Чтение онлайн

— Арчи, ты сколькими пальцами рисуешь?

— Тремя на каждой руке.

— Попробуй использовать все десять. Это сильно поможет тебе в будущем.

— Ладно…

Если дополнительные усилия сделают меня сильнее — стоит постараться. Моё нынешнее тело, хоть и со смертельной болезнью, но превосходит старое по всем параметрам. Чакра помогает привыкать к новым условиям, быстрее реагировать и думать. На Земле, даже с помощью Алисы, мне пришлось бы учиться намного дольше, чтобы рисовать так же, как сейчас. Чакра творит чудеса.

— Ната.

Я совсем не удивился, услышав голос Филиппа. Это становится традицией. Судя по всему, этот парень преследует тётю.

— Как же ты меня достал, отрыжка гуля! — зарычала Ната и напала на него. Как и в прошлый раз, Филипп отразил все атаки и отступил.

До стены прыгали в молчании.

— Думаю, тебе стоит подключить призывного зверя, — сказала мне Ната, когда мы выбрались за город.

— Узор Призыва жрёт много чакры, я словлю чакроистощение.

— Не словишь.

Я вздохнул. И как ей возразить?

Тренировка проходила без неожиданностей — монотонные взмахи цепью и уничтожение гулей. Начали мы с того же места, с которого начинали и вчера. Но сегодня здесь не валялось ни одного гульего трупа — всё чисто. Сожрали их, что ли?

На удивление, сегодня тренировка давалась гораздо легче. Моё тело привыкло к упражнениям, и я на автомате убивал гулей с одного удара — сносил им голову вместе с задним позвонком шеи. Цепь явно была необычной, хоть и без узоров — слишком большой урон она наносила, учитывая её лёгкость. Гульи головы взрывались только так.

Меня ни разу не встревожила мысль, что я убиваю живых существ. Гули казались чужеродными этому миру. А может, так оно и было?

Я механически убивал гулей и размышлял. Моя основная проблема — вирус в лёгких. Он не позволяет мне жить нормальной жизнью. Я умру, если не буду убивать. Алиса говорит, что убивать придётся Огранцев и, может, Чернокнижников, что веники жизнь мне продлят всего лишь на пару часов.

Необходимость убивать меня угнетала. Я ценил человеческую жизнь и не считал, что имею право её забирать. Да и если подходить к этому с цинизмом — вопросов было больше, чем ответов. Как мне выследить Огранцев или Чернокнижников? А если меня засекут? Убийство Ильи до сих пор висит надо мной дамокловым мечом. Если Милану будут допрашивать, следователи без труда выяснят, что случилось в ту ночь.

Как мне убить Огранца? Сейчас у меня нет ни одного узора, я слаб как гуль. Не думаю, что мне снова “повезёт”, как это было с Ильёй.

Я передёрнул плечами, вспомнив ту ночь.

— Арчи, хватит, — вырвал меня из размышлений спокойный голос Наты.

Я остановился и оглянулся — всё вокруг было усеяно трупами гулей.

— Пойдём на следующую точку и начнём использовать хаси.

Но не успел я ответить, как заметил несущегося сюда гуля. С одним глазом поверх ноздрей.

Мелькнула белая цепь, и гуль заревел — из его пробитого глаза фонтаном забила слизь.

— Убей его, Арчи, — холодно приказала Ната. — И знай, что я не буду вмешиваться. Если ты погибнешь — так тому и быть. Ограничений нет, используй цепь как можешь.

Я сглотнул. Мне не хотелось верить её словам, но, судя по её серьёзному лицу, она говорила правду. Я покрепче сжал цепь и сосредоточился на гуле. Тот бежал на меня и мотал головой, как болванчик; слизь брызгала во все стороны. Меня пробрало до мурашек.

Арчи, одноглазый гуль немного больше безглазого, — начала анализировать Алиса. — У него острее рефлексы, он лучше развит физически. Думаю, основная опасность заключается в способности его глаза. Но Ната убрала этот фактор. Считай, что это очередной безглазый гуль, просто более развитый.

Я напитал мышцы рук чакрой и раскрутил цепь, поджидая удобный момент. Гуль приближался.

Арчи, предлагаю позвать Борю.

Я на миг замешкался. Мне не хотелось подвергать поросёнка опасности.

— Гра-а-а! — гуль не стал подбегать близко, как это делали его безглазые сородичи, и прыгнул с большого расстояния.

Я рефлекторно ударил снизу вверх. Тело действовало быстрее разума. Цепь врезалась в челюсть гулю и откинула его. Тут же я направил чакру в левую руку, напитывая узор Призыва.

— Гра-а-а! — гуль снова прыгнул, распахивая зубастую пасть.

Удар сверху вниз! Но тварь развернулась в воздухе, и цепь врезалась в землю.

Вспышка!

Рядом со мной появился Боря.

Гуль замахнулся когтистой лапой. Я бросился вправо, делая цепью нижний диагональный мах. Но гуль оказался быстрее и достал меня, полоснул по левому плечу. Я отлетел назад, но не отпустил цепь и последним звеном ударил гуля по голове.

Я упал, покатился по земле и тут же вскочил. Мои пальцы до побелевших костяшек сжимали цепь, грудь жгло, дышалось с трудом. Но гуля тоже отшвырнуло моим ударом. Когда он попытался встать, Боря резко прыгнул вперёд и ударил копытом, проламывая ему череп.

— Гуль-гуль-гуль, — тварь задёргалась, издавая странные звуки.

Боря снова прыгнул и всеми четырьмя копытами размозжил гулю голову. На его лбу загорелся знакомый знак, и Боря поглотил своего поверженного противника.

— Плохо, — сухим голосом констатировала Ната. — Ты чуть не умер.

Я поморщился. Чакра текла в исполосованное плечо, но особо не помогала. Боль пульсациями била в голову, усиливаясь с каждым ударом.

— Хрю! — Боря подошёл ко мне.

Я снял жакет и посмотрел на раненое плечо — кожа вокруг кровавых борозд потемнела.

— Яд? — пробормотал я. — Досадно.

— Намажь, — Ната бросила мне белую коробочку, но я не поймал её — в правой руке держал цепь, а левая плохо слушалась из-за ранения.

Боря тут же бросился к коробочке и принёс её мне.

— Хороший… — я сел, отложил цепь и зажал коробочку между ног, пытаясь правой рукой открыть крышку.

Меня трясло, я пропотел насквозь. Из раны на плече потёк коричневый гной. Я крепко сжал зубы, чтобы не застонать от боли.

— Давай сюда! — Ната не выдержала и спрыгнула ко мне. Выхватила коробочку у меня из руки и лёгким движением открыла крышку. — Криворукий, как гуль беспалый из мелкой Зоны, — бормотала она, нанося холодную тёмно-жёлтую мазь на рану. — Чуть не подох из-за заражения. Ещё медленнее бы крышку открывал! Мог бы поспать перед этим.

Я закрыл глаза. Боль медленно утихала.

Арчи, отзови Борю, у тебя уже мало чакры.

Я нашёл поросёнка взглядом.

— Спасибо, — потрепал правой рукой его по голове. — Хм?

Странная у него кожа. Потыкал пальцем в недовольного Борю.

— Ты резиновый, что ли? — удивился я.

Неожиданное открытие настолько отвлекло меня, что я забыл о боли. Боря и правда был будто сделан из твёрдой резины. Когда я тащил его из столовой, он таким не был.

— Попрыгай? — попросил я.