Чтение онлайн

Попрощавшись, капитан решил съездить на окраину Москвы, чтобы побеседовать со своим старым знакомым Аристархом Гребенниковым. Тот когда-то дружил с Ковтуном – Котом, мнимым утопленником.

На откровенность рецидивиста Владимир особенно не рассчитывал, но попытка – не пытка. Тем более у него появилась ниточка: Кота-Барсука или очень похожего на него человека видели в метро.

Дома Аристарха не оказалось. "А ведь Серый сбежал!" – эта мысль не вызывала сомнения у Нестеренко. Гребенников обладал прямо-таки удивительным чутьем на опасность…

Аристарх прислушался – соседи по купе спали крепко, дышали ровно и тихо. Прихватив полотенце, вышел в тамбур.

Дверь туалета тщательно закрыл. Сунул руку в нагрудный карман, вынул свой паспорт, разорвал его на мелкие кусочки и, не торопясь, принялся бросать их в унитаз. Когда последний обрывок исчез в сливном отверстии под напором струи, Серый, все так же неторопливо, подпорол подкладку пиджака, достал новый документ, раскрыл, прочитал: "Костиков Андрей Никанорович, год рождения… выдан…" Затем он быстро плеснул водой в лицо, вытерся и возвратился в купе. Собрал постель, вытащил вещи, присел в ожидании остановки – мимо окон уже проплывали станционные фонари. А в памяти пронеслись события последних дней…

Ковтун пришел под вечер. Аристарх собрался истопить баньку и колол дрова в сарайчике, когда задребезжал звонок у калитки и захлебнулся в злом, истерическом лае молодой цепной кобелек.

– Здорово… – гость протянул свою широкую лапищу.

– Наше вам… Стряслось что?

– Ага.

– Заходи в дом. Там и потолкуем.

Барсук иногда заглядывал к Серому, которого хорошо знал по колонии и крепко уважал за сообразительность.

Изменить фамилию и кличку посоветовал Барсуку именно Аристарх. Он же придумал и "несчастный" случай на лесосплаве. Павлу Константиновичу нужен был верный человек. Барсук – туповатый, жестокий и жадный – идеально подходил для такой роли.

– Говори, что у тебя… – Аристарх налил стакан молока и жадно выпил.

Ковтун путанно рассказал историю с чемоданом бородача.

– Так Сяву взяли? – уточнил Серый.

– Ну…

– Ты-то чего забегал? – щурясь, спросил он Барсука.

– Так ведь по-всякому может обернуться…

– Решили пятки смазать?

– Я думал, подскажешь что…

– Не надо пороть горячку. Старик выкрутится. Но сюда больше не ходи! И смотри – ты меня не знаешь, случись что. Понял?

– Да.

– Вот и лады… – заулыбался Серый. – Пока…

Как только щелкнул замок калитки, Аристарх забегал по комнатам, собирая вещи, – панический страх, который он едва подавлял во время разговора с Барсуком, охватил его…

…Фамилия Хрулев показалась капитану знакомой. Долго вспоминать не пришлось: этот человек проходил как свидетель по делу Брокмана. И он же попал в книжку заказчика Ставракиса. Вряд ли тут возможно случайное совпадение. Неужто найден таинственный "X"? Кстати, он жил по соседству с адвокатом и был с ним в дружеских отношениях…

Когда старший оперуполномоченный отыскал людей, знавших Хрулева в лицо, и показал им фотографию из тайника Зиселевича, то они сразу узнали в высоком Хрулева.

Теперь вместе со следователем пришлось сесть за писанину: запросы, справки, копии, требования. Эти документы позже обнажили истинную натуру "заслуженного" пенсионера. Оказалось, что диплом инженера-мелиоратора, офицерская книжка, наградные листы – поддельные. Сведения о работе, занесенные в трудовую книжку, не подтверждались. Почему же Ставракис молчал о нем? Пора, пора вызывать старого мастера…

– …Здравствуйте… – Ставракис исподлобья смотрел на Нестеренко, явно не узнавая его. Он сел на краешек стула, склонил голову.

– Вы знали родственников Брокмана?

– Знал.

– В день убийства вы убирали в квартире адвоката?

– Нет.

Те же "да" и "нет", что записаны в протоколы. Нестеренко знал: у старика стопроцентное алиби. Но у капитана теперь были материалы, которыми следствие прежде не располагало.

– Вы знали Артура Зиселевича?

– Нет.

– А Хрулева?

– Нет.

Нестеренко, внимательно наблюдавший за стариком, успел заметить, как где-то в глубине его глаз на миг мелькнул испуг.

– Вы узнаете кого-нибудь на этой фотографии? – Владимир положил перед Ставракисом найденный в тайнике снимок Зиселевича и молодой девушки.

– Да. Это Зоя, моя внучка. – Ставракис прикусил нижнюю губу.

– А рядом кто?

– Не узнаю…

– Ну как же, Георгий Дмитриевич, ведь это и есть Зиселевич, жених вашей внучки. Здесь, – Нестеренко похлопал ладонью по папке, – есть ее свидетельские показания. Так что будем считать вопрос с опознанием исчерпанным. Не так ли? Вот и хорошо… Теперь перейдем к Хрулеву. Вот он снят вместе с Брокманом. Ознакомьтесь еще и с сообщением ваших старых друзей, которые утверждают, что вы дружили с Хрулевым. Далее: веревка, сплетенная вами, обнаружена на шее погибшего Зиселевича. Как это объяснить?

Ставракис сжал голову руками. Затем поднял на Нестеренко покрасневшие глаза и с ожесточением бросил:

– Значит, он и Артура… А ведь обещал…

Павел Константинович ожидал Бубенчикова со смешанным чувством недоумения и тревоги. Брокман в свое время заочно познакомил их. Когда Филь примчался к нему ранним утром и передал предложение Юродивого, его удивил жалкий вид обычно бравого метрдотеля.

Подумав еще раз о серьезном сбое из-за пропажи чемодана, который вез Зиселевич, Павел Константинович пришел к выводу, что Бубенчиков кое-что знает об этом. А иначе чем можно было объяснить его нахальный визит.

Игнашка курил сигарету, рассматривая убранство гостиной с видом человека, которому некуда спешить.

– Зачем пожаловали, любезнейший? – резко спросил хозяин.

– Так уж получилось, что наши дорожки пересеклись. Друзей моих обижаете.

– А именно?

– Мне придется рассказать не очень приятную для вас историю. И вам станут понятны причины конфликта между Барсуком, которому вы доверяете, – с иронией подчеркнул Бубенчиков, – и Леопольдом Турчинским. С их помощью уплыл груз Зиселевича…

Павел Константинович был поражен до глубины души. Прикрыв веки, он некоторое время сидел безмолвный и неподвижный. Вот кто виновник всех бед! Нет, он не клюнет на наживку, слишком стар. Не придурок Барсук, а именно Юродивый придумал эту затею.

– Вот оно что… – протянул он в бешенстве. – Ты посмел мне помешать? Ты… – он вскочил на ноги. – Юродивый! Поганец! Заплатишь за все! – шипел, брызгая слюной.

С лица Бубенчикова мигом слетела ухмылочка.

– Имей в виду, старый осел, – холодно произнес Игнатий, – ты у меня в руках со всеми своими делишками. Я полагаю, милиции будет интересно узнать о них.