. Её много. Очень. Остаётся только кивнуть, потерявшись в ярких ощущениях. Чернышёв действует именно так, как мне нужно. Кружит вокруг клитора, ласкает, надавливает, гладит, а затем резко входит во влагалище пальцами.

— Егор… Прошу…Шепчу быстро, словно обезумев.