Чтение онлайн

Либби решила нанять лошадь. Она пошла в конюшню и выбрала большого гнедого коня.

Она решила не оставлять детей в городе, хотя днем Хэнгтаун был пуст, но беспорядки могли вспыхнуть в любую минуту: мужчины брались за оружие почти по любому поводу. Либби не могла поверить своим глазам, когда с дороги убирали трупы как мусор. Из бара только и было слышно: «Бедняга, ему сегодня здорово досталось». Потом кто-то говорил, что ему нечего было дергаться и все было бы о'кей.

Каждый день Либби уезжала из Хэнгтауна, стараясь встретить побольше людей, чтобы расспросить их. Дорога то спускалась, то резко поднималась вверх, и Либби с трудом держалась в седле. «Хорошо, что я выбрала хорошую лошадь», — думала она, когда приходилось переходить вброд реку или идти по узкому крутому переходу. Большинство поселений днем пустовали. Каждый человек, способный держать в руках лопату, был на своем участке, и Либби могла поговорить с очень немногими, только с теми, кто был болен или получил травму.

Старатели спешили набрать побольше золота, и когда она задавала им вопросы, они только пожимали плечами и продолжали копать. Поэтому Либби вскоре убедилась в справедливости Джорджа. Здесь был закон — ничего не спрашивать и ни о ком не расспрашивать. Проездив шесть дней под жарким сентябрьским солнцем, Либби стана думать, что делать дальше. Девочки спали, и она осторожно разложила на кровати оставшиеся деньги. После оплаты счетов за номер и еду, у нее осталось денег на пару недель пансиона в гостинице.

«Я не могу вернуться, — твердила себе Либби, — у меня нет денег на дорогу, я не хочу снова рисковать жизнью детей. Все, что остается — это сидеть и ждать здесь». Либби посмотрела на спящих детей и подумала, что они сами будут искать золото, чтобы выжить.

Утром она пошла искать Джорджа.

Увидев ее, он первым делом спросил:

— Есть ли какие новости о вашем муже?

— Пока нет, — ответила Либби. — Вы можете подсказать, где я могу найти более дешевое жилье? Я могу сама готовить.

— Есть пара заведений с меблированными комнатами, но в них живут по десять человек в комнате. Людям все равно, где спать — в палатке, бочке или под деревом. Но когда пойдет дождь, все будет забито, — он с сожалением посмотрел на Либби и добавил: — Здесь нет места для женщины, а тем более для маленьких детей. Я советую вам переехать в Сан-Франциско, который скоро станет настоящим европейским городом.

Либби хотела сказать, что она бы так и сделала, если бы у нее были деньги, но вместо этого она гордо посмотрела на Джорджа.

— Я не уеду, пока не найду мужа, — сказала она. — И я смогла бы это сделать, если бы мне кто-нибудь помог.

— Почему бы вам не подождать мужа в Сан-Франциско или в Сакраменто?

— Мы останемся, даже если мне придется копать землю, чтобы платить за жилье, — сказала Либби.

— Вы не сделаете этого! — ужаснувшись, воскликнул Джордж.

— Почему? Я не боюсь работы, — сказала она с надменным видом.

— Думаю, вы не совсем понимаете, куда вы попали. Сейчас никто не может запросто прийти и начать намывать золото. Каждый клочок земли застолбили, по крайней мере, в тех поселениях, куда вы можете добраться. Люди перелопачивают тонны земли, чтобы добыть хоть крупицу золота, просеивают ее и кидают в сторону, ваша спина не выдержит такой работы.

— Ну а что вы можете предложить? — зло спросила Либби, потому что она уже видела, как работают золотоискатели, и в глубине души была уверена, что эта работа не для нее. — Вам в отеле нужна помощница?

Джордж отрицательно покачал головой.

— Леди, от вас у меня голова лопнет. Мне придется стоять у вашей двери с пистолетом и отгонять пьяных старателей. Если вы будете здесь работать, то они подумают, что вы девочка для развлечений, а мне кажется, что вы этого не хотите. Но если вам это подходит, то вы сколотите здесь состояние.

— Конечно, нет! — Либби выскочила из комнаты.

Она бродила по городу, пытаясь успокоиться. Пройдя полгорода, она наткнулась на новый тент с табличкой: «Торговая лавка мистера Хопкинса». Вокруг были сложены бочки и мешки, а внутри ящики со сковородками, лопатами, табаком, ботинками и грубыми хлопковыми комбинезонами. Ее глаза встретились с глазами человека с бородкой.

— Бог мой, как вы меня напугали, — улыбаясь, сказал незнакомец. — Я думал, что, будучи оторванным от мира, я начал сходить с ума и у меня начались галлюцинации. Как вы сюда попали?

Либби чуть удивилась, что незнакомец высок, строен и слишком хорошо выглядит, чтобы быть владельцем лавки.

— Я здесь всего неделю, — сказала Либби, — приехала искать мужа, но пока безрезультатно. Она пробежала глазами по ценникам: лопата — 15 долларов, штаны — 12 долларов.

— Вы в здравом уме торговать по таким ценам?! — не удержавшись, воскликнула Либби.

— Знаю, что цены немыслимые, — согласился он, — но здесь везде так. Золото — всему голова. Пока есть золото, они будут платить любые деньги. Я собираюсь неплохо заработать, продавая и поставляя сюда товары, — он протянул Либби руку: — Марк Хопкинс, к вашим услугам.

— Либби Гренвил из Бостона. Я ищу мужа. Его зовут Хью, он англичанин, высокий, стройный мужчина с кудрявыми волосами. Не попадался ли вам такой?

— Они здесь все на одно лицо: бороды, шляпы, надвинутые на глаза, — сказал Хопкинс. — Я мог обслужить здесь и обезьянку, не заметив этого. А. где вы остановились.

— В отеле, но собираюсь переезжать, там слишком дорого.

Хопкинс улыбнулся.

— Уверен, вам уже предлагали постель и содержание, но уверен, вы отказались.

Разговаривая с приятным, доброжелательным человеком Либби поняла, что все время была в напряжении, боясь чужих людей. Внезапно она ощутила тяжесть, лежащую все эти месяцы на ее плечах. Раньше она не знала, что такое ответственность. Домом управляли ее родители. Либби только выбирала гувернанток для девочек, да еще выбрала Хью. Ни гувернантки, ни, возможно, Хью не были хорошим выбором.

— Вам не нужна помощница? — в надежде спросила Либби.

— Нет, сейчас нет. У меня только одна повозка с товаром. Когда все продам, то поеду в Сан-Франциско и привезу уже две, потом четыре, пока не сколочу нужную мне сумму. Позднее мне понадобятся люди, но сейчас нужно экономить каждый пенни.

Он улыбнулся в замешательстве.

— Я бы хотел вам помочь, но сейчас вы должны выкарабкиваться сами.

— Понимаю, — сказала она, уходя.

«Что я буду делать, когда кончатся деньги?» — думала она.

— Знаете, что я вам скажу, — послышался за спиной голос Хопкинса. — Я бы мог дать вам брезент, чтобы можно было сделать навес. Ваши вещи с собой?

— Все, что у меня было, исчезло вместе с фургоном, свалившимся в пропасть.

— У меня есть хорошая датская печка и пара одеял. Я продам их вам по оптовой цене.