Чтение онлайн

Ему надоело скрывать переполнявший его восторг. Он выскочил из повозки и помог спуститься женщине, обратив внимание на то, какие у нее красивые, стройные ноги. Она улыбнулась, рассмеялась и вновь позволила ему полюбоваться своими редкостными разноцветными зубами. Бок о бок они поднялись на крыльцо, перескакивая со ступеньки на ступеньку точно балетные танцовщики и стараясь двигаться заодно. Ее рука очутилась в его ладони. Они распахнули двери и вошли в холл, высокий и сумрачный, в котором было тихо, как в церкви. Единственный лучик солнца проникал внутрь через щель между створками двери, которые, по всей видимости, слегка рассохлись и потому неплотно прилегали друг к другу. В ноздри Тэллоу немедленно набилась пыль; он чихнул. Женщина рассмеялась.

– Меня зовут Пандора, - сказала она громко.
– А вас?

~ Тэллоу, - ответил он. Глаза его слезились, в носу свербило.
– Джефраим Тэллоу, к вашим услугам.

– К моим услугам!
– она хлопнула в ладоши. По холлу пошло гулять эхо.
– К моим услугам!

Она хлопала в ладоши и смеялась, хлопала и смеялась, так что Тэллоу начало казаться, будто кроме них в холле полно народу.

Он подскочил на месте, услышав низкий, раскатистый голос:

– Что вам угодно, госпожа?

Прислушиваясь к замирающему в углах холла эху, Тэллоу вгляделся в полумрак и с изумлением понял, что раскатистый голос принадлежал согбенному, худому и морщинистому старику, облаченному в полинялую серебряную с золотом ливрею, которая вряд ли была моложе того, кто ее носил.

– Приготовь обед, Фенч!
– крикнула Пандора.
– Обед на двоих, и постарайся как следует!

– Слушаюсь, госпожа, - подняв облако пыли, старик повернулся и исчез за едва различимой дверью.

– Один из моих слуг, - прошептала Пандора доверительно и хмуро прибавила:

– А еще у меня служит его жена, разрази ее гром!

Ее злобный шепот напоминал шипение змеи. Тэллоу, не имея ни малейшего представления о здешнем жизненном укладе, подивился ненависти, что прозвучала в словах Пандоры. Ему на ум тут же пришли десятки причин, но он все их отринул. Он был не из тех, кто делает поспешные выводы; он предпочитал вообще не делать выводов, видя в их бесповоротности дорогу к смерти. Между тем Пандора повлекла его через весь холл к широкой дубовой лестнице.

– Идем, Джераим, - промурлыкала она, - идем, мой милый Тэллоу. Поищем вам подходящее платье.

К Тэллоу вернулось его прежнее веселое настроение, и он шустро запрыгал по лестнице, перебирая в воздухе длинными ногами. Таким манером они добрались до третьего этажа этого большого, сумрачного дома. Их волосы, рыжие у Тэллоу и иссиня-черные у Пандоры, растрепались; они беспрерывно смеялись, поглощенные друг другом.

На третьем этаже Пандора остановилась перед одной из дверей, на вид - весьма тяжелой и массивной. Тэллоу слегка запыхался, ибо непривычен был к подобным восхождениям, и даже начал икать. Пандора крепко сжала ручку двери, напряглась, закусила губу, - и дверь со скрипом отворилась.

А ветер, который загнал лодку Тэллоу на песчаную мель, стонал над золотой ладьей, увлекая ее навстречу судьбе.

– Джефраим, - прошептала Пандора, когда он откинулся в кресле, поднеся к губам стакан размером со свою голову, до краев наполненный бренди.

Глупо улыбаясь, Тэллоу пробормотал что-то невразумительное. Обед был превосходным, а красное вино замечательным.

– Джефраим, откуда вы?
– она подалась к нему через узкий столик. На ней теперь было темно-голубое вечернее платье, которое переливчатым каскадом спадало с ее гладких плеч к талии, чтобы внезапно раскрыться коконом у колен. На левой руке ее сверкали два перстня с самоцветами, а тонкую шею обхватывала золотая цепочка. В душе у Тэллоу бушевал ураган страсти, а еще он испытывал детское благоговение перед удачей, что одарила его своей милостью. Он положил руку на ладонь Пандоры. Восторг и предвкушение наслаждения переполняли его, и когда он заговорил, голос его завибрировал от сдерживаемых чувств.

