Чтение онлайн

— Ты тоже Дух! — от громкого возгласа Руми, казалось, задрожали звёзды. — Почему ты не сказал? Выдумывал всякие глупости, чтобы оправдать бессилие! Полукровка там… как же я была слепа!

Ханум широко улыбнулся и достал из кармана огниво. Через некоторое время, когда сладковатый дым тонкой струйкой потянулся вверх, он произнёс:

— Я не очень горжусь своей прежней жизнью.

Всё сходилось один к одному. Завеса тайны наконец пала, и Руми поняла, что три Духа — Старший, Младший и Низший — были её наставниками. Восторг, смешанный со страхом, заставил её по-новому взглянуть на Ханума.

­— Вот что означало видение Силинджиума. Это ты спас Руну от Руата, а потом передал Золотую Орхидею Коуршану, — бормотала она, уже сомневаясь в сохранности своего рассудка.

Купец открыл было рот, но вмешался Дер-Су:

— Не спрашивай. Это длинная история.

— Как раз именно их я люблю! — радостно отметил Ханум, а затем, повернувшись к Руми, продолжил:

— Так вышло, что мы с тобой давно знакомы. Я тебя сразу узнал, как увидел.

— Поэтому спас меня? И взял с собой?

Госпожа Драголин снова взяла в руки демонический клинок и принялась изучать. На лице прекрасной воительницы сохранялось умиление от трогательного рассказа. Однако вскоре она помрачнела, что заметила Руми, хотя и была сосредоточена на купце.

— Скорее нет. Ты мне просто понравилась. Никогда не видел таких необычных фениксов. Твоя история станет жемчужиной моей коллекции. Кстати, я кое-где схоронил свои записи, тебе бы их забрать, когда я уйду. Сама понимаешь…

— Ханум, нет! Я против! — грозно и одновременно горестно взвыла Витэ. — Ты так хотел быть Живущим на Земле! Не отказывайся от этого!

— Тебе опасно волноваться. Я хочу, чтобы плод вашей с Игнэ любви остался в этом мире. Да и потом, у меня есть ещё одно дело в Абероне.

Ханум внимательно посмотрел на Руми, но она не разгадала его взгляд. Драголин вновь отложила меч и тихо, с нескрываемой печалью, произнесла:

— Аймери направляется в Алькашамбр.

Даже небо дрогнуло от этой новости. Дикий холод пробирал до костей и сковывал сердце Руми, которая не могла поверить в услышанное. Зачем перводемону такой риск?

— Он обезумел! — еле выдохнула она. — Там же Сердце Руны, его сразу убьют!

— Хотелось бы и мне так думать, — ответила госпожа Драголин. — Его крылья ещё горят, он изо всех сил пытается долететь до дворца. Хочет найти феникса, который оживит Золотую Орхидею. И, князь Дайерин…

Всё стало понятно. Дер-Су сидел ни жив, ни мертв. В свете костра он снова походил на призрака. Руми впилась ногтями в камень. Хотелось бежать прямо сейчас в столицу, чтобы опередить зло и предупредить фениксов. Только Аймери гораздо быстрее.

— Я должна вернуться. Должна быть с моим народом.

— Я пойду с тобой, — сказал Дер-Су. — Из-за меня та, кто мне дорога, в опасности. Жизнь, бессмертие — всё отдам, чтоб её защитить. Госпожа Драголин, помогите нам! Только вы сможете отнести нас в Алькашамбр!

— Прежде я бы решила, что вы идёте на смерть, — задумчиво произнесла воительница, — но я видела вашу силу. Она воистину огромна. И, я думаю, что именно вы сможете победить Аймери.

— А я останусь с Витэ. Надо бы её вывести из города. Потом у меня свой путь.

— Ханум… — в один голос произнесли Руми и тигрица, а он только улыбнулся.

— Я уже решил. Руми, знаешь, много лет назад, эти горы покрывал дымный кустарник. Какой из него получался табак! Он засох без остатка, когда я покинул своё место ради Руны. Сложно мне дался такой выбор. Даже то, что Духи простили меня, не до конца развеяло тоску. Забери мою трубку и остатки листьев. Больше таких нигде нет. Потом, когда всё закончится, найди в корнях каштана каменный ящик. В том саду, где я ухаживал за тобой. Возьми записи и составь на их основе сборник рассказов под моим авторством. Конечно, свою историю тоже запиши. И обязательно помести в дорогой красивый фолиант. Не думаю, что будущей царице это сложно сделать, а мне приятно.

— Хорошо, Ханум, — улыбнулась сквозь слёзы Руми, — но я не верю, что ты уходишь. Мир посереет без тебя.

— Я рад встрече с тобой, хоть мне пришлось хлопотно. Позаботься о Витэ, когда меня не станет.

Ханум протянул трубку и мешочек. Она спрятала их в широкий карман, который сразу потяжелел и оттянулся. В бою будет неудобно, ещё и мундштук колол ногу.

— Дозвольте мне, госпожа Сингардилион, перенести ваши сокровища, — Драголин погладила свою сложную громоздкую причёску, которую, невесть каким образом, быстро собрала. — Мне не привыкать носить всякое на голове.

— Верно, неплохой выход, — согласился Ханум, и Руми передала его вещи воительнице.

— Друг… — тихо произнесла тигрица, положив на плечо купца лапу.

— Осдэвэль, ты же полководец, не вешай нос! Я пока с тобой! — Ханум дружески похлопал её по спине.

— Ты так уверен, что я выживу? — всё ещё нелепо улыбаясь, дрожащим голосом спросила Руми.

— Уверен, — ласково произнёс купец и обнял её крепко, что даже дыхание перехватило.

Подобрав своё оружие, в вихре зелёных лент госпожа Драголин изменила облик. Руми обняла и Витэ, затем схватила меч и взобралась на спину гигантского ящера, как и Дер-Су. Сначала медленно, а потом всё быстрее, воительница размахивала прозрачными крыльями. Лапы драконессы оторвались от земли, и у Руми сразу захватило дух. Никогда прежде она не летала. Крепко схватившись за длинную шею ящера, она смотрела, как всё меньше становятся фигуры купца и тигрицы, всё дальше — свет костра. Руми и драконы обратили взор на юго-восток. Там в предутреннем тумане скрывалась столица.

Мёртвый Мелех и мутные воды Кручидана быстро остались позади. На душе Руми стало теплее, когда она увидела под собой зелёные поля и деревья. Словно ржавые оковы спали с уставших рук. Если Аймери и проходил здесь, то его след остался неразличим. В этом он оказался «лучше» Сарпентьяра и остальных. Руми старалась не тревожиться. Нельзя дать перводемону победить ещё до боя. Сколько она прошла, сколько лишений претерпела… Лишь бы он не успел никого убить…

Руми хотела услышать голос Дер-Су, но не могла обратиться к князю. Только ветер свистел в ушах. Через несколько часов она устала держаться за гладкую шею драконессы, но просить об отдыхе не смела. Руми думала о Симерионе и родителях, которые вернулись в столице. Образы любимых придавали сил. «Уверен», — услышала она в голове последнее слово Ханума.

Вот и показался Алькашамбр. Величественные башни издали походили на воткнутые в землю шишки. Над многоступенчатыми крышами нависли тяжёлые тучи, будто собиралась гроза. Внутренности Руми сжались. Близилось последнее испытание. Аймери не может покинуть столицу живым. Значит, Руми либо выйдет победительницей, получив Золотую Орхидею, либо сгинет вместе с перводемоном. «Уверен», — вновь короткой вспышкой мелькнул в памяти ответ друга на её сомнения. Она больше не боялась за себя, но продолжал жить страх за непричастных к этой борьбе. «Потерю Игнэ и скорый уход Ханума враг использует как мою слабость, — думала она, глядя на цветущий сад под собой, — но я не дамся. Они сами приняли решение. Я не виновата». «Виновата, виновата», — злобно выл ветер.