Золотая лирика
Шрифт:
с деньгами, видимо, не густо,
жизнь с Рексом, словно на осле.
Ну что сказать? Блестя боками,
сверкая нежной синевой,
коснулась горлышком – губами,
и, разбудив его хлопками,
она слилась с ночной листвой.
Залаял Рекс, проснувшись дико,
завыл, что кончилось питье,
лениво взял с салата вилку,
и вспомнил, видимо, бутылку,
сказал чуть с грустью: "Все мое"
Простите, если это грубо,
но то про Рекса все сугубо.
17 сентября 2004
Музей осени
Музей среди леса, полян и дорог
искрит золотистою охрой.
Мы в осень с тобою зашли за порог,
и шли по траве утром мокрой.
Вторгается осень янтарной листвой
в леса. Изумрудные зори
еще освещают деревья собой,
в них ветер с листочками спорит.
Мерцает богатство из красок и тем,
деревья покрыты ажуром.
Луч солнца из мира небесных систем
в янтарь здесь вонзился амуром.
Приятно пройти среди злата листвы,
где светит нам цвет изумрудный.
Осенним дождем загрустил только ты,
и вид твой прекрасный и мудрый.
Художники осень возьмут на холсты,
полотна поставят в музеи.
Нефрит, изумруд и янтарь – мир листвы.
Картины в музее висели.
Осенний твой взгляд улетел без листвы,
а память застыла в музее.
И мокнут в картине деревьев стволы,
и мох на них. Мысли звенели.
18 сентября 2004
***
Вчера ревела, нынче не смеюсь,
тупик прошла, и из него я вышла.
Решила я: подарками прольюсь,
и сразу повернулось лихо дышло.
Пошла туда и что-то отдала,
пошла сюда и что-то подарила,
потом немного слов иных нашла,
и вскоре рассмеялась, как горилла!
21 сентября 2004
Не хочу…
Я не хочу быть депутатом:
народу много и шумят.
Я не хочу быть адвокатом,
какого вдруг не защитят.
Я не хочу быть адмиралом:
весь в золоте его мундир.
Я не хочу быть генералом,
порою он, как бригадир.
Я не хочу быть: гл. редактор,
я не люблю судить стихи.
Я не хочу водить и трактор,
моторы наши не тихи.
Я не хочу быть космонавтом,
я лучше что-то начерчу.
Я не могу быть аргонавтом,
я в те века не долечу.
Прошли года, чего хочу я?
Остались проза и стихи.
Осталась пряжа. Что же чту я?
Желаний нет, и спят грехи.
21 сентября 2004
Деревенские мысли
Задышу я осенью золотой,
сразу и улучшится мой удой.
Зашуршу я листьями по стихам,
да задую ветрами по лесам.
Будет урожайным високосный год,
будет у коровушек славный мой уход.
Я пройду дороженькой: стук, стук, стук.
А за мной коровушки: тук, тук, тук.
Подою я козочек и коров,
будут они дойными на покров.
Будет урожайным високосный год,
будет у коровушек славный мой уход.
Полушалком красочным утеплюсь,
под его прикрытием помолюсь.
Да зайду к коровушкам я на миг,
и затихнет в душеньке моей крик.
Будет урожайным високосный год,
будет у коровушек славный мой уход.
Я пройду хозяюшкой по двору,
мусор и все лишнее уберу.
Я поглажу козочку и кота,
будет все ухожено у скота.
Будет урожайным високосный год,
будет у коровушек славный мой уход.
29 сентября 2004
***
Чужие игры, чужие жизни,
чужие щеки, чужой покой,
чужие ласки, чужие виски,
и неба шторы плывут рекой.
Подмостки сцены, подмостки счастья,
подмостки где-то вблизи воды,
подмостки счастья совсем не часты,
от них так близко лишь до беды.
Крутые игры, крутые люди,
крутые гривы небесных сфер,
крутые люди так лихо судят,
вблизи преграды сквозных афер.
5 октября 2004
Бурая осень
Бурые волны надменных лесов
солнце еще сохраняют остатки.
Времени года прошло колесо,
люди живут в нищете и достатке.
Трудно надменно свой лик сохранять,
спину не гнешь, так сгибаются мысли,
словно по жизни свою тянешь нить,
чуть задержался, тебя в вечность смыли.
Только листва золотится еще,
несколько дней – до весны улетела.
Конец ознакомительного фрагмента.