Чтение онлайн

— Да… — ответил он и еще раз кивнул головой

— Нет… так не бывает, все чего-то боятся, верно учитель? — Настя с большой надеждой взглянула на Сергея Сергеевича.

— Конечно, Настенька, но Николай и в самом деле смельчак, он недаром будет учиться вместе с тобой.

Анастасия села ровно и посмотрела на большой пароход, что медленно тащился против течения Венуры. Люди на палубах махали руками, чтобы их заметили на набережной.

— Настя, передай маме, что твоя форма уже готова, может я, а может, кто другой завезет тебе ее сегодня вечером.

— Хорошо, учитель, я тогда пойду?

Девочка встала со скамьи и подала руку Николе. Мальчик попрощался с ней. Она уже направилась прочь из скверика, но Сергей Сергеевич задал еще один вопрос.

— Ты решила, где покрасишь волосы? У тебя они итак светлые, можешь и не красить.

— Нет, я уже решила, учитель

Она встряхнула свои длинные до пояса ровные пряди и аккуратно выделила одну из них — левый локон от челки.

— Хорошо, сделаем золотой

Девочка улыбнулась, еще раз посмотрев на мальчика, и ушла гулять дальше по набережной. Никола и Сергей Сергеевич продолжали сидеть в скверике и слушать музыку. Мальчик изредка косился в сторону учителя.

— Что ты на меня так смотришь, друг мой? — тихо шепнул ему Скрепп

Мальчик и сам не знал, почему он так делает. Он сразу, напрямую, решил спросить.

— Учитель, это тоже ваша ученица?

Скрепп кивнул

— Ее имя свиток показал еще в мае, четыре месяца назад, но ее родители долго не хотели отдавать девочку в Золотое Общество. Резко передумали после первого июля… да, их можно понять.

— А что было в этот день?

Скрепп тяжело вздохнул, замолчав, и мальчик подумал, что этот вопрос лучше не задавать.

— Не будем об этом, я потом расскажу

Никола печально взглянул на пустой фонтан, затем в ту сторону, куда ушла Анастасия.

— Простите меня… я просто… — Никола водил взглядом туда-сюда, не зная как сказать то, что у него было на уме — та девочка, Настя, она очень похожа на Славу, помните ее?

Сергей Сергеевич почесал бороду. Лицо его сделалось серьезным, как будто Никола снова спросил ненужный вопрос.

— Та светловолосая девочка из Ужица? Я помню, да. Ты скучаешь по дому, друг мой — он вздохнул и обнял его рукой — ладно, хватит на сегодня музыки, тебе надо отдохнуть, идем.

***

Мальчик уже не чувствовал ног, когда вместе со Скреппом добрался до так называемого Академического общежития. Услышав о нем от учителя еще в машине лейтенанта Терада, он сразу представил большой, многоэтажный дом с треугольной красной крышей, которую будет видно отовсюду в Централе. Но ожидания Николы не оправдались.

Академическое общежитие представляло собой целый район маленьких двухэтажных домиков. На неширокой улочке они шли одинаковыми рядами, точно их кто-то сюда накопировал. Различались они разве что цветом, да и то в основном все либо светло-розовые, либо фисташковые, либо кремовые. При каждом маленький гараж — здесь была уйма автомашин, дорогих по виду, черных или белых, но чаще всего бордовых, под цвет верхней одежды их владельцев.

По ухоженным улицам прогуливались люди в плащах или кителях.

Никола представлял увидеть здесь какую-нибудь казарму, где студенты строем будут ходить по своим делам, даже самым мелким. Но нет, ребята прогуливались, общаясь между собой, делясь книгами или какими-то бумагами.

Среди взрослых людей, юношей и девушек, ловко проносились группки маленьких детей, которые были одеты в длинные багровые пиджачки без карманов. Они убегали от одного человека с красной повязкой на рукаве, который разгневанный, с криками, тщетно пытался их догнать.

Никола всю дорогу с Рояльной набережной не переставал думать об Анастасии. Она не выходила из головы, и мальчик уже представлял, как будет знакомить ее со Славой когда-нибудь в будущем. Он был уверен, что они станут лучшими подругами-близняшками.

Еще Никола думал о первом ученике Скреппа, мальчике, которого учитель описал в машине. Старше его самого, буйный. Мальчик представлял его как большого и сильного, под стать Сергею Сергеевичу. Он наверняка будет драчливый и глупый, как Милош. Но встретиться с ним все равно не терпелось. Возможность познакомиться с новыми друзьями постепенно уничтожала тот холодок внутри, что появился сразу, как только мальчик покинул родной дом.

Скрепп привел его к одному из домиков, ничем не отличающегося от остальных. Нежно розового цвета, с гаражом без машины и цветами вдоль дорожки к входу. Они вошли внутрь. Никола сразу почуял какой-то резкий неприятный запах, похожий на жженую резину. В коридоре прихожей их никто не встретил, только маленький белый туман простирался под потолком во всем помещении.

— Зак, ты дома!?

Сергей Сергеевич засуетился, и, не снимая сапоги, начал бегать по дому в разные комнаты.

— Да! — послышалось на верхнем этаже, с тоном, больше похожим на фразу «Отвали!»

— Спускайся, друг мой, ты мне нужен

Ответа сверху не последовало, но Скрепп видимо и не ждал, что Зак что-нибудь скажет.

Никола тем временем осмотрелся.

Коридор прихожей был маленьким, он почти сразу расширялся и перетекал в большой холл, где было много мебели. Мальчик чуток улыбнулся, когда заметил среди нее маленький рояль, гораздо меньше, чем те, что были на набережной. Теперь он и сам сможет дотронуться до черных и белых клавиш. Под ним было много листков с какими-то линиями и значками, некоторые из них разорваны пополам.

Рядом находилась кухня, ванная комната и больше ничего лишнего, разве что куча горшков с травой на подоконниках. От неприятного запаха начинала болеть голова. Никола закрыл нос.

Сергей Сергеевич подошел к соседней тумбочке и достал мерочную ленту. Он вытянул ее в длину, чтобы посмотреть, сколько в ней, и вернулся к Николе.

— Встань ровно, пожалуйста, и не вертись — сказал он ему, растягивая ленту от плеча до плеча.

Мама как-то измеряла Николу такой же лентой, и вскоре ему прислали на день рождение костюм короля, в котором он походил лишь один раз на празднике в школе.

— Вы это для одежды делаете? — спросил Никола

— Совершенно верно, друг мой — продолжал Скрепп, попутно записывая карандашом цифры на бумажку. — Было бы не плохо, если ты завтра тоже будешь в форме общества.

Пока с мальчика брали мерки, он продолжал оглядывать все вокруг. На той деревянной тумбочке, откуда профессор только что достал ленту, стояла рамка. В ней была черно-белая фотография — три молодых человека стояли рядом и по-дружески обнимали себя за плечи. Они были в шинелях, среди большого сугроба. Никола стоял слишком далеко, чтобы разглядеть их лица.