Чтение онлайн

— Теперь, братья, пойду по белу свету я, испытаю-ка свое счастье. Может, за кота добуду столько же, сколько и вам удалось.

И ему братья посоветовали идти как можно дальше, где люди поглупее,— в Чехии, мол, за кота ничего не дадут. Михал сунул кота в мешок и ушёл. Долго ходил он, пока не пришёл в одну страну, где люди говорили на непонятном языке. Но пока добирался до столицы, научился их понимать и кое-как мог договориться. У самого города попадается ему навстречу один пан и спрашивает, что это он несёт в мешке.

— Кота,— отвечает Михал и показывает его пану.

— Странный зверь. А какой от него прок?

— Он ловит мышей. Сколько бы их в доме ни было,— всех переловит.

— Прячь-ка ты своего ловца в мешок да пойдём к королю. У нас в замке столько мышей — ну разве что по столу не бегают. Король готов отдать что угодно тому, кто сумеет их из замка выгнать.

— Что ж, помочь, конечно, можно,— отвечал на это Михал, сунул кота в мешок и быстро пошагал за паном. Пришли они к королю, пан и говорит:

— Милостивый король, у этого человека с собой кот-ловец. Это такой зверь, который ловит мышей, и, если ваша милость велит купить, он готов кота продать.

— Коли так, я куплю с удовольствием.

— Милостивый король, вы только скажите, где тут у вас мышей побольше, и тотчас же убедитесь, как мой котик их ловит.

Михала тут же повели в чулан, где мышей было видимо-невидимо, прямо по ногам бегали. Развязал

Михал мешок, кот выскочил и стал ловить одну за другой.

Король несказанно обрадовался и тут же велел заплатить десять тысяч золотых. Михал даже себе не поверил, получив столько денег, и весело направился домой. Прошло два дня — и король вдруг задумался: а кого же будет душить этот ловец, когда мышей не станет? Этого никто не знал, а Михала уже и след простыл. Тогда король велел послать вслед Михалу гонца на самом быстром коне.

А Михал тем временем преспокойно шагал по той же дороге, что привела его в город. На четвёртый день пути вдруг видит, что за ним гонится всадник и ещё издали кричит ему. Остановился Михал. Всадник подъехал и на ломаном полунемецком-получешском языке стал о чём-то спрашивать, а о чём — Михал никак понять не может. Тогда Михал решил помочь ему и спрашивает по-немецки:

— Was? (Что? (По-русски звучит: «вас».).— Прим. перев.)

Услышав это, всадник вдруг повернулся и умчался, как будто его ветром сдуло. Михал подумал: «Видно, спятил парень». И пошёл себе дальше.

Весь запылённый, взмыленный от скачки, вернулся гонец в замок и, спрыгнув с коня, тотчас же помчался к королю и доложил:

— Милостивый король, новость печальная: как только кот переловит всех мышей, нам конец!

— Кто это тебе сказал? — спрашивает гонца перепуганный король.

— Тот человек, что нам кота продал. Догнал я его на дороге и спрашиваю: «Кого зверь будет душить, когда всех мышей переловит?» А он мне и говорит:

«Вас!»

Король тут же созвал королевский совет, и все стали думать, что же с котом делать. Долго совещались и порешили: запереть его в чулане и приставить удвоенную стражу, чтобы кот не сбежал.

В ту же минуту самый главный генерал получил приказ поставить четверых самых сильных и самых храбрых солдат на охрану чулана. Целый день и целую ночь на каждом углу стоял страж, помирая от страху всякий раз, когда из комнаты доносился шум. На вторую ночь наступила тишина — кот всех мышей переловил. Утром в чулане ни звука, ни шороха. Страж, стоявший ближе к окну, подумал: что бы это значило? Осмелев, он заглянул в окно. И — о горе! Кот сидел на подоконнике и, как только увидел бороду, усы и мохнатую шапку, с перепугу выбил стекло и задал стрекача. Второй страж заслышал крик, побежал узнать, в чём дело, и видит: лежит солдат бородой кверху и молчит. Во весь опор помчался он в замок с криком:

— Ах, плохи дела, плохи, милостивый король! Этот свирепый мышелов выбрался из чулана и загрыз моего приятеля, того, что возле окна стоял. Бог знает, где тот кот теперь бегает и сколько людей уже передушил. О горе нам!

Тотчас же все стали запирать дома, кто мог — попрятался, а король приказал, чтобы полк самых храбрых солдат надел самые прочные доспехи и двинулся в поход на кота. Королевский приказ тут же был исполнен, но, хоть и гнались за котом целых три дня, так и не догнали.

А братья в это время жили дружно и мирно, хозяйство вели лучше, чем раньше, потому как знали: больше им надеяться не на кого. И частенько, собравшись вечерком, вместе над глупцами потешались.

У отца было три дочери — прекрасные, словно розы. Самая младшая была и самой стройной, и самой доброй, и самой работящей. Собрался однажды отец в столицу на ярмарку. Перед тем как уйти, спросил у каждой, что ей с ярмарки принести. Две старшие стали просить платья, украшения, безделушки. Младшая же не просила ничего и лишь после того, как отец спросил её во второй раз, что ей хочется, сказала:

— Я, батюшка милый, не прошу ничего, кроме бутончика розы, но чтобы краше его не было на свете!

— Будет тебе бутончик! — пообещал отец, попрощался с любимыми дочерьми и отправился в путь.

Добрался он благополучно. Денег у него было достаточно, так что накупил всего более чем нужно. После того как он купил для старших дочерей всё — платья, украшения, разные безделушки, отправился он за бутоном розы. Всю ярмарку исходил, все сады обошёл — нигде нет роз. Время, когда они цветут, прошло, и купить бутон невозможно было ни за какие деньги.

Очень опечалило его, что скромную просьбу самого любимого чада он не может исполнить.

Шёл он домой огорчённый и по пути продолжал спрашивать про бутон розы.

До дома оставалось уже недалеко, нужно было только лес миновать. Задумался он, идёт, на дорогу не смотрит — заблудился и забрёл в чащобу. Заметив, что сбился с пути, стал продираться сквозь заросли, вышел в небольшую долинку и видит: стоит посреди розовый куст и на нём — один-единственный прекрасный бутон.

От радости он даже вскрикнул. Подошёл к кусту и сорвал бутон.

В тот же миг лес загудел так, словно буря по нему пронеслась, земля задрожала, а из-за куста на него кинулся огромный страшный зверь.

— Как ты посмел сорвать бутон розы, самый любимый мой цветок, прекраснее которого нет на свете?— взревел зверь таким громовым голосом, что от страха у отца ноги совсем подкосились. Дрожа, стал он объяснять, для кого сорвал этот бутон, предлагал зверю деньги, сколько бы тот за бутон ни спросил, готов был отдать всё, что у него было.

— Не хочу я денег за бутон. Отдашь за него то, что первым увидишь, когда домой вернёшься! — сказал ему страшный зверь грозно.

Что горемыке оставалось делать? Пообещал зверю, что он требовал, лишь бы живым уйти.