Золотая планета. Тетралогия
Шрифт:
– Сейчас ты бежишь и переодеваешься во что-нибудь спортивное. В такой одежде ты там не нужен, а казенное на тебя не рассчитано. Понятно?
Я кивнул.– Тогда в темпе, долго ждать не буду!
Эта уж точно не будет! Я побежал. Дальше все пошло гладко. Приехали. Заезжали через Восточные ворота, нас не досматривали – сеньора майор лишь протянула дюжему охраннику с деструктором за плечом какую-то бумагу в окно. Попетляв среди дворцовых строений, мы очутились возле того самого бело-розового здания с колоннами, чуть в стороне, на подземной парковке. Рядом стояли бронированные «Либертадоры», «Мустанги», «Фуэго» и другие машины, отличительной характеристикой которых является прочность и надежность. Виднелась и пара легких транспортов, но всего несколько штук. Эти наверняка личные.– Пошли.
Мы вышли на первый уровень, к тому же самому входу, что и вчера. Охранявшая парковку девочка с «Кайманом» в глухой штурмовой броне нас проигнорировала, стража же на входе молча открыла «допросную» и задраила за нами люк.
В допросной меня вновь проверили, такие же молчаливые сеньоры с теми же самыми приборами, но, как и в первый раз, ничего не нашли.
– Иди за мной, – бросила Катарина и направилась куда-то вглубь здания, переходящими в лабиринт коридорами и переходами.
Пару раз мы спускались под землю, причем круто спускались, потом поднимались, из чего я сделал вывод, что да, действительно, розовое здание – лишь головное, вспомогательные же помещения расположены вокруг под ним. Очутились мы в итоге в огромном зале, но уже другом, не для занятий единоборствами. Специализировался он на беговых дорожках: стенки, препятствия, навесные преграды, лабиринты, жуткие конструкции непонятного назначения – этого добра здесь хватало. Тут тоже занимались, девчушки в серых доспехах и открытых шлемах, целый взвод, более десяти человек. Та самая «мелюзга» – уж больно гневные и презрительные крики бросала им вышагивающая рядом незнакомая высокая сеньора-инструктор. Никакого внимания и ажиотажа на сей раз мы не вызвали, девчонки боялись наставницу до чертиков, это читалось даже по их спинам – не было речи, чтобы повернуть голову без ее ведома!
Нас ждали, двое инструкторов с бесцветными незапоминающимися лицами. Не представившись, ничего не спросив, они начали давать указания, что и как я должен делать.
Вечер пролетел, как одна минута. На сей раз он прошел без рукопашек – никто меня не бил, в нокаут не отправлял, за ошибки не наказывал, но лучше б уж били и наказывали. Я бегал. Не так. БЕГАЛ. И вымотался настолько, что с удовольствием пропустил бы прямой в лицо, и хотя бы так, в нокауте, полежал несколько минут. Их в основном интересовало мое ускорение, скоростные характеристики. Спринт, челночный бег, несколько различных полос с препятствиями на время.
Я не вложился ни в одно время, ни на одной полосе, вызвав этим скептические усмешки. Это ж с какой скоростью нужно проходить дорожки, чтобы вкладываться? Я двигался на пределе, раз за разом, но улучшал лишь десятые и сотые. М-да, правильно сказала сеньора полковник, настоящих хранителей я не догоню – время упущено.
Катарина все время находилась рядом. Что-то отмечала на своей планшетке, перебрасывалась словами с инструкторами, но со мной не разговаривала. Понять, что она думает, по лицу было невозможно, но легкое пренебрежение чувствовалось постоянно. Что она может сделать, чтобы поставить палки в колеса, я предположить не мог, но по настрою тренеров, обсуждавших мои «успехи», сложилось стойкое ощущение, что делать ей ничего не придется. Меня и так не возьмут, и без ее каверз. И это плохая новость.
* * *
В школу я проспал безбожно – слишком вымотался вчера вечером. К подземке и от нее бежал бегом, но ноги болели и заплетались, потому все равно явился минут через десять после начала занятия. Повезло, преподаватель не захотел устраивать балаган и молча указал мне на место.
Но после занятия началось. Первой ласточкой стал Хуан Карлос, не набросившийся с вопросами, а отвернувшийся и старательно сделавший вид, что меня игнорирует. Поскольку вины, или чувства обязанности к нему я не испытывал, то решил игнорировать его, будто все идет как надо: захочет – подойдет и спросит.
Подошел. После третьей пары, в столовой. Поставил рядом поднос и сел напротив.
– Кто это?
Вот так, ни тебе здрасьте, ни до свидания.– Катарина, – промежду прочим ответил я, отправляя в рот кусок бекона.
– Я не про имя! – вспыхнул он.
– А про что? – я сделал удивленные глаза.
– Про то, кто она!
– А что, собственно, такое? – начал заводиться я.
– «Что такое»? – он чуть не перешел на визг, обернулся по сторонам и продолжил почти шепотом. – Хуанито, ты вчера садился в машину, стоимостью в пару десятков миллионов империалов! Даже больше, учитывая тюнинг и заделки! И ты спрашиваешь: «Что такое?»
Тут уж я не вытерпел:– И что? Ну, садился я в машину, стоимостью двадцать миллионов? Что теперь, презирать меня? О, а давайте будем игнорировать Шимановского, его же теперь на роскошных тачках подвозят! В буржуи выбился, скотина! Нехрен, не станем больше с ним дружить и разговаривать! У нас классовое родство, мы тут все бедные голожопые, а этот хмырь… Предатель он! Предал наши общие голозадые интересы, что сел в чужую дорогую машину! Так, Хуан Карлос?
Конструктор виновато опустил голову вниз.– Нет. Извини.
Какое-то время мы ели молча. Наконец, он не вытерпел:– Хуанито, ты после того боя изменился. Ты… Другим стал!
– Да? – я удивился. – И с чего ты так решил?
Он задумался.– Даже не после боя. После него ты был нормальный. Ты изменился после визита королевы.
Я и сам чувствовал нечто подобное. Только датировал это событие субботой, встречей с Бэль и Королевской галереей, а не визитом ее величества.
– И что?
– Да ничего, мать твою! – вспылил он. – Она потягала тебя за щечку, приласкала, и ты тут же взбеленился! Крутым себя почувствовал! Пропадаешь где-то, ничего не рассказываешь, с аристократками встречаешься, на хороших тачках разъезжаешь!
– Это не моя тачка, – заметил я.
– Ну и что? – он пожал плечами. – Я на такой вряд ли когда-нибудь проедусь. Вообще! В жизни!
Хуанито, что с тобой? Что происходит? С кем ты связался? Я тебя знаю, это все не просто так. Это конкуренты семьи твоей Бэль? Они тебя шантажируют? Тебе нужна помощь?
На его лице я прочел тревогу и решимость помочь. Да, он трусоват, не без этого, драться вместе со мной против банды противников не выйдет, но в глубине души он человек порядочный. А помочь он может, только не кулаками. Ведь информация – это оружие, а у него есть какие-то собственные каналы, практически кладези информации, самой различной направленности.
– Ты умеешь хранить тайны? – вздохнул я после долгого молчания.
Хуан Карлос думал долго, даже забыл на время о вилке и обеде. Наконец, кивнул.