– Из города, до которого много миль, - сказал он.

Она как будто удовлетворилась таким ответом.

– А куда вы направляетесь, Джефраим?
– спросила она вроде бы без любопытства.

– Я... я гонюсь за золотым кораблем, который, кстати, проплыл мимо вашего дома как раз перед тем, как мне напороться на мель. Вы его видели?

Она рассмеялась. Смех ранил его, заставил убрать руку.

– Глупый Тэллоу!
– воскликнула она.
– Такой корабль тут не проплывал. Я не видела его, хотя долго стояла в саду, глядя на реку. Я замечаю все корабли.

– А этот не заметили, - пробормотал он, рассматривая содержимое стакана.

– Ваши шутки, Джефраим, понять не так-то просто, сказала она мягче.
– Но я уверена, что приноровлюсь к ним, когда мы узнаем друг друга ближе.

Последние слова она произнесла едва слышно, однако тон, каким они были сказаны, придал мыслям Тэллоу совершенно иное направление. К нему вернулась уверенность в себе, которая была так жестоко уязвлена минуту назад. Он обхватил обеими руками стакан с бренди, поднял его и опорожнил одним глотком. Причмокнул губами, судорожно сглотнул - и с размаха припечатал стакан к столу, так что подпрыгнула вся остальная посуда.

Вытерев рот тыльной стороной ладони, чуть при этом не подавившись рукавом своей новой красной плисовой куртки, он оглядел маленькую, освещенную свечами комнату. В глазах у него зарябило. Он обидчиво помотал головой и, упершись руками в стол, поднялся. Пристально поглядев на женщину, нерешительно улыбнулся.

– Пандора, я люблю тебя, - выговорив это, он почувствовал невыразимое облегчение.

– Хорошо, - промурлыкала она.
– Так будет еще легче Тэллоу был слишком пьян, чтобы задуматься над тем, что она имеет в виду. Пошатываясь, он направился к ней Она медленно и величественно встала из-за стола и пошла ему навстречу. Он обнял ее и поцеловал в шею, потому что, когда она стояла, выпрямившись во весь рост, он не мог дотянуться до ее уст. Она крепко прижалась к нему, провела рукой по спине, погладила по загривку. Другая ее рука поползла вниз по его бедру.

– О!
– простонал он вдруг.
– Кольцо царапается!

Пандора было надулась, потом улыбнулась и сняла кольца Тэллоу запутался в своих узких брюках из черного бархата, торопясь остаться нагишом.

– Не пойти ли нам в постель?
– предложила Пандора в самый подходящий момент.

– Конечно, - от всей души согласился Тэллоу - Конечно.

Пандора вывела его из столовой, и по лестнице они поднялись наверх, в ее спальню.

Пролетела неделя, постельная неделя, утомительная и восхитительная. Пандора, помимо всего прочего, научила Тэллоу чувствовать себя мужчиной, - мужчиной, который, кстати сказать, научился доставлять наслаждение Пандоре. За ту неделю он усвоил и кое-что еще, и теперь мог достаточно твердо управлять своими эмоциями, сдерживать вожделение и экстаз во имя большего удовольствия.

Тэллоу лежал в постели рядом со спящей Пандорой и тихонько стаскивал с нее простыню, которой она укрылась. Он никак не мог насмотреться на нее вот такую - обнаженную и беззащитную. По правде сказать, беззащитным чаще всего оказывался он, однако Пандора была женщиной и знала, как правильно пользоваться своим главенствующим положением. Тэллоу был доволен жизнью и любил Пандору все сильнее. Она редко сдавалась на его милость и редко о чем-нибудь умоляла, но тем ценнее были такие моменты. Если бы не усталость, все было бы просто замечательно. А так...
– Тэллоу дольше спал и занимался любовью уже не столь пылко, хотя и приобрел немалый опыт. Но все равно - он был доволен жизнью, он был счастлив. Иногда Пандора, сама того не ведая, сердила его, и ему становилось грустно, однако радость всегда превозмогала печаль.