Золотое проклятие Качинского
Шрифт:
Валера, не реагируя на вопросы Куприянова, пробежал мимо него и, оттолкнув Загурскую, влепил Лене громкую пощёчину. Лена от страха и боли присела на колени. Василий поняв, что буяна словами не успокоить, схватил Валеру за руку.
– Угомонись, – потребовал Василий.
Но Валера, разгоряченный алкоголем, воспринял слова Куприянова как оскорбление.
– Что!? – взревел он и, вырвав руку, сильно ударил Василия в грудь.
В голове у Куприянова сработал сигнал – опасность. Василию понадобилось мгновение, чтобы принять правильное решение. Он отработанным приёмом подсёк ноги агрессору и, заломив руку за спину, заставил Валеру закричать от боли. Боль в плече должна была заставить соседа протрезветь и понять, что происходит.
– Всё! Всё! Всё! – защебетал буян. – Отпусти! Я всё понял.
– Милицию вызывать? – спросила Василия подбежавшая администратор.
– Нет! – ответил Василий. – Сами разберёмся.
– Вызывай! Вызывай! Он мне руку сломал, сука! – стонал Валера, держась за плечо. – Я тебя грохну, козёл!
– Так вызывать или нет? – ещё раз переспросила Василия девушка.
– Не надо. Он просто пьяный. Я сам справлюсь.
Загурская обняв плачущую Лену за плечи, повела женщину к себе в номер.
– Оставь её! – крикнул Валера и попытался встать. – Ленка, вернись!
Василий прижал коленом к полу лежащего Валеру. Тот дёрнулся пару раз, но поняв, что Василия ему не одолеть, смирился и затих.
Почти всю ночь Лена провела в номере у Куприянова. Напрасно Людмила пыталась добиться от Лены рассказа о том, что произошло вечером в ресторане. Женщина твердила лишь одно: «Это я во всём виновата!». Лишь под утро, извинившись за причинённые неудобства, Елена ушла к себе.
– Вася, ты не сильно его вчера помял? – спросила Люда, когда за Леной закрылась дверь.
– Старался поделикатнее, насколько было возможно. Ты же видела вчера глаза этого бычка.
– Видела. И даже испугалась. Ты сходи утром к нему. Помирись.
– Конечно, – ответил Василий, укрываясь одеялом. – Ещё пару часиков можно поспать. А потом схожу.
В десять утра надо было Василию явиться в управление. На дорогу двадцать минут. До выхода из гостиницы надо зайти в соседний номер и уладить вчерашнее недоразумение. Куприянов подошёл к номеру Валеры. Он занёс руку, чтобы постучаться, но дверь оказалась приоткрытой. Куприянов толкнул дверь, она распахнулась. Потянуло свежим утренним воздухом с улицы. Белая лёгкая занавеска затрепыхалась от воздушного потока.
– Эй! Соседи! Есть кто живой? – Василий спрашивал довольно громко. Ответа не было.
Василий сделал шаг в прихожую. Из ванной послышался шум воды. Значит, кто-то принимает душ. Только Куприянов собрался постучать в дверь ванной, как она распахнулась и оттуда появилась Лена с мокрыми волосами и, прикрывая обнаженное тело большим полотенцем, Лена вышла в прихожую. Василий смутился, опустил взгляд.
– Извините, Лена! – сказал он. – Я хочу поговорить с Валерой. Он, наверное, ещё спит?
– Нет. Он вышел. Сказал, что скоро вернётся.
– А куда он пошёл, не знаете?
– Не знаю. Ему был звонок. С кем Валера говорил, я не знаю. Только сказал: «Сейчас выйду». Я пошла в ванную, а он стал одеваться.
– Хорошо, Лена. Извините, что ворвался к вам.
– Ничего страшного. Если хотите, можете подождать его здесь.
Нет, нет! – сказал Василий, стараясь не поднимать глаза Лену. – Я спешу. Зайду вечером. До свидания.
