Чтение онлайн

Катаока улыбнулся своей резиновой улыбкой:

– Мы не собираемся сворачивать работы.

– Вот и прекрасно.

Японец наморщил лоб:

– Что же касается обеда… пожалуй, вы правы. Жизнь моих людей мне дороже золота. Я устрою более торжественный обед, чем намеревался. Мы докажем всему миру, что цифра «восемь» – счастливая для нас.

Вечером в саду дома, в котором жили японцы, был устроен торжественный обед. Осторожный Катаока не пригласил никого из посторонних.

Сузуки заметил: как ни старались его коллеги продемонстрировать свое прекрасное настроение, их лица вовсе не излучали радость. Именно тогда в его душу закралось сомнение: есть ли на дне это проклятое золото, – сомнение, не покидавшее его до самого конца.

На следующее утро все снова были в боевой готовности. Работы по очистке корабля от камней подходили к концу. Вакино приказал поднимать части парохода, и при помощи лебедки огромный кусок борта с иллюминатором оказался на берегу.

Иси, торжествующе улыбаясь, воскликнул:

– Теперь оно от нас не уйдет!

Вера этого человека в сокровища на «Принце» просто поражала.

Мио помнил, как плясал водолаз, найдя на дне английские золотые монеты.

– Я без пяти минут богач!

– Что ты сделаешь со своими деньгами? – спросил его Сузуки.

Именно Иси подсказал ему идею, которой он воспользовался впоследствии:

– Открою подобную фирму. Ведь лучше этого я ничего не умею.

Мио не стал его разочаровывать. Своими подозрениями он тогда ни с кем не поделился. Да и зачем? Кто из них сейчас может знать наверняка, есть ли на дне золото?

Первыми, кто стал открыто заявлять о неудачах японской фирмы в Балаклавской бухте, были английские и германские газеты.

Потрясая ими в воздухе, Като кричал, брызгая слюной:

– Эти олухи обвиняют нас в том, что мы не там ищем.

Вакино невозмутимо произнес:

– А как же те вещи, которые мы извлекли на поверхность?

Коммерсант сунул ему под нос пахнущий типографской краской листок:

– Читай. На это у них имеются свои возражения. Корабль, старательно расчищаемый нами от завалов, – вовсе не «Черный принц».

«Японцы сделали ту же ошибку, что и русские, – писала газета. – Они не пожелали как следует изучить исторические документы, для того чтобы точно определить местонахождение корабля. Вероятно, уверенные в своей непогрешимости, водолазы проигнорировали сведения, полученные от итальянцев, дескать, при своей ужасной технике те ни в коем случае не могли найти затонувший пароход. Однако махнем рукой на русских. Широта их натуры известна так же, как и беспечность. Но японцы! Где их хваленые качества? Впрочем, они вроде бы что-то отыскали. Нет, не золото, а части какого-то судна. Что ж, пожелаем им удачи. На дне Балаклавской бухты еще много всякого хлама».

Увидев эту статью, Катаока схватился за сердце:

– Шакалы! Они подрывают авторитет нашей фирмы!

Окинув свою команду безумным взглядом, он произнес:

– Среди нас есть сомневающиеся в правильности выбранного пути?

Все молчали. По унылым лицам коллег Сузуки прочел: сомневающихся более чем достаточно.

Главное, было непонятно, почему же такой специалист, как Катаока, пренебрег возможностью лучше узнать о местонахождении «Принца»? Почему Вакино, Иси и Ямомато не подсказали ему?

Вероятно, чувствуя свою вину, директор фирмы громко воскликнул:

– Мы ведь не отступимся, правда? Мы еще докажем всему миру, на что способны.

Этот призыв был поддержан слабыми возгласами. Даже всегда оптимистично настроенный Като впал в состояние депрессии.

Несмотря на неудачи, японцы терпеливо продолжали делать свою работу и были вознаграждены.

Однажды в первых числах сентября везунчик Ямомато, в очередной раз опустившись на дно вместе с Сузуки и продолжая исследовать останки корабля, взмахом руки привлек его внимание.

Мио, не заставив себя ждать, через секунду стоял возле него. Водолаз указывал на ямку, оставшуюся на месте небольшого камня. В ней что-то блестело.

Сузуки подошел поближе. Тусклые солнечные лучи, пробиваясь сквозь толщу воды, осветили золотую монету.

Мио нагнулся, чтобы взять ее в руки, однако Ямомато остановил его и оказался прав.

Поднявшись на поверхность, они сообщили о находке Катаока. Глаза директора загорелись.

– Это английская монета?

– Да, – с готовностью ответил Ямомато. – Кажется, на ней был изображен всадник на лошади.

Лицо Катаока вытянулось:

– Это же Георгий Победоносец! Мы на правильном пути! Вы взяли ее?

Сузука отрицательно покачал головой:

– Нет.

Директор кивнул:

– И правильно сделали. После всей этой газетной шумихи нас могут обвинить в том, что мы ее попросту подкинули, и акции нашей фирмы не только не поднимутся, а упадут в цене. Пригласите ко мне доктора Павловского.

Услышав о находке, доктор примчался со скоростью звука. С силой дернув дверную калитку, он влетел в сад, где Катаока пил утренний чай.

– Вы действительно нашли золото?

Японец усмехнулся:

– Возможно. Обращаюсь к вам с просьбой засвидетельствовать нашу находку.

Павловский с недоумением уставился на него:

– Зачем?

Директор подробно объяснил, в чем его могут обвинить.

Доктор кивнул:

– Хорошо, я согласен.

Вскоре он уже спускался на дно.

Весть о находке моментально облетела окрестности Балаклавы. Не только водолазы, но и жители этого маленького городка осматривали ее с каким-то благоговением. Лишь дед Мирон скептически улыбался.

– Почему ты так реагируешь? – спросил его Даниленко.

Старик почесал затылок: