Золотая планета. Тетралогия
Шрифт:
Она помолчала.
– У меня уже есть Эдуардо, девочки. Я не хочу обжигаться второй раз. Или я сделаю его сильным и целеустремленным, или...
– Или?
– усмехнулась Сирена.
– Или я плохая мать. Во всех смыслах этого слова.
Повисло напряженное молчание. Никто не был согласен с ее величеством, но все понимали разумность логики ее доводов, как и признавали право сей жестокий шаг осуществить.
– Я не буду это курировать. Отказываюсь в этом участвовать!
– безапелляционно заявила Сирена, вскидывая руки. Мишель так же улыбнулась и покачала головой.
– Я тоже.
Лея с победным видом откинулась на спинку, расслабляясь.
– А вам и не нужно. Более того, вам противопоказано - вы не справитесь. Слишком мягкие.
Подруги предпочли оставить это высказывание без комментариев.
– Мишель, сейчас же, в срочном порядке пишешь приказ о возвращении Лока Идальги. Она знает душу нашего мальчика вдоль и поперек, имеет влияние, которое вам и не снилось, и главное, у нее хватит духу на подобное. Вообще, зря вы с нею так поторопились, можно было спустить дело на тормозах, а уже потом разбираться, оставлять ее или нет. Так что пускай возвращается и принимается за работу. Думает, что делать и как, что для этого потребуется. Вы же ей всего лишь не мешайте.
– У меня пока все, - подвела она итог собранию.
– Предлагаю собраться завтра с конкретикой - что и как получается. И по корпусу, вашим действиям по его успокоению, и по нашему мальчику, и по сеньорам аристократам, - кивнула она сестре. Та кивнула в ответ.
– Тяжелое нынче выдалось утро!..
* * *
Январь 2448 г., Венера, Альфа.
– Ты уверена, что хочешь это делать?
Лана задумчиво кивнула. Она чувствовала, что так надо, хотя логика говорила об обратном. Тем звериным чувством, руководившим ее действиями десять лет назад, на далекой Красной планете.
– Мы не найдем его, - потянула она, на ходу ища оправдания. То ли самой себе, своим действиям, то ли перед девчонкой и напарницами.
– Если сейчас отступим, уедем, завтра все следы окажутся заметенными. Я знаю, как работают эти люди: если мы хотим выяснить, в чем дело, надо действовать или сегодня, или никогда.
Бэль тяжело вздохнула и покачала головой.
– Я боюсь за вас. Что вас опять вышвырнут, и...
Лана усмехнулась.
– Куда? Куда вышвырнут? Ну, не будем твоими хранителями, вернемся в резерв. Но это всё, что нам грозит. Нет, Бэль, я "за".
Изабелла перевела взгляд на следящую за завихрениями визора Мамочку.
– Девчонки, зачем это вам? Это моя проблема, моя головная боль. Я не хочу вас ни во что втравливать. Мне в любом случае ничего не будет, а вам... Вас...
Мамочка подняла равнодушный взгляд.
– Слушай, давай так, или мы ищем твоего хоббита, или нет. Если ищем - то ищем. Если нет - зачем брались?
Изабелла хотела возразить, но слов не нашлось.
– Почему хоббита?
– обреченно усмехнулась она.
– Маленький. Незаметный, - начала перечислять Мамочка.
– Все его видели, но никто не знает ни где он в данный момент, ни что с ним. Пока сам на свет не выйдет - ищи его свищи! (z)
Что на такое ответить? Нечего! Изабелла хмыкнула и ушла в себя.
Правда, ненадолго. Минут через пять раздался голос Мэри, следящей за камерами внешнего обзора школы.
– Выходят.
– Увеличила изображение, переместив его поближе к ней.
– Это он?
Изабелла аж подскочила, чуть не влетев лицом в электромагнитный вихрь. Вид одной из камер показывал здоровенного парня, не высокого, чуть выше среднего роста, но широкого и мускулистого. Толстым назвать его язык бы не повернулся, слишком уж он был накаченный, но при беглом взгляде это слово на язык просилось.
– Он.
– Перед глазами всплыла картинка ухмыляющегося лица собирающегося нагло облапать ее подонка. "Хочешь, сделаю тебя настоящей принцессой?" - раздались в ушах звуки его голоса.
...Принцессой он ее сделает! Как же!..
– ...Не кипятись!
– вернул ее в действительность ледяной голос Ланы.
– А?..
Изабелла поймала себя на мысли, что, кулаки ее до боли сжаты, руки мелко подрагивают, дыхание сбито, а мысли далеко-далеко. Плохо, очень плохо. Она принцесса правящего дома и должна уметь держать себя в руках. Даже в таких случаях. Но, господи, как долго она эту сволочь искала!..
– Итак, это он, - констатировала Лана.
– Тогда последний вопрос, решающий. "Да" - да. "Нет" - нет. Берем его?
– Я...
– Или "да", или "нет"!
– повысила голос ее личная хранительница.
Изабелла опустила голову и тихо выдохнула:
– Да...
Лана что-то кивнула сама себе, активировала пятый, общий канал. Лицо ее все это время оставалось эталоном бесстрастности.
– "Девять-один" и "девять-два", занять позиции. "Девять-три", приготовиться. Клиент тот, кто нужно, работаем по плану.
Пауза.
– "Девять-три", работаем ювелирно. С охраной без церемоний, они работают на криминального хефе, но без "синих". "Девять-один", с гвардией в бой не вступать, только отсекать. Даже, если будут в вас стрелять. Как поняли?
– "Прима" - "Девять один", поняли нормально. Не стрелять.
– "Прима" - "Девять три", так точно, поняли нормально
– Повторяю, никто не должен пострадать, - завершила она последнее напутствие. И дождавшись череду ответов, добавила:
– Девчонки, наши действия санкционированы. Любые действия, в том числе подобные. Благословение дал лично его превосходительство, а значит, и королева. Просто сделайте свою работу, как умеете, как должны. Я в вас верю.
Отключилась. И в ответ на вопросительный взгляд Бэль, коротко сформулировала:
– Мы не проводили подобных акций много лет. Тем более так, с места в карьер, без подготовки, без старших офицеров и благословения Совета. Не хочу, чтобы у них в голове крутились лишние мысли.
– К тому же это именно так - нас благословили, - обезоруживающе улыбнулась Мэри, отрываясь от полудюжины визоров, через которые следила за ситуацией.
Тем временем Кампос, ведя под локоток красивую худощавую темноволосую девушку, подошел к одной из подсвеченных на карте маркером машин - большому серо-стальному "Либертадору", вокруг которого прогуливалось двое так же подсвеченных личностей, подозреваемых в причастности к охране сынка криминального дона. Ну-ну, угадали, в обоих случаях, отлично.