Чтение онлайн

— Чтоб у меня крылья отсохли, — наша вторая парикмахерша выронила тряпку из рук, которой протирала стол. — Элисиль, милая, не злись, — медленно начала Анис, будто пытаясь меня успокоить. — Это же Лаян! Будто ты ее не знаешь! У нее мозгов мало…

— Эй! — возмутилась девушка.

— Цыц! Элис, Лаян у нас глупенькая, просто любит внимание привлекать. Ты, главное, не серчай на нее. Мы же знаем, что с темными магами шутить опасно… Она сейчас извинится! Да, Лаян? — она повысила голос и посмотрела на нашу неоскверненную умом визажистку.

— Ни в жизни! Ай! — ей дали подзатыльник, после чего "Мальвина" снова посмотрела на меня, испуганно икнула и закивала головой, как болванчик. — Да-да… Извиняюсь. Так уж и быть.

Честно, ее извинения были мне фиолетовы. Но! Я здесь работаю о-о-очень долго, но ни разу не говорила, что являюсь темным магом! Ни разу! Как они…?

И тут я посмотрела в зеркало. Да чтоб ливень никогда не прекращался! Вены! У меня выступили черные вены вокруг глаз! Я уже и забыла, как они выглядят! Забыла, что у меня они есть!

— Так, дамы! Что здесь происходит? — спускаясь по лестнице со второго этажа, Маин хмуро посмотрел на нас.

— Ничего, господин н'Юлиот! — хором ответили мы, а он только закатил глаза.

— Женщины! Вечно они говорят, что ничего не было, а у самих…! Эх, ладно. Элис, мне долго тебя ждать? Идем, а то до открытия не успеем!

Я еще раз взглянула на свое лицо, которое казалось более хищным и опасным из-за вздувшихся жилок под ресницами, и побежала наверх, в кабинет начальства.

Кофейного цвета стены с висящими на них дипломами и гарантиями качества, вечно-закрытые угольные шторы, дорогой паркет, стол с удобными кожаными креслами и дополнительное освещение около большого зеркала. Интерьер этого помещения никогда не менялся. Дорого, стильно, но без лишней помпезности, как и положено начальству элитного салона красоты. Сдержанно и со вкусом.

Маин зашел вслед за мной и закрыл дубовую дверь на ключ, чтобы нам никто не помешал. Щелчок в замочной скважине звучал даже как-то зловеще, не предвещая ничего хорошего… И это было бы так, если бы я не знала своего начальника.

— Как же я по этому соскучился, — он нежно обнял меня сзади, уткнувшись носом в мою макушку. Его горячее дыхание немного обжигало кожу, щекоча напряженные нервы, а длинные пальцы уже успели запутаться в моих волосах. — Любимый запах ро-о-озы.

— Так ты меня специально тем чаем отпаиваешь? Чтобы я розами пахла? — усмехнулась я, пытаясь расслабиться. По коже словно ток пробежал, заставляя все мое тело покрыться мурашками.

— Не порть момент, — хрипло буркнул он, оторвавшись от моей макушки. — Каркаде — это гибискус. А ты и без моего чая божественно пахнешь… ммм… ах… розами, — томно прошептал он мне на ушко, а я закатила глаза. Да-а-а… Со стороны мы действительно выглядим, как любовники! А сейчас… 3… 2… 1… — Во-о-олосы-ы-ы! Какие прекрасные во-о-олосы-ы-ы! Люби-и-имые!

На самом деле, Маин просто обожает мои волосы и ничего более, кто бы что себе не придумывал и какие бы слухи не ходили.

Как наш начальник, господин н'Юлиот был мастером на все руки. Самый лучший мастер маникюра, визажист и, конечно же, парикмахер! Ох, как он любит работать с волосами! Насколько я знаю, Маин выходец из знатного рода, но наш салон красоты — это его страсть! Отдушина! Он и дня прожить не может без своей любимой работы! Поэтому моя отработка заключается в том, что мой друг будет извращаться над моими волосами! А если я сильно провинюсь, то мне еще обеспечен макияж по всем правилам! Так и живем…

— Вот поэтому, Маин, — тяжело вздохнув, обратилась я к своему другу, даже не пытаясь вырваться из железной хватки, — у тебя все отношения длятся где-то месяц или три, если повезет. Ты любишь не энлидов, а их внешность!