Василий сделал шаг в коридор, но в самом проёме двери Лена схватила его за руку. Второй рукой женщина прижимала к груди полотенце. Получилось так, что бёдра и ноги Елены оказались обнажены. Это ещё больше засмущало Куприянова.
– Василий, – с придыханием сказала Елена, – я так и не поблагодарила вас за вчерашний ваш поступок. Вы такой сильный и смелый. Спасибо. Валера, когда выпьет, он себя не помнит. Если бы не вы, не знаю, чем кончилось бы.
– Не стоит, – буркнул Василий и, освободив свою руку от тонких пальцев Лены, вышел из номера.
Прикрыв за собой дверь, Куприянов нос к носу столкнулся с горничной, которая, похоже, очень внимательно прослушала разговор Василия с Леной. В глазах горничной было неодобрение. Василий скромно поздоровался и пошёл к лестнице.
Возвращался Куприянов в гостиницу около полуночи. Он попросил водителя не подвозить его к входу, а высадить в начале парка, аллея которого упиралась в гостиницу. Василий присел на лавочку, подышал глубоко влажным ароматным воздухом и направился к входу. Около входа стояли двое молодых людей. Василий сразу узнал в них оперативников. Простому гражданскому человеку не понять, как в обычных на вид людях сразу можно опознать оперативных работников. Куприянов понимал это по едва заметным признакам. Ребята явно кого-то ждали. У каждого из них был свой угол обзора. Василий спокойно прошёл мимо и, войдя в фойе, заметил ещё двоих оперов. Одного рослого, постарше, а другого совсем молодого. От взгляда Куприянова не скрылось резко появившееся напряжение на лице того, который постарше. «Похоже, за мной, – определил Куприянов по острым взглядам, которые оперативники остановили на его персоне. – Что же ты наплёл им, Валера?» Василий не ошибся.
– Оперуполномоченный, капитан Гаврилов, – представился тот, что постарше, махнув удостоверением перед лицом Куприянова.
– Очень приятно, – устало ответил Василий Иванович и полез рукой в задний карман за своим удостоверением.
Никак не ожидал подполковник Куприянов, что сзади ему грубо заломают руки и мгновенно наденут наручники.
– Куприянов Василий Иванович, – уточнил Гаврилов.
– Да, – ответил Василий, видя перед собой лишь ботинки капитана. – Удостоверение в заднем кармане.
Чья-то рука залезла в задний карман брюк Василия.
– Подполковник Куприянов Василий Иванович, – понятно было, что Гаврилов читает то, что написано в удостоверении. – Грузите в машину. В отделении разберёмся, что за подполковник у нас тут людей мочит.
Василия в таком скрюченном состоянии довели до полицейской машины, погрузили и несколько минут куда-то везли по ночному городу. Уже в отделении, когда пришёл чернявый следователь с аккуратно вырезанными на лице усиками, Василий узнал, что произошло и в чём его обвиняют.
А произошло вот что. В ущелье, недалеко от города, было обнаружено тело мужчины. Документов при нём не оказалось, зато в кармане был ключ от гостиничного номера. По этому ключу определили, что этот мужчина постоялец гостиницы, в которой остановился Куприянов. Очень быстро установили личность погибшего. Это был не кто иной, как Валера Качинский. Персонал гостиницы вспомнил вчерашнюю драку в фойе, участниками которой и оказались Куприянов и погибший. Оперативники не стали утруждать себя выяснениями а, упростив всё до первого уровня, «назначили» виновным Василия Ивановича. Тем более, что его, так же как и Качинского, не было в гостинице весь день. Гаврилов, увидев удостоверение подполковника милиции, пытался сделать хорошую мину при плохой игре. Сказать «извините» и снять наручники с задержанного было не в правилах капитана Гаврилова. Оттого он и решил играть партию до конца. Прекрасно понимал, что, скорее всего, проиграет, но отказать себе не мог.