Чтение онлайн

В глазах Тобби появился маслянистый блеск. Должно быть, он в красках представил, как Альфред Ланге, объятый пламенем, корчился на полу. Я тоже не раз и не два представляла эту картину, испытывая истинное наслаждение.

— Что ж, давайте посмотрим, — сказал профессор и опустил первый из выбранных артефактов на спину Дамьена.

Некоторое время ничего не происходило. Профессор осторожно придерживал пластинку артефакта кончиком пальца, и в лаборатории царила напряженная тишина. Затем артефакт вздрогнул и рванулся в сторону, пытаясь убежать, но профессор не позволил.

— Нет уж, голубчик! — проговорил он. — Лежи-лежи. Нам нужно помочь замечательному молодому человеку. Лежи!

Артефакт повозился еще несколько секунд, а затем вдруг вспыхнул бледно-голубым пламенем и, разбрызгав во все стороны пригоршни ослепительно сияющих брызг, успокоился и замер.

Тобби и профессор обменялись одинаково встревоженными взглядами, и Брауле промолвил:

— Дерек, я такого никогда не видел.

Тобби поднялся и подошел к Дамьену. Сняв артефакт с его спины, он взвесил кусок серебра на ладони, подбросил и произнес:

— Все, теперь можно выкинуть.

— Королевская кровь, — вздохнул профессор и обратился уже к Дамьену. — В вас течет кровь коронованных владык, дитя мое. Она обладает определенными магическими свойствами и обнуляет некоторые артефакты.

Дамьен вздрогнул всем телом и медленно сел, свесил ноги со стола. В лаборатории воцарилась глухая тревожная тишина. Все мы смотрели на Дамьена, а он не сводил с меня испуганного взгляда, словно, как и раньше, извинялся за то, что причиняет какие-то неудобства.

Первым тишину нарушил Тобби.

— Бастард? — предположил он. — Жена Жирного Юргена изменяла ему с королем?

— Это уже не важно, кто кому изменял, — ответил профессор, протягивая Дамьену полотенце. — Факт налицо, в молодом человеке королевская кровь.

Тобби прищурился и неожиданно посмотрел на Дамьена так, как голодный кот не посмотрит на миску со сметаной. Он подошел к столу и задумчиво провел кончиками пальцев по ключице и плечу Дамьена — это был настолько жуткий жест, что я едва сдержала вскрик.

— Ну почему же, — в голосе Тобби прозвучали отчетливые алчные нотки. — Это очень важно. Беренгар, вы знаете, кто сейчас у нас на троне?

Профессор удивленно посмотрел на Тобби, не понимая, к чему этот вопрос.

— Эван, я полагаю? Кто же еще?

— Нет, — мурлыкнул Тобби. — На троне у нас некромант, колдун и выродок. Убийца короля и брата. А это… — он вновь погладил Дамьена по плечу. — Это бомба, друзья мои. Нам только надо придумать, как именно ее взорвать.

— Больше не прикасайтесь ко мне, — произнес Дамьен с непривычной уверенностью в голосе. То ли принадлежность к королевскому роду придала ему сил, то ли он слишком сильно испугался.

Мы сидели в отдельном кабинете лучшего ресторана в Эбердине, и официант только что принес наш заказ. Я смотрела на изящную куропатку в окружении разноцветных осенних овощей и понимала, что мне кусок в горло не лезет.

Дамьен не просто скромный переплетчик. При грамотном стечении обстоятельств он займет трон.

В голове не укладывалось.

— А что не так? — поинтересовался Тобби, разрезая ломоть мяса на одинаковые кусочки.

— Жутко, — признался Дамьен. — Словно мертвец дотронулся.

Тобби ослепительно улыбнулся и выразительно посмотрел на меня. Дамьен поймал этот взгляд и понуро опустил голову.

— Никто не жаловался, — произнес Тобби и вдруг цинично усмехнулся и покачал головой. — Королевская кровь, надо же. Теперь понятно, почему Эвгар хочет тебя убить. Ему не нужны конкуренты.

— Я ему не конкурент, — откликнулся Дамьен. — Корона мне не нужна.

— А это, радость моя, уже не тебе решать, — осадил его Тобби. Я отложила вилку — чудесная куропатка так и не вызвала аппетита — и сказала:

— Почему Эвгару понадобился именно артефакт Смерти? Причем самый сильный за всю историю? Если надо убить конкурента, то пуля справится с этим лучше артефакта.

— Значит, дело не просто в конкуренции, — произнес Тобби. — Беренгар уверил, что закажет артефакты в Поднебесной империи, они знают способ обходить влияние королевской крови. Тогда можно будет выяснить, что именно сделали с этим милым юношей. А пока… Вера, почему ты не ешь?

Я задумчиво покосилась на Тобби, слегка недоумевая, откуда бы взяться такой заботе.

— Мне кажется, Дамьену сделали пересадку души, — негромко промолвила я. Слова рождались тяжело, с болью. Потому что если мое предположение окажется правдой — я потеряю единственного дорогого человека. — Первое имя Господа оживляет мертвую материю, дает разум и речь бессловесному, отторгая его душу. Знаки, которые были в башне Кастерли.

Дамьен и Тобби посмотрели на меня с одинаковым видом — испуг, сквозь который пробивается понимание.

— Альфред был великим некромантом, — продолжала я. — Он вполне мог предвидеть свою скорую смерть. И деревенскому дурачку пересадили часть его души… вполне себе попытка обрести бессмертие.

Тобби откинулся на спинку стула и нервно забарабанил пальцами по столешнице. Губы Дамьена задрожали. Зная, какой сволочью был мой муж, он во всей полноте ощутил ужас существования в одном теле — с таким человеком.

— Не может быть, — твердо произнес Дамьен. — Нет, это невозможно.

Тобби покосился в его сторону и, судя по выражению лица, прикидывал, как бы снять с Дамьена шкуру. Жертва некромантического ритуала наверняка должна умереть.

— Надо дождаться артефактов, — спокойно сказал Тобби. — Тогда и выясним, права ли Вера или нет.

— Невозможно… — повторил Дамьен, но решимость в голосе уже не была такой твердой, как раньше.

— Возможно, — выдавила я. — Если в тебе часть Альфреда, то это объясняет, почему ты не умер после той ночи…

Дамьен опустил голову — по его щекам разливался стыдливый румянец. Тобби вопросительно посмотрел сперва на него, потом на меня.

— Что за ночь? — спросил он тоном, не предвещающим ничего хорошего. — Чего еще я не знаю?