— Неправда! — надулся блондин, ведя меня к большому зеркалу. — Я просто ценитель прекрасного! И это нормально, что мне нравятся модели с очаровательными особенностями, будь то красивое тело или… — он прижался щекой к моим волосам и судорожно втянул воздух, словно одержимый (у каждого свои странности!). — Ах… Или шикарные волосы.

— Ты даже называешь окружающих не энлидами, а моделями, — покачала я головой, пододвигая к себе кресло и понимая, что все это бесполезно. Вот есть у фея пунктик и все тут! Хоть вешайся, ничего не поможет! — Вот почему ты со своим парнем вчера расстался?

— Он… Он сделал короткую стрижку, которая ему совсем не идет. Так еще и не у меня в салоне (гаденыш)! И перестал за собой следить… — заняв удобное положение, я через зеркало выразительно посмотрела на мужчину. — Ратх перестал бриться! И постоянно бегает в ипостаси волка! А я ненавижу запах мокрой псины! — о боги, он заставил оборотня бриться…

— А его внутренний мир тебя не волнует? Ты хоть помнишь, какой у него любимый цвет? Предпочтения в еде? Ты хоть раз интересовался им, а не его внешностью? — каким бы хорошим не был мой начальник, Маин был достаточно поверхностной личностью. Он редко (почти никогда) решался рассмотреть в ком-либо хорошие качества. Погрузиться в мысли кого-то другого, любить всей душой, несмотря на изъяны тела — это не про моего босса. — А если я отстригу свои волосы, ты тоже меня бросишь?

— Нет! Ни за что! Элис, малыш, ты же мой друг! Я буду с тобой до конца! — хмурясь и метая молнии серыми, как небо перед грозой, глазами, фей приобнял меня за плечи.

— И ни за что не бросишь? — голос был, как и всегда, лишен ярких эмоций, но в груди завозился склизкий червячок сомнения, неприятно разъедающий плоть вокруг сердца. Я была уверена в Маине, но… Вечно есть какое-то "но", что не дает нам спокойно жить.

— Я тебя от тех ненормальных забрал, а значит ни за что не брошу, — мужчина убрал волосы с моего плеча и провел костяшками пальцев по уродливому шраму, который рассекал шею с левой стороны.

И ведь действительно, это мой главный и самый страшный изъян, который я прятала за волосами. Но, несмотря на это, лютый ценитель прекрасного, что иногда культивировал непостижимые идеалы, даже не думал отворачиваться от меня. Удивительно, но я была тем самым исключением, к которому он присмотрелся. Которому он заглянул в душу и принял, как родного.

— Не заживает… — казалось, фей испытывает физическую боль, смотря на рваные лоскуты кожи. Нет. Не из-за того, что это некрасиво, а потому что он знает причину их возникновения.

— Кинжал был пропитан ядом, что останавливает регенерацию. Он никогда не заживет, — я прикоснулась пальцами к руке Маина и ободряюще улыбнулась, пытаясь успокоить его. Или себя?

Я до сих пор помню тот страшный день…

В самых кошмарных снах мне все еще является тонкий, серебряный кинжал и ее безумные глаза…

Нет. Я не хочу об этом вспоминать. Не хочу!

“Мерзкая дрянь! Это ты во всем виновата! Черная! Черная душа должна умереть! Проклятая темная тварь! Ты все испортила! Умри же!” — с пеной у рта кричала женщина, пытаясь зарезать собственного ребенка.

Нет! Не надо! Хватит!

— Времени не так много, — вырвал меня из воспоминаний бархатный голос директора салона. — Сделаю косичку, как и всегда?

— Угу, — буркнула я, смотря на свое отражение в зеркале.