Чтение онлайн

– У меня сигнализация, камеры напротив соседнего магазина, ни разу меня не подвели, - Я обрадовался. У меня теперь тоже была защита, но эти мысли мигом меня покинули, оставив только мысли о том, что я недооценил Елену.

Вышивка была великолепной. Елена приехала на энтузиазме, приехала и раскидала всех и вся, вручив мне, мой манжет к будущей рубашке, - Если бы, я знала крой, мне бы было легче, а так, я чисто импровизировала.

– Я, ещё сам крой не знаю.

– Вот и говорю, импровизировала, - Платье было тоже самое, и присмотревшись к её спине, я понял, что строчка шва была еле – еле расшита.

– У, вас спина расходится.

– Я, знаю. Специально так сделала, у меня никак руки не доходят оформить шнуровку.

– Зачем? – Моему удивлению не было предела, так как, я уважал и чужое мнение, и чужой труд. Платье было чудное.

– Оно не закончено, я не хочу ходить полуголая, - Вопросов было больше, чем ответов. Елена либо шила сама, либо была близко знакома с кем-то из кутюрье. Лёгкая ревность дала о себе знать, но только на профессиональном уровне. Я хотел, чтобы все одевались у меня, но ни терпения, ни времени, у меня бы не хватило, чтобы всех одеть. Открывать, что-то масштабное, я не хотел, а своих рук бы не хватило. Требовалось спросить, кто шил для Елены.

– Я, сама шью, - Ответ меня поразил. Что-то кольнуло в груди. Эта женщина мне нравилась, но вот такие вот моменты, которые ставили её на тропы конкуренции со мной, играли со мной, дурную шутку.

– Вот как. И многих одеваете?

– Только себя. Не люблю. Я больше за приключения, - Здесь, я и вовсе поразился.

– Какой же муж, согласиться сидеть дома, когда его дама, так охотно везде катается.

– Ну, я и ищу такого, кто бы смог меня усадить дома, - Я был поражён. Я, ожидал услышать много чего, но не тех слов, которые мне показали, что дама стремится к уюту.

– Вы серьёзно мне это сказали? Вы всё продолжаете, разбивать мне все стереотипы о вас.

– Ну, мои ноги и правда любят юбки, - Я не знал, к чему она мне это сказала, а когда вспомнил, что при знакомстве, она попутала себя со старой каргой, мне вдруг стало стыдно. Её магазин всегда был чист, это я педант, искал каждое пятнышко, что могло испортить мне мой наряд. Моя бы жена мне подивилось. В этом тоже была причина того, почему, я до сих пор был не женат. Дни побежали своей чередой. Оборачиваясь назад, я спешил к Елене, в надежде, что она всё же откроет мне тайну своего мировоздания, но женщина ездила по интересным местам, скупала там всякий хлам, а потом либо переделывала его, либо продавала прямо так. Увидев возле её магазина доисторическую карету, я подумал, что она обанкротилась.

– Отец убьёт, отец убьёт, - Я был солидарен с её бредом. Отец Елены был выдающейся личностью, не только в нашем городке, но и во всей республике. Оперный певец, он так нравился женщинам, и их мужьям, что мне иногда хотелось самому жениться, чтобы посещать его концерты в паре.

– Почему он вас убьёт?

– Этот канифол, стоит как весь мой магазин.

– Ваш магазин такой дорогой?

– В нём сейчас не пусто, - Я присвистнул, и подумал о том, сколько же бисера, сейчас находится в залежах у мадам.

– Вам помочь?

– да, мне его нужно отогнать.

– Ой, это не ко мне, - Я умел водить, но моя белоснежная блуза, была мне дорога, причём вышитые рукой Елены узоры, мне были ещё дороги, как память.

– Тогда сама, - Подол любимого платья Елены, не иначе, коснулся земли, а потом женщина подняла свою ногу, в тяжёлом ботинке, и я вздохнул, помня, слова о том, что её обувь – это её оплот. Красивая, и изящная нога ступила на парапет машины, и Елена подтянулась, упираясь всем своим весом, на подошву туфли, чтобы буквально вспорхнуть в этот доисторический агрегат, - Слава всем богам, что вы ещё живы, не знаю, чтобы делала без вас.

– Вы, из-за этого, носите эту обувь.

– Да. Грегори делал мне их давно, они ещё живы, - Я зауважал Елену. Грегори был известным обувником, и его обувь жила и у меня, - Почему такие грубые?

– С дизайном были проблемы, - Я рассмеялся. Эту изюминку обувника, я знал. К сожалению, дизайн своих туфель, я дорабатывал сам, а вот у Елены, видимо с этим были проблемы, - У, меня было много эскизов, но Грегори тогда болел, и сказал, что он слаб, чтобы выбирать между красотой, и красотой. Я оставила ему тогда все эскизы, и сказала, чтобы он выбрал для себя, наиболее простое, он и выбрал. Совместил всё, что, я тогда нарисовала, и принёс мне это чудо. Мне подошва нужна толстая, а руки крепче, чем у Грегори, я ещё не видела, - Я в этом не сомневался, но гордо про себя заметил, что моя рука очень крепка. Я любил делать тапочки, но вот обувь, я не пробовал делать ни разу. Загоревшись этой идеей, я разочаровался в себе. Оказывается, для этого требовались курсы, или какие другие обучающие материалы, которые бы показали мне, как делать обувь. Тапочки, я кроил по носкам, с туфлями же было всё, намного проще. Выбрав Елену, как казначея, собственных идей, я спросил у дамы, есть ли у неё время, чтобы провести со мной один эксперимент. Мне, не отказали.

– У вас рука лёгкая, для такого занятия.

– Как вы, это поняли? – Я пытался не обидеться.

– Вы, с тапочки начинаете.

– Что? – Глаза Елены выражали смех, но лёгкий. Женщина была красива, и осознанно понимая, что я держу в своих ладонях аккуратную стопу, сыграли со мной, не слишком добрую шутку. Я был в порядке, мой крой позволял мне, любую вольность моего организма.

– Бенджамен, а почему, вы сказали мне в прошлый раз, что в моём магазине грязно.

– Пятна после дождя были.

– Я, после дождя, могла не заметить, - Елена никак не могла отпустить этот момент, и еле вздохнув, я невзначай коснулся лёгкой стопы женщины. К моему удивлению, женщина никак не отреагировала. Мазнув пальцем ещё раз, я удивился. Эксперимент набрал обороты, и под конец, мадам пообещала мне въехать своей стопой, по подбородку. Губу, я подобрал знатно. Елена меня заинтриговала, и не подавая мне, никаких знаков внимания, она интриговала меня ещё больше, и ещё больше. Так приближалась осень.

– Альберто, Альберто, - Мой друг обернулся, и каково было моё удивление, когда к нам, на всех порах, без одной туфли, бежала сама мадам моего времени. Елена была красива. Её платье было другим, и развиваясь подолом на ветру, она угрожала кому-то туфлёй.

– Я, всё объясню.

– Что, вы мне объясните? Что, я буду делать с этой очередью? – Про очередь, я был наслышан, но я не понимал, почему Елена так кипишит.

– Они просто хотят, чтобы у них была точно такая же вещь.

– Я не могу, я не хочу. Я, же вас предупреждала, почто такая популярность?

– Я, думал, что можно. У Бенджамена же воротник в вышивке, - Я начал понимать, с чего такой ажиотаж.

– Клиенты?

– Хуже, очередь. Одна вышивка занимает от двух недель, до месяца, а там такие заказы, что я могу смело закрывать магазин, и уходить в это ремесло.

– Так, это же хорошо.