Чтение онлайн

В Сан-Луис мы въехали в конце дня. Это был приятный маленький городок, все его жители были испанского происхождения. Мы поставили лошадей в кораль и снова наняли человека присмотреть за нашими вещами. А потом пошли пешком в лавку Саласара. Жители здешней округи приходят сюда за припасами и новостями. Лавку завела тут семья по фамилии Гальегос, а потом уже её перекупил этот Саласар.

Народ в городке жил мирный и дружелюбный. Эти испанцы осели в здешних местах много лет назад и устроились неплохо. Мы зашли в лавку купить кое-какие мелочи, как вдруг женский голос произнес:

– Сеньор?

Мы обернулись; женщина обращалась к Кэпу. Едва увидев её, он поздоровался по-испански:

– Буэнос диас, Тина. Давно не виделись.

А потом повернулся ко мне:

– Тина, это Телл Сакетт, брат Тайрела.

Она была красивая маленькая женщина с замечательными большими глазами.

– Здравствуйте, сеньор. Я чрезвычайно обязана вашему брату. Он помог, когда мне было трудно.

– Он добрый человек.

– Си... очень добрый.

Мы потолковали малость, а потом в лавку вошел тоненький гибкий мексиканец с выступающими скулами и очень черными глазами. Он был невысокий, и весил вряд ли больше старого Кэпа, но с первого взгляда было видно, что это "мучо омбре" - настоящий мужчина.

– Это мой муж, Эстебан Мендоса.

Она заговорила с ним по-испански, объясняя, кто мы такие. У него глаза потеплели, и он протянул руку.

В этот вечер мы ужинали вместе с Тиной и Эстебаном. Хороший получился, спокойный ужин на веранде маленького дома из адобы - необожженного кирпича, под гирляндами красного перца, развешанными над головой. Внутри дома возился черноглазый младенец с круглыми щеками и веселой улыбкой.

Эстебан был вакеро - по-испански это значит ковбой. Правда, не сейчас, а раньше. И ещё он гонял грузовую повозку по дороге на Дель-Норте.

– Будьте осторожны, - предупредил он.
– В горах Сан-Хуан и Анкомпагре много опасностей. Там Клинт Стоктон со своими бандитами.

– Через вашу деревню кто-нибудь проезжал?
– спросил Кэп.

Эстебан кинул на него понимающий взгляд.

– Си. Прошлой ночью тут были шесть человек. Один из них плечистый мужчина с бородой. Другой...
– Эстебан позволил себе легкую улыбку, открывшую великолепные зубы, чуть хитроватую, - другой был с двумя револьверами.

– Шесть, вы говорите?

– Их было шесть. Двое даже больше вас, сеньор Телл, очень широкие, сильные. Большой светловолосый человек с маленькими глазками и большой челюстью. Один из них, я думаю, был вожаком.

– Ты их знаешь?
– спросил у меня Кэп.

– Нет, Кэп, не знаю, - сказал я - и задумался. Интересно, как выглядят эти Бигелоу?

Я спросил у Эстебана:

– Вы слышали какие-нибудь имена?

– Нет, сеньор. Они разговаривали очень мало. Только спросили о проезжих.

Они уже должны были понять, что мы либо позади них, либо выбрали другую дорогу. Зачем они преследуют нас - если, конечно, действительно преследуют?

Эстебан и Тина нам рассказали, что после Дель-Норте дорога на запад идет через горы, по ущелью Волчьей речки и круто вверх на перевал. Очень высокий, узкий, извилистый проход, ехать там страшно трудно - самое подходящее место встрять в неприятности.

Вечер был приятный, у меня на душе потеплело, когда я смотрел на славный домик этих Мендоса, на младенца, на то, как им хорошо вместе. Но меня беспокоили мысли об этих шестерых, о том, почему они едут за нами... да и Кэпа тревога не покидала - я видел.

Мы оседлали лошадей и двинулись на запад. По дороге Кэп Раунтри, который не один год прожил среди индейцев, много рассказывал мне про них я даже не ожидал от него столько интересного услышать.

Это страна племени юта, хотя часть её заняли вторгшиеся команчи. Воинственное племя, они раньше жили в Черных Холмах - мы их называем горы Блэк-Хилс. Их вытеснили оттуда сиу, и они ушли на юг, соединившись с ещё более воинственным и кровожадным племенем кайова. Кэп говорит, эти кайова убили больше белых, чем любое другое племя.

Сперва юта и команчи, происходящие от общих шошонских предков, ладили друг с другом неплохо. Но после они рассорились и частенько воевали между собой. Пока не пришел белый человек, индейцы постоянно воевали племя на племя, за исключением ирокезов на востоке, которые завоевали себе земли размером побольше Римской империи, а потом установили мир, длившийся больше сотни лет.

Мы с Кэпом ехали по одной из самых диких и самых красивых местностей под солнцем, вверх по Рио-Гранде, все выше и выше в горы. Трудно было поверить, что это та самая река, на берегах которой я сражался с команчами и бандитами в Техасе, и та вода, что ночью течет мимо нашего лагеря, в один прекрасный день добежит до Мексиканского Залива.

Ночь за ночью дымок нашего костра поднимался к звездам из мест, где мы не встречали человеческого следа. Над нами высились спокойные, холодные и равнодушные вершины, укрытые снеговыми шапками. Кэп тут стал как вроде совсем другим человеком, по вечерам мы с ним болтали вовсю, внизу так никогда не бывало. А иногда я раскрывал своего Блэкстона и читал, вдыхая дымок кедровых и осиновых дров, вдыхая запах сосны, ловя щекой холодный ветер от высоких снегов.

Вот так оно и шло, пока мы не спустились по Медвежьей речке в каньон реки Вальеситос.

К западу от нас поднимались чуть не до самого неба высокие пики Гренадиер и Нидлмаунтин - Игольной горы - в хребте Сан-Хуан. Мы остановились возле холодного и быстрого потока, бегущего с гор. Я поглядел вверх, на эти пики, и в который раз подумал: интересно, кто же это там, в горах, забрал мясо, которое я повесил на дереве?

Кэп взял лоток и спустился к речке. Уже в почти полной темноте он промыл пробу и вернулся с лотком к костру.

В лотке оказались крупинки золота... Вот мы его и нашли. Здесь и застолбим свою заявку.

Мы готовились к неприятностям - занялись фортификационными работами.

Скорее всего, те шестеро шли по нашим следам. Рано или поздно они нас найдут, а насчет чистоты и благородства их намерений у нас с Кэпом почему-то не было уверенности. А кроме того, мы в стране ютов, а индейский характер - тоже не самая надежная штука.

Пока мы сюда ехали, у меня было время подумать. Там, где находят золото, появляются люди.

Неприятности будут - что ж, мы к ним с самого начала были готовы, но будет и дело тоже. Чем больше я про это раздумывал, тем больше убеждался, что человек, у которого найдется что продать, всегда обеспечит себя лучше, чем человек, который ищет золото.